Соблазнитель - Элин Пир

Зевс скрестил ноги и откинулся назад.

— И он подчинился?

— Эй, я же здесь! — напомнил я Зевсу, но мудак снова проигнорировал меня и сосредоточился на Афине.

— Да, Финн подчинился и согласился остаться на пять дней и следовать моим инструкциям.

— Как интересно. — На этот раз Зевс посмотрел на меня. — Что ты делал эти пять дней?

— Духовные штуки, такие как медитация, благодарность и тому подобное, — дразняще улыбнулся я Афине.

— Думаю, весь мир задается вопросом, как у двух людей из совершенно разных культур может быть что-то общее, — сказал Зевс. — Афина, ты не хочешь как-то это прокомментировать?

— Да, — отозвалась она, и выражение ее лица стало серьезным. — С тех пор, как мне исполнилось двенадцать, меня учили любви и доброте. Распространение этого послания всему миру стало моей миссией в качестве жрицы. Легко быть добрым к людям, которые относятся к тебе с добротой и любовью; на это способен каждый.

— Угу, — согласился Зевс.

— Гораздо труднее быть добрым по отношению к тому, кто относится к тебе плохо.

Зевс поднял бровь и сначала пристально взглянул на меня, после чего спросил Афину.

— Ты имеешь в виду того, кто похищает тебя и удерживает в заложниках?

— Не скажу, что это было ужасно, но да, подобная ситуация испытывает тебя на прочность.

Зевс откинулся назад и несколько раз моргнул.

— Не совсем понимаю. Если бы кто-то похитил меня, я бы не стал с ним церемониться. С чего бы это? Он бы стал моим врагом.

— Какого хрена? — вскинул я руки. — Ты северянин, ты должен быть на моей стороне, — напомнил я Зевсу, который явно был заворожен Афиной. — И к твоему сведению, я был чертовски обходителен с Афиной.

Она подняла бровь, а я слегка пожал плечами и добавил:

— По крайней мере, большую часть времени.

— Дело в том, — продолжила она, — что похищение открыло мне глаза, и я поняла, что у меня еще осталось место для духовного роста. Когда Финн приехал на Родину спустя несколько месяцев, я приняла вызов и не только простила его, но и пригласила в свой дом на пять дней.

— Мне жаль, Афина, — скривился Зевс, — но многие северяне в этот момент усомнятся в твоем благоразумии. Зачем приглашать врага в свой дом?

Я наклонился вперед.

— Это дурацкий вопрос. Я не был ее врагом, только идиоты путают доброту с глупостью.

— Это цитата какой-то известной личности? — спросил он, нахмурив брови.

— Да, можешь цитировать меня! — бросил я, решительно кивнув, и снова откинулся на спинку стула.

Зевс опять сосредоточил свое внимание на Афине.

— Может, поделишься с нами, что в первую очередь привлекло тебя в Финне?

Она снова сжала мою руку.

— Честно говоря, поначалу я была ослеплена нашими различиями. Как только я начала присматриваться к лучшей стороне его натуры, я обнаружила, что Финн удивительный человек. Когда я серьезно пострадала во время землетрясения, Финн спас мне жизнь.

— Каким образом? — спросил Зевс Афину, снова проигнорировав меня. На этот раз Афина не позволила ему провернуть этот трюк.

— Финн, дорогой, может ты объяснишь? — попросила она и посмотрела на меня с любовью, искрящейся в ее глазах.

Я немного расправил плечи.

— Ну, дом Афины рухнул, и она оказалась в ловушке под большой балкой, которая оставила довольно глубокую рану на ее голени, она чуть не истекла кровью. Мне пришлось сдвинуть балку, остановить кровотечение и наполнить ее сильной кровью северянина. Я не какой-то там герой. Любой северянин сделал бы то же самое.

Зевс согласился.

— Конечно, в этом нет ничего особенного.

Я бросил на него злобный взгляд, потому что, хоть и был с ним согласен, он даже не пытался в этом интервью выставить меня с лучшей стороны.

— Афина, — произнес Зевс и улыбнулся ей. — Можешь ли ты вспомнить тот момент, когда поняла, что влюбилась?

Она покраснела, словно вспомнив что-то сексуальное, и мое настроение тут же улучшилось.

— У Финна отличное чувство юмора, он умеет меня рассмешить. Я ценю это в нем, — сказала она, придерживаясь безопасной темы.

— Да, язык у меня не плохо подвешен, — ухмыльнулся я и полностью смутил Афину, в то время как Зевс выглядел так, будто удостоился веского замечания.

— Это как-то связано с твоими чувствами к Финну? — спросил он на полном серьезе.

— Нееет. — Афина перевела взгляд на камеру. — Позвольте мне объяснить моим соотечественникам, вы не должны судить северян по их примитивному чувству юмора. Просто это одно из культурных различий между нами. Правда в том, что Финн очень умен, он способен вести глубокие и серьезные разговоры. Он даже участвует во многих моих духовных практиках.

Зевс снова свел брови вместе и спросил меня:

— Как ты относишься к этим так называемым духовным практикам?

— Афина зовет меня своим духовным учителем, и, по-моему, у меня неплохо получается. Честно говоря, мне больше по нраву определение «духовный разбойник», если ты понимаешь, о чем я?

— Духовный разбойник? — нахмурился Зевс. — Не уверен, что понимаю, о чем речь.

— Это тот, кто не воспринимает жизнь слишком серьезно, — рассмеялся я. — Я сотрясаю мир Афины и делаю его менее предсказуемым и более веселым. Мы, духовные гангстеры, часто находим время для игр. — Я снова рассмеялся и бросил на нее пылкий взгляд. — Как тот парень Багги, только с прессом, — хлопнул я себя по животу.

— Он имеет в виду Будду, — поправила меня Афина и продемонстрировала свою белоснежную улыбку, когда улыбнулась мне в ответ.

Зевс кивнул и продолжил.

— Через несколько минут наш правитель, лорд Аврелий, проведет вашу свадебную церемонию, и вы станете мужем и женой. Есть ли у вас какие-нибудь пожелания для ваших соотечественников, прежде чем вы свяжете себя узами брака?

— Я просто счастлив и горд тем, что женюсь на самом прекрасном человеке, которого когда-либо встречал, — произнес я. — Мы, северяне, часто насмехаемся над жителями Родины, называя их наивными простаками. Раньше и я их так называл. Затем мне выпала честь провести десять дней с жительницей Родины. Я воочию убедился, какими крутыми могут быть представители Родины. — Я взглянул на Афину и немного растаял. — Эта миниатюрная женщина бросила мне вызов, хотя я был на фут выше ее, намного сильнее и безостановочно пытался заморочить ей голову. — Ее лицо смягчилось, и она стала еще более обворожительной, пока сидела там и слушала меня.

— Меня поражает доброта, исходящая от Афины. Нужна сила воли, чтобы применять на практике то, что она проповедует. Я невероятно благодарен, что такой потрясающий