Серые тени - Евгения Сушкова

или цепь событий, иногда одно дело распыляется на нескольких девушек, даже из соседних отделений стражи (порой и не стражи вовсе). В каком-то случае это могут быть отрывочные картинки, даже без звукового сопровождения, в каком-то обеспечивается полное погружение в сознание преступника — как в этот раз: все, кто держал кристалл в руках, пропускали через себя этот грязный поток мерзости, идущий из самого нутра маньяка. Заставить провидицу что-то увидеть — невозможно, проще обратиться к прогнозистам, чем получить от этих бедняжек предсказание. Девушки, особенно не обладающие дополнительной способностью представлять, то есть записывать свои видения на кристаллы, обязаны были хорошо знать архитектуру, географию, ботанику и зоологию, уметь рисовать, быстро сопоставлять факты и — абстрагироваться от увиденного. Получалось не всегда, но последний навык для них — едва ли не жизненно необходим. Иначе можно просто сойти с ума.

И все это взваливалось на плечи молоденьких девочек. Мужчинам тоже наверняка было бы так же тяжело, но они… хладнокровней. И обрастают толстой кожей куда быстрее.

— Обязательно, Деррик, — кивнула Лаура. — А пока позволь-ка заняться тобой.

Капитан Ирлин нахмурился сильнее.

— Я в порядке, Лаура.

— Конечно, в порядке, — не стала спорить целительница, окидывая Рика внимательным — чересчур внимательным — взглядом, и вздохнула: — Деррик, я сейчас могу назвать минимум три проблемы, которые ожидают тебя в ближайшем будущем. И, поверь, мне проще заставить тебя сейчас предотвратить это, чем потом отлавливать по всему Управлению.

— Заставить? — с ироничной мягкостью переспросил Рик, которого весьма позабавила такая формулировка.

— Если вынудишь, — кивнула Лаура, вставая. — Мне как-то недосуг потом будет с твоими язвами возиться. Так что будь послушным мальчиком, откинься на спиночку и позволь мне заняться своей работой…

— Ты еще предложи расслабиться и получить удовольствие, — тряхнул головой Рик, обмякая в кресле и позволяя целительнице получить доступ к капитанскому телу.

Таша отвернулась, прикусив губу, когда руки Лауры прошлись по плечам Деррика, остановились на груди и животе, скользнули под рубашку в маленькие проемы между пуговицами. Никакого подтекста — отточенные скупые движения, да и из соседства с Лианой видящая знала, что намного лучше работается, когда есть прямой контакт с кожей, но все равно было неприятно видеть, как к Рику прикасается другая.

Ревность? Пожалуй, да. Необоснованная, беспочвенная, болезненно-жгучая и ядовитая. Таша привыкла к объятиям Рика, его поцелуям, привыкла к той странной игре, в которую он втянул их. Присутствие третьей стороны, которой дарились искренние улыбки и ничего не значащие полушутки, ранило неожиданно сильно.

Повернувшись к ним спиной, видящая хотела выйти, но Лаура, не отрываясь от Рика, попросила:

— Таша, не уходи. Твой потухший взгляд что-то очень мне не нравится. Тебя я тоже хотела бы осмотреть.

— Со мной все хорошо, — бесцветно и как-то вяло попыталась возразить девушка.

— И все-таки, — настаивала на своем целительница. — Из вас ведь, бравых служителей закона, никто ко мне по доброй воле не придет, пока смерть из-за угла не помашет. Так что хочу воспользоваться моментом и убедиться, что в ближайшее время этого не произойдет, раз уж я все равно покинула свою территорию и выбралась к вам

— Хорошо, — сдалась Таша, снова разворачиваясь к паре за капитанским столом. Спорить с Лаурой не хотелось, к тому же целительница проявляла искреннюю заботу. Грубить ей и отказываться во вред собственному здоровью от предлагаемой помощи только потому, что вдруг проснулись собственнические чувства? Глупо же.

— Посиди пока здесь, — Лаура взглядом указала на стул, с которого не так давно поднялась сама.

Видящая послушно опустилась на сиденье, скрестив руки на груди и уставившись в окно. Потухший взгляд… Надо же, какое точно определение подобрала целительница. Таша в действительности так себя и ощущала. Работы свалилось много — Рик не преувеличивал, когда говорил, что их отделение сильно нуждается в видящей. Центральное Управление столицы — и без подобного специалиста… Это, как минимум, неправильно. Как за время работы узнала Таша, переводимые из других отделений видящие рядом с капитаном Ирлином надолго не задерживались, его гадский характер способна была вытерпеть только племянница, Селия. Да еще в чем-то провинилась перед звездами инари Ллоривель, худо-бедно пережившая период третирования и испытания на прочность. Пережила — и с головой ухнула в бездну дел, требующих ее способностей. Это, в принципе, было не так уж и страшно, несмотря на пугающие объемы работы. Что действительно выпивало силы — это суть людей, раскрывавшаяся в каждом расследовании. От откровенной грязи Рик все же старался держать свою помощницу на расстоянии, но и того, с чем соприкоснулась Таша, хватило, чтобы шесть месяцев спустя выглядеть потухшей. Это не означало, что девушка перестала улыбаться, не имела возможности отдохнуть или скатывалась в депрессию. Просто… видимо, этим утром соединилось все: накопившаяся усталость, пропущенные через себя эмоции Палача, собственная ревность, ставшая неприятным сюрпризом и лишившая душевного равновесия. Потухшая… Наверное, так и есть. Не искорка уже, а едва тлеющий уголек.

Взгляд невольно скользнул к Рику. Для него, похоже, тоже уже не искра, если он так открылся рядом с Лаурой, абсолютно не стесняясь присутствием помощницы. Капитан сидел, откинувшись на спинку и склонив голову вправо, чтобы из-за целительницы ему видна была Таша. Поднял брови, словно спрашивая: 'Что случилось?'.

'Ничего', - покачала головой Таша. Выдавая себя коротким взглядом на тонкую руку, удобно устроившуюся на груди Рика. Несколько секунд он недоуменно рассматривал аккуратные, чуть согнутые пальцы — и с губ слетел короткий, полный удовлетворенного осознания выдох. И снова эти знакомые всполохи в глазах, прожигающие ее легкой насмешкой.

'Серьезно? Ревнуешь?'

Таша вздернула подбородок, отворачиваясь и прерывая безмолвный диалог. Щеки пылали, как если бы ее поймали на чем-то непристойном.

Скрип кресла — чуть слышный, но звонко бьющий по нервам, и следом — ленивый вопрос:

— Лаура, может, рубашку будет лучше расстегнуть? Это, насколько я понимаю, значительно облегчило бы тебе работу, разве нет?

— Иди ты… к бесам подземелья, — хмыкнула целительница. — Меня к своим играм не приплетай. А как мне лучше работается, я и без тебя знаю. Так что сиди тихо — и не мотай нервы ни мне, ни девочке.

Чуть царапнула кожу — и снова сосредоточилась на своих ощущениях. Таша прожгла Рика возмущенным взглядом, на что он лишь беспечно улыбнулся.

Поняв, что строгостью и напускной укоризной пристыдить Рика не удастся, Таша снова отвернулась к окну. Если у капитана Ирлина возникало такое озорное настроение, перебить его почти ничем не удавалось, и страдали все окружающие. Таша, как самая приближенная, — чаще всего. Наученная горьким опытом девушка знала, что лучше всего — не реагировать на подначки. Хотя