Сплетня - Катя Саммер

В финал конкурса мы проходим вместе с очень злым Савельевым и еще одной парой, которую никто так и не запомнил. Сереженька сильно старается привлечь к себе внимание и откровенно конфликтует с Даней. Настолько, что даже Галя с кислым лицом меркнет на его фоне. Лиза успела рассказать по пути в зал, что придурка Савельева выгнали из команды, вот он и бесится. Хотя и без предисловий заметно, что с футболистами у него личные счеты: те кричат на его выходки протяжное «фу-у!» и показывают пальцем вниз. Хорошо, что Даня никак не реагирует – ни на толчок Савельева в плечо, ни на явные злорадные усмешки. Он вообще не отрывает от меня глаз, подавая пример другим.

Я не шучу: кажется, что на сцене на нас смотрят ВСЕ! И все знают, чем мы только что занимались в лаборантской. Особенно строгая мама-декан. Но я стараюсь ровно дышать: все под контролем, Лиза поправила мне прическу и макияж, Даня рядом, обнимает за талию как ни в чем не бывало. С такой группой поддержки в лице Романовых мне все будто бы нипочем и по плечу.

Когда мы возвращаемся на танцпол, Лиза с ходу нападает на меня, чтобы задушить в объятиях. Я не успеваю отреагировать, а Даня уже шепчется о чем-то с Тимом. Они машут нам, обещают, что вернутся через пару минут, и, заговорщически подмигнув, исчезают в неизвестном направлении. Пока я выглядываю их, Лиза не перестает повторять, какие мы с ее братом красивые и как она завидует, что у нас все так легко складывается. Я не согласна с ней, не просто, но сейчас не спорю. Напоминаю, что они с Тимом танцевали медленный танец, когда мы сошли со сцены, а Лиза отмахивается, мол, это другое. Коне-е-ечно. И то, что у обоих таблички на лбу горят «влюблены по уши», совершенно ни при чем. Почему со стороны все виднее и проще? От этих мыслей меня отвлекают парни, которые возвращаются с таинственной фляжкой, наполненной…

– Шампанское? – сделав глоток, смеется Лиза, когда пузырьки щекочут ей нос. И передает контрабанду мне.

Даня смотрит на меня, с вызовом приподняв бровь. Уверена, в любое другое время я бы возмутилась тем, что он нарушает правила и откровенно пользуется особым положением в университете благодаря маме, но сейчас… Мне так хорошо, когда он рядом, что я улыбаюсь и отпиваю сладковатый газированный напиток без каких-либо возражений.

Следом начинает играть новая мелодия, Лиза с криком хлопает в ладоши, радостно прыгает, и я присоединяюсь к ней. Сколько мы выпиваем того игристого на четверых? А кажется, что пузырьки так сильно бьют в голову! Я смеюсь без остановки, будто умом тронулась.

– Это все шампанское! – перекрикиваю музыку, чтобы Лиза услышала меня, продолжая размахивать руками в такт заводной песне, слова которой откуда-то неожиданно знаю.

– Не может быть! Ты просто влюблена! – заключает она.

Влюблена, да? И если оставшееся время на танцах я еще задаюсь этим вопросом, пытаюсь анализировать свои ощущения с научной точки зрения (пусть и безуспешно, потому что от прикосновений Дани все мысли разом вылетают из головы), то позднее, когда мы доезжаем до моего дома на такси и Даня, проводив меня до подъезда, целует на потеху зрителям в окнах, я… да, почти готова с этим согласиться. Видимо, влюблена. Не может сердце так отзываться без причины. С чего бы так грустно было расставаться? Все вышло далеко за рамки подготовки к конкурсу, стоит признать, и… Интересно, у меня теперь тоже на лбу табличка горит?

– Пока. – Я смущенно отвожу глаза, прощаясь, потому что уверена: Даня легко может прочитать все мои мысли о нем. Проверяю время на телефоне – три минуты после полуночи. – И с днем рождения тебя.

– Завтра поздравишь.

Он улыбается мне, выдыхает пар. Губы красные и припухшие. Это моих рук (ну то есть губ) дело? Расстегнутая бабочка висит на шее, рубашка торчит из-за пояса брюк. Он непривычно лохматый, глаза горят. От него пышет жаром, пусть на улице и явно ниже нуля.

– Завтра так завтра, – киваю ему, не спешу уходить, растягиваю момент. Это напоминает телефонный звонок, который никто не может закончить, оставаясь на проводе.

– Я наберу, как договоримся обо всем с Тимом, – повторяет Даня то, что мы обсуждали в такси, чтобы снова не сорваться в поцелуи, так как меня смущало присутствие подглядывающего в зеркало заднего вида водителя.

За время танцев с волшебной фляжкой мы успели решить отмечать Новый год и день рождения Дани все вместе. Вчетвером. Оказалось только, что Тим уже попросил Лизу подыграть ему в театральном представлении перед какой-то теткой, кажется маминой сестрой, через которую та передала им на праздник тазик оливье и кучу закруток. Непонятно, когда она заедет, так что будем действовать по обстоятельствам, раз все вышло спонтанно.

– Да заходите уже, а то отморозитесь же без гамаш! – в открытую форточку возмущается баб Валя.

Хорошо хоть без компота наготове. Странно, что моих сестер не слышно. И когда я, попрощавшись с Даней в десятый раз, захожу счастливая домой, то понимаю почему. Крик стоит невообразимый, аж барабанные перепонки ломит. Я вешаю пальто на крючок и крадусь мимо них.

– Ты его бросила! Сама!

– А ты теперь с ним сосешься в нашей комнате!

– Мы просто смотрели кино! Ты бесишься, потому что дура!

– Сама такая!

Рита с Ветой орут друг на друга так, что, кажется, слюни летят во все стороны. Вот-вот патлы начнут друг другу выдергивать. Всегда в их схватках переживала за Риту, которая слабее, но сейчас, кажется, у нее боевой настрой.

– Что тут происходит? – спрашиваю у Розы.

Она раскачивает плачущего Лёву на руках, подражая ракете, взлетающей в космос, а я целую бандита, свисающего вниз головой, в лоб. Папы, видимо, уже нет дома, раз эти двое не боятся повышать голос.

– Паша, – коротко поясняет та. – Приготовься их разнимать.

Я всегда готова.

– Ненавижу тебя! Почему тебе понадобился именно он? Столько парней вокруг! Ты же каждую пятницу западала на нового! – визжит Рита не своим голосом.

Аж вены на лбу вздуваются, главное, чтобы голова не лопнула. Хорошо, что я пополнила ее запасы таблеток от мигрени, завтра по-любому будет страдать.

– А я ненавижу тебя! Весь мир крутится вокруг тебя и твоих болячек! Бедная-бедная Рита! На меня всем плевать!

Видимо, грядет что-то серьезное, эти двое никого не замечают.

– А ты думаешь, мне нужно это внимание? Когда я несколько дней подряд не могу встать с