За соседней дверью - Мария Вэйдер

– Я не поеду, – сразу выплюнул я, наливая молоко в стакан.

Мне даже удалось услышать возмущенный вздох:

– Тайлер…

– Боюсь, тебе придется убить меня и доставить туда мое бездыханное тело.

– Что случилось?

– Ничего, – пробормотал я и присел за стол.

– Нет, что-то точно произошло. – Отец был явно в этом убежден. – До вчерашнего вечера ты прямо сиял. Это Джун, да?

«Ну вот, опять», – казалось, меня раздражает все на свете.

– Пап, только не надо рыться в моей жизни.

– Я и не хотел, – спокойно ответил он. – Просто подумал, возможно, ты захочешь поделиться со мной.

– Нет, спасибо, – ядовито усмехнулся я.

Прихватив яблоко, спешно вышел за дверь. Есть совсем не хотелось, а оставаться дома еще дольше и подавно.

Я уселся на байк и включил в наушниках музыку так громко, как мог. Думал, это поможет заглушить мысли. А композиция Pantera – I'm Broken только подчеркивала мое плохое настроение.

Дорога заняла не так много времени. Пока слезал с байка, за мной, как всегда, наблюдали. Но большого шоу одноклассники не получили, так как я удостоил их только суровым видом. Мои друзья тоже были на улице. Когда проходил мимо, они поздоровались, но я лишь коротко обвел взглядом компанию, остановившись на растерянной Джун, а после быстро пошел дальше.

Уже предвкушал, сколько нотаций они мне потом зачитают. Но я просто не мог. Не мог смотреть на Джун и остальных.

* * *

– Тайлер! – услышал я знакомый голос, пока рылся в шкафчике.

Ко мне подбежал Майкл и резко захлопнул дверцу перед моим носом. Я мрачно посмотрел на него.

– И что происходит? – сразу начал он.

– Ничего, – бросил я, направляясь в сторону кабинета литературы.

– Я точно не знаю, что случилось, – он ускорил шаг, чтобы не отстать, – но советую тебе быстрее с этим разобраться. Мы переживаем.

– Не переживайте, – буркнул я, надеясь, что он позволит мне провести этот день в одиночестве.

– Дело в Джун и этом парне, верно? – произнес друг.

«И ему известно об Адаме», – подумал я, чувствуя, как начинаю закипать от ярости.

Я молча обернулся, а он продолжил лекцию:

– Да, я знаю, она рассказала, почему ты так себя ведешь.

– Очень рад, – процедил я сквозь зубы.

Но тут Майкл отреагировал необычным образом: он усмехнулся.

– И чему ты ухмыляешься? – уже более спокойно спросил я.

– Ты так от нее зависим.

– Кто бы говорил, любитель блондинок! – парировал я, слегка пихнув его рукой.

В ответ он сделал то же самое:

– Эй!

Я и не заметил, как мы вдруг начали вести себя как маленькие дети: пихали друг друга и при этом громко смеялись. Казалось, мы оба хотели что-то сделать со своими жизнями, но у нас совершенно не получалось, поэтому пытались забрать друг у друга победу в вымышленном соревновании. По коридору шли ученики, бросая на нас презрительные взгляды, но нам было все равно на чужое мнение. Как всегда.

Придавив Майкла к стене, я уже было обрадовался. Но лучший друг не желал сдаваться, быстро вернув себе первенство. Он вырвался, и мы оба сползли. После перепалки взглянули друг на друга.

– Мы с тобой оба влюбленные идиоты, – сделал вывод Майкл.

И снова прыснули.

– Если она любит тебя, то даже после этого обеда вернется, – серьезно сказал он, рассматривая урну напротив нас. – Странно, но я уверен в Сандерс. Почему не уверен ты, мне не понятно.

Эти слова заставили меня лишь слабо улыбнуться. Майкл был прав. Даже если Адам и очарует ее, то мне ведь ничего и не останется, кроме как принять выбор Джун. Но если я продолжу себя так вести, то потеряю и друзей. Это не мой путь.

– Они еще примут меня обратно?

Он хлопнул меня по спине.

– Конечно, друг.

– Пошли пообедаем, – предложил я и встал, подав ему руку, от которой он уверенно отмахнулся.

– Эй, я и сам могу подняться! – сказал он, смеясь.

Затем мы направились в столовую. Я переживал по поводу отношения друзей ко мне, но волнение как рукой сняло, стоило услышать Итана:

– О, ты вернулся!

Он привычно сидел возле Линдси. И Джун была с ними, милая и прекрасная.

Майкл лениво плюхнулся рядом с нашими голубками, а я устроился напротив соседки.

Взгляд Линдси красноречиво говорил, что она почувствовала ссору между нами, но промолчала. Интересно, будет ли она обсуждать это с Джун?

– Привет, – тихо поздоровалась соседка, ковыряя вилкой салат.

– Привет, – хмыкнул я и попытался улыбнуться.

* * *

Всю неделю родители прилагали всяческие усилия, чтобы уговорить меня на поездку, а я старался наладить контакт с Джун и при этом сохранять холодность. Она не возражала, ведь мы оба понимали причину такого поведения, поэтому интуитивно договорились подождать до обеда с Адамом.

– Тайлер, ты же знаешь, что все равно поедешь! – бушевал отец в моей комнате, пока я валялся на кровати. – Но мы потратим кучу времени, чтобы уговорить тебя!

Я лишь сильнее уткнулся в телефон. Там не было ничего интересного, но я готов был смотреть куда угодно, лишь бы не на неугомонного отца.

– Слушай, я не знаю, что случилось, – сказал он, принявшись устало растирать виски, чтобы успокоиться, – и ты мне не скажешь, поэтому просто прошу, как отец сына: проведи с нами выходные. Хотя бы не ради меня, а ради матери. Она была так счастлива провести с нами время!

Учитывая, что каждый день этой недели они тратили на уговоры, я уже собирался согласиться. Лишь бы отстали.

Выдохнув, произнес:

– Ради мамы.

– Выезжаем завтра в шесть утра, так что начинай собираться.

«Черт, еще и в шесть утра», – мысленно проныл я.

И вот в шесть утра мы загружали вещи в багажник. Даже солнце вставало позже.

Стоит ли говорить, что я не фанат рыбалки. Сидеть и молча смотреть на воду, конечно, весело, но лучше бы я целовался с Джун в библиотеке. Вспомнив о ней, я почувствовал неприятный укол. Ведь сегодня она, скорее всего, будет с тем парнем.

Тогда я попытался сосредоточиться на других вещах. Например, на том, что родители впервые были не в рабочей одежде. На этот раз они оделись как обычные люди: в джинсы и фланелевые клетчатые рубашки. Я выглядел так же, поэтому все вместе мы походили на чокнутое семейство.

– Оуэн, давай включим музыку, – попросила мама отца, уже тянувшего руку к радио.

На всю машину заиграла веселая мелодия The Fratellis – Baby Fratelli, но она так сильно контрастировала с моим настроением. Несмотря на слишком веселый мотив, эта картина кое-что напомнила, вернее, кое-кого. Одну