Шумеры - Людмила Сурская

— Как бы я хотела, чтоб это было правдой. Но как же вы смогли…,- она помялась, подбирая слова, но Люда выручила её.

— Мы приспособились получать удовольствие и быть счастливыми. Это не трудно, если между людьми есть любовь. А ребёнок — это вообще благословение нашему союзу.

— Детка, вы старайтесь на мелочи не растратить любовь и не разменять карту чувств. Поверь жизнь она всякая.

— Мы не разойдёмся и не разменяемся. Вы верите в судьбу? Вот это она. И он половинка моего яблока. Если вас беспокоит период притирки характеров, то мы их давно прошли и это касается земных пар. А когда складываются две половинки одного, такие мелочи уже не грозят.

— Все так говорят и мечтают, только жизнь… не кино и не роман.

— Видите ли, говорить и находить, это разные вещи. Найти именно своё, везёт единицам. И мы с Эдом в их числе. Поэтому вам про волнения можно забыть.

— Лёгок на помин, — улыбнулась Тина, на стук в дверь. — Уже соскучился. Заходи.

Эдик вошёл и, встав у стены со скрещенными руками на груди, принялся рассматривать раскрасневшихся от разговора женщин.

— Это не честно. Меня лишили жены. Общения и вообще перемываете мне здесь косточки так, что я икаю.

— Всё, не выступай, собственник. Люда уже идёт. Кому нужны твои косточки. Спокойной ночи.

— Вот так-то лучше.

Люда, извинившись перед Тиной, тут же прильнула к нему.

— Не сердись дорогой, я уже иду. Наверное, надо было быть рядом с тобой мудрой и солидной женщиной, но у меня плохо это получается, всё время хочется посягнуть на твою шею или спрятаться на твоей груди в тепле сильных, таких надёжных рук.

— Вот и потопали в постельку, — осторожно взяв её на руки, понёс на второй этаж.

41

В последующие дни Люде не удалось выскользнуть из-под бдительного ока мужа. И только его командировка развязала ей руки. Она смогла, позвонив лопающимся от нетерпения Константину с Семёновичем, выполнить обещание.

— Давайте, что там у вас тормозится? — напомнила она им.

— Так ведь у нас много чего, — завёл песню Семёнович.

— Много чего не могу. Не совсем в тему и по профилю работать мне за уголовный розыск, но два дела ещё, как и обещала, я, так и быть, авансом, помогу.

— Когда подскочить?

— Завтра с утра.

— Замётано.

Утром они ждали её у офиса. Дождавшись, пока доставившая её машина отъедет, подошли.

— Доброе утро!

— Доброе. Что мы имеем?

— Давайте сядем в машину, и мы всё объясним.

— Я не против.

В салоне они показали ей документы. В милицию обратились сын с матерью, написав заявление о пропажи отца и естественно мужа. Не бедный малый, своё дело, хороший дом у озера, квартира, а он берёт и пропадает. Ни звонков по поводу выкупа, ни угроз. Машина его оказывается чудным образом припаркованной к офису.

— Может молодая любовница, сколько ему?

— Да 47

— Ну, самый кобелиный у мужиках возраст, когда мозги перекрываются гармональными выбухами.

— Проверяли и такую версию. Глухо, как в танке. Девка, с которой он якшался, сидит себе на месте и сама в непонятках от того, как теряет в доходах без него.

— А её бывшие, никто не могли приговорить?

— И это смотрели…Проверяли и версию исчезновения от кредиторов. Непонятно там всё. Надо чтоб вы глянули.

— Хорошо поехали. Его вещи есть у вас?

— Да, вот рубашку из офиса забрали.

— Тогда с него и начнём

Поднявшись в кабинет пропавшего мужика, она прислонилась к косяку, не разрешая им войти, постояла минут пять, и пошла вниз, оперативники под взглядами удивлённого секретаря, рванули следом. Села в машину, показала куда ехать и остановиться у какого дома. Выйдя, поднялась на нужный этаж постояла у двери квартиры и спустилась опять в машину.

— Это квартира его любовницы, значит, он был у неё в тот вечер, и она не врала, но отсюда он ушёл, как я понял, — лепетал Костя, бегая за ней. — Куда теперь?

Она села в машину и показала куда ехать. Дорога привела к дому пропавшего мужчины. Она вышла и прошла на территорию двора, постояла у ступеней ведущих в дом. Потом, обогнув дом, добрела до сада и, пройдя его, подошла к изгороди подходившей к озеру.

— Он вернулся поздно, приехал и зашёл домой. Выпил, поднял жену и начал скандалить. Завязалась драка. На шум вышел сын. Парень пытался не позволить отцу махать руками. Тот угрожал ему, обещая лишить всего. Вижу драку, мужчина упал и ударился головой об угол тумбы в столовой. Он был жив, но женщина, испугавшись, не разглядела этого. Как ей показавшийся труп положили на плед и вынесли к озеру. Пометались. Не закапывать же на участке. Сыну в голову приходит идея. Спускают на воду надувной матрац и переносят на него тело. На нём и перевозят его по озеру за решётку. Там на берегу пенёк, а сбоку от него здоровая яма, затаскивают тело в пледе туда и зарывают. Вот пенёк видите, припорошённый снегом. По ту сторону он и зарыт. Труп вы найдёте, а тумбу с окровавленным углом, они разрубили и сожгли, так что с домом связывает только плед. Хотя можете попросить у мебельщиков перечень предметов гарнитура. Одной тумбы будет не доставать. Убийство не преднамеренное. Мужик не лучшего десятка. Так что решать вам. Я б пожалела семью. Машину, кстати, к офису отогнал сын.

— Ясна картина…,- покашлял Семёнович. — Поехали.

Выехав из посёлка на трассу, она спросила:

— С этим разобрались, что ещё?

— Вчера заявление поступило. Пропали парень с девушкой, поехали кататься на лыжах и ни слуху, ни духу.

— Может просто остановились у кого — нибудь дело молодое?

— Всё может быть, хотелось бы точно знать, что им хорошо и наша помощь не понадобится.

— В принципе время прошло мало и мне достаточно их фотографий. Они у вас есть?

— Да. Вчера принесли родители.

— Давайте. — Она долго смотрела в счастливые лица ребят. Попросила остановить машину у какого-нибудь тихого поворота и вышла на воздух. Потом закрыла глаза и осторожно повернулась по своей оси. Подумала и, вернувшись на нужный ей градус, подставила лицо ветру. Постояв так минут пять, она вернулась в машину к ожидавшим её следователям.

— Я их нашла, но они мертвы. Замёрзли в стоге сена. Устали, дурачились, прилегли отдохнуть и задремали. Лежат, как ангелочки и лыжи рядом стоят. Я сейчас нарисую, где искать. Поехали, завезёте меня в офис. Как можно на такой работе, как ваша работать. Сердце разрывается. Я в шоке.

— Спасибо за помощь, мы ваши должники.

— Я помню об этом. Новый год пройдёт, и вы мне поможете в одном важном деле.