Роковая Роксана - Ната Лакомка

- Ах, вот оно что, - сказал он немного невпопад.

Другая служанка – такая же невозмутимая – принесла поднос, на котором стояли чайник, чашки и блюдца, молочник и сахарница, и с поклоном удалилась.

- Пойдёмте на балкон? – предложил граф. – Ночь сегодня чудесная. К чему сидеть в доме?

Он взял поднос и понёс его к балконной двери. Я поплотнее запахнула халат на груди и пожалела, что не взяла плед.

Но замёрзнуть мне не грозило, потому что на балконе обнаружились два кресла, в одном из которых лежал аккуратно сложенный плед, кроме того здесь была жаровня, полная красных от жара углей, да и чай был горячий, когда граф самолично разлил его по чашкам.

Закутавшись в плед, я расположилась в кресле, взяла чашку из рук графа и сделала глоток, глядя на огни Солимара, горевшие по ту сторону Пойзена.

- Когда приедем в столицу, - сказал граф, тоже отпивая чай, - я свожу вас на дамбу. Там очень красиво. С одной стороны видны огни города, с другой – огни Королевского острова, а по центру – Северное пароходство. Всё сияет, река кажется серебряной, а не чёрной, как здесь.

- Должно быть, впечатляющее зрелище, - сказала я и поставила чашку с блюдцем на поднос. – Кстати, а что вы имели в виду, когда сказали, что ваш слуга не охраняет меня? Вы же сказали Аделарду, что он нужен именно для этого?

- Так вы решили выпить со мною чаю совсем не ради романтического вечера? – ответил Бранчефорте вопросом на вопрос и тоже поставил блюдце и чашку.

- Помилуйте, какой романтический вечер? – я натянула плед почти до ушей. – Мы с вами прекрасно понимаем, что происходит и для чего это нужно. Но я хочу некоторых уточнений. Неприятно чувствовать себя марионеткой.

- Да, это неприятно, - согласился граф.

- Тогда ответьте, зачем вы отправили Лойла в наш дом?

- Забота о вашей безопасности – это моё дело, - ответил он, усаживаясь в кресло напротив меня. – А Лойлу было поручено следить, чтобы никто из ваших родственников не вышел сегодня ночью из дома.

- Наверное, больше всего вас интересует Стелла? – догадалась я. – Думаете, она может быть к этому причастной? – я так и не смогла произнести «причастной к убийствам».

- Мне кажется, вряд ли, - сказал граф, задумчиво глядя на реку. - Ведьмочки вряд ли могли убивать ваших женихов.

Да уж, вот граф не постеснялся назвать убийство – убийством. От этого мне стало совсем неуютно, и я готова была натянуть плед на макушку.

- Вспомните, - продолжал граф тем временем, - все их проклятья были мелочными. Это так по-женски – пожелать сопернице уродства. Но смерти вам не желала ни одна. Я уверен, что эта деревенская банда – глупенькие простушки, которым нравилось ощущать себя причастными к древним ритуалам. Людям с ограниченным воображением это очень нравится.

- Вы не очень-то вежливы, - заметила я, обидевшись за Стеллу.

Уж у неё-то с воображением было всё в порядке.

- Разумный человек не станет искать утешения, принося жертвы демонам, - сказал Бранчефорте.

Рассуждать о демонах к ночи точно не следовало, и я тихонько попросила:

- Не говорите таких страшных вещей.

- Называю вещи своими именами, - он усмехнулся и покосился на меня, словно прочитал мои мысли. - Нет, Роксана, - заговорил он мягче и без насмешки. - Я вижу угрозу куда серьёзнее, чем эти цветочки, которые бегали на шабаш. Есть кто-то, кто в тени, а не на виду.

- Аделард или мама? – спросила я сухо. – Так в чем дело? Проверьте их на колдовские способности.

- Дело деликатное, боюсь ошибиться, - уклончиво ответил он. – И его величество просил слишком не шуметь.

- Другими словами, доказательств у вас нет, - отрезала я. – Одни домыслы и догадки.

Бранчефорте только вежливо улыбнулся.

- Значит, я права, - взяв чашку, я сделала большой глоток, потому что в горле внезапно пересохло. – А я считаю, что действует посторонний человек. Причем такой, который не может подойти ко мне и объясниться. Именно поэтому он пишет мне письма.

- Допустим, - согласился граф. – Но почему он так резко изменил линию поведения? Сначала действовал против ваших женихов, много лет находился в тени, и вдруг проявил себя в отношении вас? Письма, убитая птица… Ведь ничего подобного раньше не было?

- Не было, - признала я. – Но мало ли, что может изменить человека? Иногда достаточно какой-то мелочи, чтобы низменные чувства взяли верх. Вспомните Эверетта. Он казался мне разумным, приятным человеком, а потом я увидела вместо человека чудовище.

- Отказываюсь видеть в Эверетте убийцу, - граф Бранчефорте покачал головой. – И прекрасно понимаю, что бедняге просто снесло голову, когда он увидел вас. А ведь я предупреждал его…

- По-моему, вы преувеличиваете силу моей внешности, - быстро возразила я, поставила блюдце с чашкой на стол, неловко дёрнула рукой, и чашка опрокинулась.

- По-моему, это вы преуменьшаете, - граф неуловимым движением пришлёпнул салфеткой коричневую лужицу, готовую пролиться со стола мне на колени.

- Не беспокойтесь, чай уже не горячий, - сказала я тихо, глядя на смуглую руку графа, накрывшую белый лён салфетки.

Я видела, как длинные сильные пальцы чуть сжали ткань, потом отпустили её, будто нехотя, потом граф убрал руку, и мне стало почти обидно, что он не попытался прикоснуться ко мне.

- Почему у вас такая фамилия? – спросила я, прогоняя обиду и сожаление подальше. – Бранчефорте – это ведь от слова «ветка»?

- Понимаю, к чему вы клоните, - отозвался граф, - но это всего лишь совпадение.

- Совпадение? – не поверила я. – Ковен ведьм, о котором вы мне рассказывали, назывался «Ветка розы». И теперь для собраний в развалинах использовали ветку. Может ли быть так, что эта история касается вас не только как инквизитора?

- Узнаю богатое воображение господина Ронбери, - граф откинулся на спинку кресла, заложив руки за голову. – Но передайте этому подозрительному господину, что он ошибается. Для меня это всего лишь дело, порученное королём. Ничего личного. И все совпадения случайны, разумеется.

- Ну, разумеется! – не удержалась я.

- Какая вы недоверчивая, - попенял он мне. – Лучше бы были такой недоверчивой,