Искушение зла - Дженни Бассетт

— Мне не обязательно быть здесь, Аэлия, — напомнил он ей с рычанием, и, казалось, их окружение уже стерло его прежнее раскаяние. — Я вполне мог бы оставить тебя спасать своего друга в одиночку.

Аэлия отвела взгляд и побрела мимо него. Его вздох отразился от круглых каменных стен, но она услышала, как он снова зашлёпал вслед за ней.

— Ты знал, что Фенрира схватили? — спросила она спустя некоторое время.

Шива помедлил, прежде чем ответить.

— Я собирался вытащить его, это всегда было планом. Он не доверял мне, когда я сказал ему об этом, но клянусь, я ждал подходящего момента, чтобы мы оба могли сделать рывок и сбежать. Это единственная причина, по которой я оставался. — Его голос потемнел. — Потом Бесеркир выяснил, что это кто-то из Каллодосиса убил его людей у озёр, и он понял связь между тобой и Фенриром. Следующее, что я узнал, — Фенрира увели со склада. Остальное ты знаешь.

Нижняя губа Аэлии задрожала, и она закрыла глаза, сдерживая подступающие слёзы, благодарная за то, что Шива всё ещё шёл позади и не мог этого видеть. Она была такой глупой, думая, что сможет помочь; если бы она просто осталась в своей маленькой норе в Каллодосисе, Фенрир, возможно, смог бы выбраться. Каким же эгоизмом было думать, что она способна на что-то значимое? Она была ничем, она всегда была ничем, и она позволила Фенриру погибнуть, пытаясь доказать обратное.

— Мне жаль, Аэлия, — тихо сказал Шива. — Они чудовища.

— И они работают на короля. — Аэлия замедлила шаг, позволяя ему догнать её, уже вернув контроль над выражением своего лица. — Как это вообще произошло?

Шива пожал плечами.

— Король боится идеоланцев. Разве не все мы боимся?

— Но что им от них нужно?

— Честно говоря, я не знаю. — Шива вздохнул, выглядя таким же измотанным, как и она себя чувствовала. — Я даже не знаю, как мы могли бы это остановить.

— Должны же быть люди, которые работают против астреанцев? Должно же быть какое-то сопротивление? — голос Аэлии звучал почти умоляюще, даже для её собственных ушей.

— У Бесеркира в распоряжении астреанцы и королевская гвардия. Я не знаю, как вообще можно бороться против такого.

— Нет, я тоже, — признала Аэлия.

— Послушай, этот парень, Киран, ты знаешь, что он работал с Бесеркиром?

Аэлия бросила на него удивлённый взгляд; она предполагала, что Шива может знать об этом.

— Я знаю немного, — сказала она нерешительно, желая услышать, что именно слышал Шива.

— Ты знаешь, что Бесеркир арестовал его за убийство? — Шива поднял брови. — За множественные убийства.

— Да, — неохотно сказала Аэлия. То, что Киран рассказал ей о последней ночи войны двух королей, преследовало её. Он был там, он видел, как его друзья и товарищи падали, срубленные, как звери, и она больше не могла заставить себя винить его за жажду мести. Особенно теперь, когда желание отомстить было тем, что она сама начинала понимать слишком хорошо.

— А ты знаешь, что именно он сказал Бесеркиру, когда нападать на Каллодосис?

В глазах Аэлии вспыхнул гнев.

— Он не говорил им, когда нападать, потому что не знал, кто на самом деле такой Бесеркир. Он дал им информацию, которую считал безвредной.

Шива внимательно посмотрел на неё, и Аэлия отвела глаза, чтобы скрыть то, что не была готова ему показать. То, в чём она едва призналась самой себе.

Она простила его. Та кипящая ярость, за которую она цеплялась, рассеялась, оставив после себя лишь уныние. Она отталкивала его и отталкивала, снова и снова, и всё же он никогда не уходил, никогда не переставал заботиться о ней. И именно это привело его в тюрьму.

— Думаю, это здесь, — сказал Шива, нарушая тишину.

Аэлия прищурилась, глядя на ржавую лестницу, прижатую к стене и изгибающуюся вверх к люку в потолке.

— Откуда ты вообще можешь это знать? Здесь всё выглядит одинаково.

Он был здесь максимум на несколько дней дольше неё — когда он успел изучить эти канализации и зачем?

— Ну, если быть совершенно честным, — Шива неуверенно дёрнул лестницу, проверяя, выдержит ли она. — Я не на сто процентов уверен, что мы в правильном месте.

Аэлия скрестила руки на груди и мрачно посмотрела на него.

— Ты провёл нас через канализацию, через самое настоящее дерьмо, даже не зная, куда идёшь?

— Я не видел, чтобы у тебя появился план получше, — огрызнулся Шива. — И у меня было примерное представление, куда я иду. Именно так я собирался добраться до Фенрира, когда узнал, что его увели во Внутренний город, чтобы он стал новой игрушкой Бесеркира.

Аэлия вздохнула и опустила руки.

— Ты прав, я веду себя как идиотка, прости. Давай я пойду первой. Эта лестница выглядит так, будто рассыплется в ту же секунду, как кто-нибудь из нас её коснётся.

Шива посмотрел на неё сверху вниз, но не отошёл от лестницы, и в его глазах мелькнул странный свет.

— Что? — спросила она, в панике думая, что на её лицо могло брызнуть что-то ужасное, а она этого не заметила.

— Просто… — Шива покачал головой, и на его губах появилась недоверчивая улыбка. — Если бы кто-нибудь несколько недель назад попытался сказать нам, что мы окажемся здесь, в канализации Ллмеры, работая вместе, любой из нас двоих набил бы этому ублюдку морду.

— Ага, жизнь просто охуенно прекрасна, — сказала Аэлия, глядя на ржавые болты, которыми лестница была прикреплена к стене. — Подсади меня, ладно?

Шива фыркнул и схватил её за голень, подсаживая на лестницу. Он упёрся рукой ей в спину, пока они оба ждали, выдержит ли она её вес. Он осторожно отпустил её, когда она начала подниматься.

Аэлия добралась до люка и повернула рычаг со скрипом, от которого они оба поморщились. С бешено колотящимся сердцем она как можно осторожнее приоткрыла его и просунула голову внутрь.

— Это раздевалка. — Аэлия повернула шею, заглядывая за дверцу люка, чтобы убедиться, что комната действительно пуста. Она сморщила нос от сырого запаха, пропитавшего темноту. — Очень старая раздевалка.

Шива ударил кулаком по воздуху и тихо выкрикнул:

— Вот так, блядь, и делается.

Аэлия закатила глаза и подтянулась, забираясь в комнату.

— Полагаю, именно сюда мы и должны были попасть.

Внутренний город должен был быть воплощением роскоши, физическим выражением богатства и власти Дракона. Аэлия медленно повернулась на пятке, оглядывая грязную, заброшенную раздевалку с поджатыми губами. Это было совсем не то, что она себе представляла.

Шива хмыкнул, выбираясь из люка, вскочил на ноги и огляделся с самодовольной улыбкой.

— Готова впечатлиться? — он шевельнул