Летний остров - Кристин Ханна

— Было довольно интересно — на свой лад, конечно, в стиле «репортеры-не-отстают-от-тебя-даже-в-туалете». Оказывается, быть знаменитостью — не бог весть какое удовольствие. Я отказалась от предложения сделать комедийный сериал на телевидении.

— Отказалась?

— Зато подписала контракт на книгу, точнее роман. Думаю, этим я могу заниматься и здесь.

— Привет, ребята! — раздался голос Норы. Помахав им, она подошла ближе и тронула Дина за плечо: — Как Эрик?

Дин покачал головой и беззвучно ответил одними губами: «Плохо».

Больной снова открыл глаза:

— Нора, это вы?

Нора присела перед ним на корточки. Если она и была потрясена его состоянием, то не подала виду.

— Да, это я. — Она взяла его за руку. — Я здесь.

— Я знал, что вы должны скоро приехать. Вы не видели мой ластик? Наверное, его Салли спрятала.

— Нет, не видела. Правда, — произнесла Нора охрипшим голосом. — Между прочим, ты знаешь, какой сегодня день?

Эрик посмотрел на нее вопросительно:

— Понедельник?

— Сегодня четвертое июля.

— Мы устроим вечеринку?

— Конечно!

— С бенгальскими огнями? — полусонным шепотом спросил Эрик.

— Ты немного поспи, а я попрошу твоего брата пока заняться барбекю.

— Дин не умеет жарить барбекю, он все роняет на угли.

— Раньше вы всегда позволяли мне готовить рыбу.

Нора погладила его по голове:

— Я помню. Эрик, может, ты присмотришь за Дином?

— Ладно. — Он посмотрел на младшего брата и усмехнулся. — Главное, сними мясо с огня до того, как оно загорится.

Нора поцеловала больного в щеку и встала. За это время он успел заснуть. Она повернулась к Дину, в ее глазах стояли слезы. Дин взял Нору за руку, протянул другую невесте, и некоторое время все трос стояли молча.

Наконец Руби сказала:

— Давайте готовиться к вечеринке.

— Спасибо, — от души поблагодарил Нору Дин.

Июнь еще не уступил место июлю, но вечеринка с фейерверком и бенгальскими огнями — как раз то, что нужно Эрику.

Пока женщины собирали на стол, Дин сходил в дом и включил стереосистему. Музыка всегда занимала важное место на их пикниках. Он выставил старомодные черные колонки на подоконник и развернул их во двор. Потом настроился на волну станции, специализирующейся на старомодных шлягерах, и врубил звук на полную мощность. Сегодня нет нужды напоминать о быстротекущем времени. Лучше они на один вечер перенесутся в прошлое — скажем, на десять лет назад.

Словно в ответ на его мысли, из динамиков полилась песня «Деньги за так» в исполнении группы «Дайер стрейтс».

Когда Дин спустился во двор, все было готово. Кукурузные початки очищены, зерна завернуты в фольгу, готовый салат помещен в фаянсовую миску, лосось порезан и выложен ломтиками на блюдо вместе с кольцами сладкого лука и кружочками лимона.

Песня кончилась, началась другая. Мадонна запела «Я от тебя без ума».

Дин положил руку на плечо Руби и привлек ее к себе, они стали покачиваться под музыку.

— Эта мелодия будит столько воспоминаний… Давай потанцуем.

Начав танцевать, они словно перенеслись в прошлое. Закрой Дин глаза, он бы увидел школьный спортзал, украшенный блестками и искусственными цветами, Руби в голубом иолиэстровом платье на тонких плетеных бретельках, ее длинные волосы, ниспадающие на спину… Но он не стал закрывать глаза и оглядываться в прошлое, отныне он намеревался смотреть только вперед.

Музыка снова сменилась, но этот раз запел Шон Кэссиди. Нора, прихрамывая, подошла к молодым людям и стала пританцовывать на месте. Эрик в шезлонге по мере сил хлопал в ладоши, отбивая такт.

Остаток дня прошел под непрерывный смех. Они разговаривали, вспоминали прежние времена, строили планы на будущее. Ели с бумажных тарелок, поставив их на колени. Даже Эрик проглотил несколько кусочков лосося. Когда совсем стемнело, принялись взрывать хлопушки и запускать фейерверк.

Руби, стоя на краю откоса спиной к воде, написала в небе белыми огнями: «Руби любит Дина». Нора рядом с ней вывела: «Я люблю моих девочек и Летний остров». Обе засмеялись и помахали братьям.

Эрик повернул голову к Дину, их взгляды встретились, и Дина кольнул страх. Брат выглядел усталым и безнадежно постаревшим.

— Малыш, я люблю тебя, — прошептал Эрик.

Мужчины сидели в темноте, казалось, мир вдруг уменьшился и в нем остались только они двое. Музыка и смех женщин смолкли. Внезапная тишина представлялась бесконечной, черной и опасной.

— Я тоже люблю тебя, Эрик.

— Дино, я не хочу никаких похорон. Устройте вечеринку вроде сегодняшней, как в прежние времена, а потом развейте мой прах по ветру с «Возлюбленной ветра».

Дин на минуту вообразил, как будет стоять на палубе, смотреть на серый пепел, плывущий по волнам, и вспоминать голубые глаза, которые никогда больше на него не взглянут…

Дыхание Эрика стало затрудненным. Он закрыл глаза.

— Я не могу найти тетрадь по практике.

— Не волнуйся, я найду.

Больной снова открыл глаза, но, казалось, не мог сфокусировать взгляд.

— Позови маму, ладно? Мне нужно с ней поговорить.

Дин похолодел.

~ Она ведь здесь, правда?

Он быстро кивнул, вытирая слезы:

— Конечно, здесь.

Эрик улыбнулся и откинулся на подушки.

— Я знал, что она приедет.

— Я за ней схожу.

Казалось, Дину понадобилась целая вечность, чтобы пересечь маленький участок лужайки. Пока он шел, к нему вернулись звуки — музыка, смех, шум волн. По радио звучала песня «Для того и нужны друзья».

Руби засмеялась и протянула руку.

— Пошли, Дино. Ты еще не написал мое имя.

Дин не мог поднять руку. У него возникло странное ощущение, будто он распускается, как вязаный свитер, и достаточно малейшего движения, чтобы от него ничего не осталось.

— Он зовет маму.

Нора ахнула и быстро прикрыла рот рукой. Руби уронила бенгальский огонь. Искры рассыпались по траве, она тщательно затоптала их.

Все трое в гнетущем молчании направились к Эрику. Дин теперь слышал абсолютно все, вплоть до шороха травы под ногами.

Руби первая опустилась перед Эриком на колени. В ее глазах блестели слезы.

Эрик улыбнулся:

— Ты раскрепостилась…