Летний остров - Кристин Ханна

У алтаря они остановились, Рэнд поцеловал дочь в щеку и прошептал:

— Я люблю тебя.

Руби едва сдерживала переполнявшие ее эмоции. Она едва заметно кивнула. Отец отступил назад, оставив ее вдвоем с Дином.

Прямо перед ними стояла большая фотография в резной золоченой деревянной раме. Единственное украшение, которое было для них важно. Портрет Эрика.

На этом снимке ему было лет пятнадцать, он стоял на носу «Возлюбленной ветра», повернувшись вполоборота к объективу, и улыбался той улыбкой, которую они гак хорошо знали.

Дин задержал взгляд на фотографии и вздохнул. Руби поняла, что он вспоминает. Она просунула руку ему под локоть, пожала пальцы и прошептала:

— Он здесь.

— Знаю. — Дин ответил на пожатие. — Знаю.

Отец Магауэн улыбнулся жениху и невесте. Сестра Хелен лукаво подмигнула Руби, вперевалку прошла к органу и села за клавиши.

— Возлюбленные братья и сестры, мы собрались здесь, чтобы соединить священными узами брака этого мужчину и эту женщину…

Маленькую церковь заполнил густой, мелодичный голос. Наконец священник дошел до слов:

— Кто отдает эту женщину в жены этому мужчине?

Единственная просьба Руби в связи с церемонией касалась именно этого вопроса. Она оглянулась, увидела отца и мать, стоящих рядом, и поняла, что поступила правильно. Эта картина останется в ее сердце навсегда.

Рэнд посмотрел на Нору. Та плакала, не таясь. Он взял ее под руку и привлек к себе.

— Мы, ее мать и я, — гордо ответил Рэнд.

Кэролайн тоже заплакала. Руби заметила, как Джерри придвинулся к жене и обнял ее за талию. Она снова повернулась к Дину, посмотрела в его лучистые голубые глаза и… забыла обо всех остальных.

— …можете поцеловать невесту.

— Я ждал этого момента всю жизнь, — тихо сказал Дин, сияя от радости. — Я буду любить тебя всегда, дорогая.

Руби прочла в его взгляде все: прошлое, настоящее, будущее. Она увидела светловолосых детей, играющих в холодной воде залива Пьюджет-Саунд, праздничный стол, накрытый по случаю Рождества, множество стульев вокруг него… Она увидела себя и Дина старыми, поседевшими и подслеповатыми. Она знала, что никогда не забудет эти мгновения.

— Вот и хорошо, — откликнулась она, улыбаясь и чувствуя солоноватый вкус собственных слез.

Слезы грозили испортить макияж, за который мать заплатила немалые деньги, но Руби было все равно.

Дин наклонил голову и поцеловал новобрачную. Позади них родственники радостно закричали, засмеялись, захлопали в ладоши. И тут в церкви внезапно появился Элвис Пресли в белом комбинезоне, отделанном бусинами. Король рок-н-ролла взлохматил пальцами кок, улыбнулся своей излюбленной кривоватой улыбкой и запел.

Он был очень взволнован.