Заноза для ректора, или Переполох в академии Тьмагов - Кристина Антановна Римшайте

Эдриан недоумённо моргнул. Он ожидал, каких угодно слов, но не этого. В груди снова щемило…

Глава двадцать восьмая

Лицо монарха продолжало расплываться и от моих потуг оставаться в сознании — бросало в жар. Мысли путались. Я что-то говорила… бессвязное.

«Почему Король вообще явился ко мне? Может, он просто видение, вызванное предсмертной агонией? Тогда нужно извиниться за платье…» — то, что он может подумать, будто я пренебрегла его презентом, сильно меня волновало…

— … точнее… не совсем я, девочки… но я оставила коробку…

— Тебе нужно отдохнуть, потом поговорим, если тебе, конечно, не нужно новое платье прямо сейчас? — в голосе Короля скользнули ироничные нотки. Или мне просто почудилось…

— Платье? — просипела, ощущая, как тяжелеют веки. — Не люблю платья…

— Тогда подарю тебе брючный костюм. Чёрный?

— Слишком мрачно…

— Может… белый?

— Звучит неплохо.

— И с широким поясом.

— И ботинками до колен…

— Договорились. А теперь спи… — моего лба коснулась прохладная ладонь, от которой, на удивление, исходило мягкое тепло. Такое странное противоречие, но это тепло проникало внутрь меня, даря желанное облегчение. Мышцы расслаблялись, отступал жар. Я стремительно проваливалась в уютную темноту…

Яркий дневной свет пробивался сквозь закрытые веки. Пробуждение было плавным. Неспешным. Никакого тумана в голове, никакой боли в теле. Не ошибусь, если скажу, что чувствовала себя прекрасно, даже несмотря на стремительно возвращающиеся воспоминания.

… лицо обдало дуновением прохладного ветерка.

Медленно открыла глаза, опустила взгляд на трепыхающийся тюль и посмотрела в распахнутое настежь окно.

День. На улице царил ясный, безоблачный, как это часто здесь бывало, день. Значит, я не умерла. Значит, задержалась в этом мире. Наверное, демона не так-то просто убить. Это радовало: я могла бы сделать много хорошего, принести людям пользу.

— Очнулась? — я попыталась обернуться на знакомый голос, но едва не рухнула с кровати. — Лучше, не двигайся пока, — с добродушной улыбкой в голосе отозвался лекарь, чем-то громыхая возле стола.

Послушно легла ровно, а руки сами под простынёй потянулись к животу. Пальцы нащупали тонкий рубец. Ещё один. И ещё… М-да… хорошо же тварь меня подрала. Если бы не ректор…

… мысль о тьмаге отозвалась подозрительно-ноющей болью в груди.

«Хочу его увидеть…» — подумала, с неким сожалением посмотрев на хлопочущего рядом мистера Форама.

Лекарь подкатил прикроватный столик, поставил на него плошку, от которой тонкой струйкой тянулся ароматный пар, положил рядом приборы и снова скрылся из поля моего зрения.

«Наверное, каша…» — подумала, приподнимаясь на локтях и вытягивая шею. Желудок свело спазмом, неприятно заурчало, как в животе у бродячей собаки.

— Сколько я спала? — спросила, чувствуя лекаря рядом. Мои инстинкты странным образом обострились. Я просто знала это. Потому что… потому что мир вокруг, будто бы изменился. Замедлилось течение времени, звуки стали чётче, запахи ярче, голод… сильнее. Нечеловеческий просто…

— Чуть больше суток, — произнёс лекарь, появляясь передо мной и протягивая стакан, полный коричневой жижи. — Пей, это поможет восстановить твои силы. Хоть меня и заверили, что в этом нет нужды, я должен сделать хоть что-то.

Мои губы дрогнули в улыбке. Забота этого человека и участие невероятно трогали.

— Я бы не отказалась от мяса, — призналась, принимая лекарство. Мне даже не нужно было его нюхать: я и так знала, что на вкус оно будет таким же омерзительным, как и на вид. Но чего только не сделаешь ради спокойствия небезучастного к твоей судьбе человека.

— Пока нельзя, — безжалостно отрезал лекарь. — Выпьешь и поешь постную кашу на воде. Организм долго находился… как бы это сказать, в спящем состоянии и пробуждение его к жизни должно быть постепенным.

— Как скажете, — отсалютовала стаканом и залпом влила в себя противное поило. Во рту появилось сладкое послевкусие аниса.

Живот отозвался негодующим урчанием, нехотя принимая отраву. Отвар…

… до слуха донеслись отдалённые шаги. Хлопнула входная дверь… вот скрипнула половица, кто-то тяжко вздохнул. Запах показался знакомым. В разум просачивался шёпот чужих голосов…

— Сейчас ребята придут, — произнесла немного взволнованно, спуская ноги на пол. — Пожалуйста… подайте мне халат или что-то, что можно надеть.

Лекарь удивлённо приподнял бровь.

— Ребята? Ты о ком, милая? Снова жар? — он прислонил ладонь к моему лбу, трогая. — Да, вроде, нет.

Я замоталась в простыню, перекинув один её конец через плечо, проверила артефакт на груди и повернула голову ко входу, непринуждённо улыбнувшись.

— Привет, Лаян, — нарочито бодро взяла ложку, всем своим видом демонстрируя, что уже в полном порядке. Ещё не хватало, чтобы друзья испытывали из-за меня чувство вины. — Привет, Сэт. Эрил. Рик… — парни заглядывали в палату, лучезарно улыбаясь, будто очень рады меня видеть. Хотя, почему «будто»? Я тоже рада их видеть. — О, Зейн тоже с вами? — поинтересовалась, пытаясь заглянуть за ребят.

Лекарь обескураженно моргал.

— Э-э… ладно… — пробормотал, беря пустой стакан. — Пойду поищу для тебя одежду, — произнёс неловко и удалился. Я слышала, как замедлились его шаги, как он в итоге остановился, как быстрее забилось его сердце. Наверное, лекарь просто волнуется, ведь я веду себя странно. Надо бы мне прекратить пугать людей и вести себя более скрытно…

Просто… на какой-то миг я ощутила свободу. Такую долгожданную, такую желанную. Свободу, где я могла бы не сдерживаться, могла бы не притворяться, не скрывать свою сущность. Просто быть собой. Но люди боятся. Их пугает всё необычное, новое, неизвестное…

— О, ты выглядишь лучше, чем я предполагал, — беспечно улыбнулся Эрил. Взял стул, развернул его и сел, устроив руки на спинке.

— Нам ужасов нарассказывали, — хохотнул Рик, прислоняясь к стене.

— А ты целёхонька, — подхватил Сэт, зачёсывая пальцами чёлку на бок.

— Вы же не видели, не знаете ничего. Если бы не ректор… — сдержанно пояснил Лаян, глядя только на меня. — Ты как?

— Как видите, —