Все закончится на нас - Колин Гувер

Я почувствовала запах поджаренного хлеба.

Я потянулась в постели и улыбнулась, потому что Райл знал, как я люблю тосты. Я полежала еще немножко, прежде чем попытаться встать. У меня было такое ощущение, что потребуется усилия трех мужчин, чтобы поднять меня с постели. В конце концов, я сделала глубокий вдох, потом спустила ноги на пол и подняла себя с матраса.

Первым делом я пошла писать. Я только и делала, что писала. До родов оставалось два дня, но врач сказал, что я могу проходить еще неделю. На прошлой неделе я ушла в отпуск по беременности, поэтому я только писала и смотрела телевизор. Такой стала моя жизнь.

Когда я пришла в кухню, Райл жарил омлет. Услышав мои шаги, он обернулся.

– Доброе утро! – сказал он. – Пока никакого ре-бенка?

Я покачала головой и положила руку на живот.

– Нет, но за ночь я писала девять раз.

Райл рассмеялся:

– Это новый рекорд. – Он положил на тарелку немного омлета, добавил бекон и тост, протянул тарелку мне и быстро поцеловал меня в висок. – Мне пора идти. Я уже опаздываю. Телефон я выключать не буду.

Я улыбнулась, посмотрев на свой завтрак. Ладно, значит, я еще и ем. Писаю, ем и смотрю телевизор.

– Спасибо, – весело поблагодарила я, взяла тарелку, уселась на диван и включила телевизор. Райл суетился в гостиной, собирая свои вещи.

– Я забегу тебя проведать во время перерыва на ланч. Вечером мне придется задержаться, но Алиса сказала, что она может принести тебе ужин.

Я округлила глаза.

– Я в порядке, Райл. Врач рекомендовал легкий постельный режим, а не говорил о полном расстройстве здоровья.

Он начал открывать дверь, но остановился, как будто что-то забыл, бегом вернулся ко мне и прижался губами к моему животу.

– Я вдвое увеличу твое содержание, если ты решишь появиться на свет сегодня, – сказал он малышу.

Райл много разговаривал с ребенком. Пару недель назад я наконец почувствовала себя достаточно комфортно, чтобы позволить ему приложить руку к моему животу и ощутить, как толкается малыш. С тех пор он иногда заходил ко мне, но не для того, чтобы пообщаться со мной, а для того, чтобы поговорить с моим животом. Но мне это нравилось. Мне нравилось то, с каким восторгом он относился к тому, что станет отцом.

Я взяла одеяло, которым укрывался Райл, когда спал этой ночью на диване, и закуталась в него. Уже неделю он оставался в квартире на ночь, ожидая, когда у меня начнутся роды. Поначалу меня смущало его присутствие, но Райл мне очень помог. Я так и спала в гостевой спальне. Третья спальня превратилась в детскую, и это означало, что главная спальня была свободна, и он мог бы спать там. Но по какой-то причине Райл предпочел спать в гостиной на диване. Вероятно, воспоминания о том, что произошло в нашей спальне, так же мучили его, как и меня, поэтому никто из нас даже не заходил туда.

Последние несколько недель прошли по-настоящему хорошо. Если не считать того факта, что между нами не было абсолютно никаких физических отношений, все остальное выглядело так, как это было когда-то. Райл все так же много работал, но в его свободные вечера я начала приходить ужинать к ним наверх. Но мы никогда не ели вдвоем как пара. Я избегала всего, что могло бы напоминать свидание или супружескую жизнь. Я все еще пыталась сосредоточиться только на одной важной вещи в единицу времени, и пока не родился ребенок, а мои гормоны не пришли в норму, я отказывалась принимать решение относительно моего брака. Я знала, что использую беременность как предлог, чтобы оттянуть неизбежное, но беременность позволяет женщине быть немного эгоисткой.

Зазвонил мой телефон, и я уронила голову на диван и застонала. Он остался в кухне, на расстоянии в целых пятнадцать футов.

Тьфу ты.

Я попыталась поднять себя с дивана, но у меня не получилось.

Я попыталась еще раз, но опять осталась сидеть.

Я схватилась за ручку кресла и сумела-таки встать. Третья попытка оказалась удачной.

Когда я встала, то опрокинула на себя стакан с водой. Я застонала… Потом ахнула.

У меня не было никакого стакана с водой.

Черт подери.

Я посмотрела вниз и увидела, что по ногам течет вода. Телефон продолжал звонить на столе в кухне. Переваливаясь, я дошла до кухни и ответила на звонок.

– Алло?

– Привет, это Люси! Короткий вопрос: заказанные нами красные розы повредили при доставке, а у нас сегодня похороны Левенберга. Заказчики особенно настаивали на красных розах, чтобы положить в гроб. У нас есть запасной план?

– Да. Позвони флористу на Бродвее. Он у меня в долгу.

– О’кей, спасибо!

Я уже собралась нажать на «отбой», чтобы позвонить Райлу и сказать ему, что у меня отошли воды, как услышала голос Люси:

– Подожди!

Я опять поднесла телефон к уху.

– Это насчет тех инвойсов. Ты хочешь, чтобы я оплатила их сегодня или подождала…

– Ты можешь подождать, все в порядке.