Правило Диксон - Эль Кеннеди

– Но тройнички ты не любишь?

– Нет, я бы не стал тобой делиться, – он прямо встречает мой любопытный взгляд. – Но я бы позволил ему наблюдать.

У меня между ног разгорается пламя.

– Смотреть, но не касаться?

– Именно. – Шейн придвигается ближе, кладет руку мне на ногу, слегка поглаживает бедро. Смотрит так внимательно, проницательно, и глаза у него горят. – А ты бы позволила кому-нибудь смотреть, как я тебя трахаю?

Я сглатываю.

– Может быть. Смотря кому. – У меня перехватывает дыхание. – Неважно, мы отклонились от темы. Речь об Уилле. У него из-за тройничков возникает ощущение, что с ним что-то не так. Вот он и пытается от них отдохнуть.

– Так, значит, он зайдет сегодня, чтобы член удержать в штанах?

– В общем и целом да, – вздыхаю я. – Не знаю, затронет ли он с тобой этот вопрос, но, если вдруг затронет, может, попытаешься его образумить? Скажи, что, если ему и нравятся тройнички, в этом нет ничего такого.

– Посмотрим, что смогу сделать. – Шейн поглядывает на экран и тут же переключает внимание. – Черт возьми. Ведущая-британка вернулась. Началось.

Мы с Шейном досматриваем финал шоу. Я облегченно выдыхаю, когда Зоуи и тот самый Коннор мирятся, а потом ору от восторга, когда оказывается, что Бен и Жасмин соврали насчет того, когда состоялся разговор о стабильных отношениях.

На экране Коннор говорит Зоуи:

– Я люблю тебя. Всем сердцем. Месяц назад я не был готов полностью посвятить себя нашим отношениям. Да и любым отношениям, честно говоря. Но теперь я готов, Зо. Я хочу, чтобы ты стала моей девушкой. Не только здесь, в особняке, но и в реальной жизни.

– Мне бы тоже этого хотелось, – застенчиво говорит Зоуи.

Ведущая просит две пары, вышедшие в финал, встать под шатер, где выводят результаты зрительского голосования. Мы с Шейном аплодируем, когда победителями становятся Зоуи и тот самый Коннор и их объявляют Парой навеки. Ну, то есть я аплодирую. Но вид у Шейна довольный, и я уверена, что мысленно он уже проделал колесо.

В районе десяти мне звонит Ричард из здания «Сикомор» и говорит, что пришел Уилл, а несколько минут спустя я уже открываю ему дверь в квартиру. Он обнимает меня в знак приветствия, потом здоровается с Шейном.

– Что смотрим? – Уилл поглядывает на экран телевизора.

– Ничего, – врет Шейн.

Я замечаю, что пока я ходила открывать дверь, он переключил канал – с «Ти-Эр-Эн» на «Ти-Эс-Би-Эн», – так что теперь на экране показывают самые яркие футбольные моменты предсезонного периода. Надо же. Кое-кто не хочет, чтобы Уилл застал нас за просмотром шоу «Интрижка или судьба».

– Вообще-то я уже ухожу домой, – говорит Шейн. – Хотел сегодня лечь пораньше.

Уилл хмурится.

– Ты не здесь ночуешь?

– Зачем ему ночевать здесь, если у него есть собственная кровать? – отвечаю я вместо Шейна. – Я не хочу, чтобы он всю ночь клеился ко мне и душил своей любовью.

– Да ты же обожаешь мою любовь, – ворчит Шейн, потом сурово поглядывает в сторону Уилла. – Она обожает мою любовь.

Уилл фыркает.

– Тебя завтра утром подвезти на тренировку? – спрашивает Шейн своего сокомандника.

– Да, было бы здорово.

– Отлично. У меня будильник стоит на семь тридцать. В восемь я постучу в дверь. Если не будешь готов, уеду без тебя.

– Я успею, – обещает Уилл.

– Давай я тебя провожу, – предлагаю я, хватая Шейна под руку.

В дверях он глубоко и старательно целует меня, активно пуская в ход язык (возможно, активнее, чем нужно).

– Не надо сильно стараться. Он и так уверен, что мы встречаемся, – бормочу я в поцелуй, хотя, честно говоря, не жалуюсь. У меня от поцелуев с Шейном мозг плавится.

– Поверить не могу, что нам сегодня не удастся трахнуться, – так же тихо бормочет он в ответ.

Если бы все зависело только от либидо Шейна, мы бы занимались сексом не меньше двух раз в день. Я, опять же, не жалуюсь. Такого хорошего секса у меня еще никогда не было.

Я закрываю за Шейном дверь и сразу прохожу в ванную – совершать вечерний ритуал по уходу за кожей. На этот раз я оставляю Уилла в покое, но он все равно стоит в дверном проходе и смотрит на меня в зеркало.

– Так у вас с Линдли до сих пор все на мази, а?

– Кто бы мог подумать, скажи?

– Да никто, – Уилл фыркает. – Ты в прошлом году постоянно над ним издевалась.

– Конечно, потому что он бесит. И это, кстати, не изменилось.

– Вот именно, не изменилось. Так что же тебя переубедило?

– Его член, – признаюсь я. – Это не просто член, это зыбучий член, и я ему покорилась.

Уилл серьезно кивает.

– Сочувствую тебе.

Когда с увлажнением кожи покончено, я устраиваю Уилла на диване – приношу чистые простыни, две подушки и толстое одеяло. Что бы кто ни думал, я достаточно уважаю Шейна и не собираюсь спать в одной кровати с его товарищем по команде. Неважно, настоящие у нас отношения или нет, мы договорились, что не заводим никого на стороне. Я тоже была бы не в восторге, если бы он оказался в постели с другой женщиной – пусть и для того, чтобы исключительно платонически поспать. Но это потому что я собственница и стерва. Даже если мужчина со мной только временно.

– Спасибо еще раз, – угрюмо благодарит Уилл. – Прости, что снова навязался.

– Ты не навязался, честное слово. – Я целую его в щеку и отправляюсь к себе в спальню.

Впрочем, забравшись под одеяло, я понимаю, что заснуть не удастся. Дело в том, что… черт возьми, я хочу секса. Я привыкла получать с Шейном оргазм перед сном, и теперь все тело прямо вибрирует в ожидании.

Около половины двенадцатого я, так и не заснув, ощущаю жажду и выхожу в кухню. На цыпочках обхожу диван, мельком смотрю на Уилла – он спит на спине и тихо похрапывает. Значит, пока не проснется.

Я наливаю себе стакан воды и медленно выпиваю его, облокотившись о столешницу. Взгляд мой снова и снова скользит к Уиллу. Наверное, можно было бы перепихнуться с Шейном по-быстрому, ничего страшного. Я просто заскочу в соседнюю квартиру, кончу и вернусь. Уилл даже ничего не заметит. Он спит беспробудным сном.

Вернувшись в спальню, я достаю телефон и пишу Шейну.

Я: Я передумала. Перепихнемся по-быстрому?

Шейн: Слава богу. Не мог заснуть. Собирался подрочить.

Шейн: Я зайду.

Я: