Дерзкий ангел - Элизабет Бойл

— Не понимаю, о чем ты говоришь, Эффи, — сказала герцогиня своей сестре леди Диэрсли. — По-твоему, София гостила у меня в прошлом месяце? Глупости! Я отчетливо помню, как она сказала мне, что собирается провести время здесь, у Селии.

Леди Ларкхолл переводила взгляд с одной сестры на другую.

— Вы обе все перепутали. София весь прошлый месяц провела в Лондоне. Она прибыла в Бат всего десять дней назад.

Леди Диэрсли нахмурилась:

— Я уже отчаялась разобраться, что здесь происходит, потому что все противоречит действительности. Все надо немедленно выяснить. Я требую отчета. Она постоянно мается в моем доме и умоляет отпустить ее в деревню! Якобы ей неуютно в городе. Но, как я теперь подозреваю, это не больше чем отговорка. Мне не следовало бы спускать с нее глаз. Я так и знала, что ничего путного не выйдет из этой затеи! Разрешать девочке раскатывать между нашими домами, будто она беспризорница! Вы обе оказывали на нее самое дурное влияние! Да еще эта миссис Лэнгстон. Я никогда не доверяла ей! И не раз говорила вам, что ее рекомендаций следует основательно проверить! Так нет же! Вы и слышать об этом не хотели! А теперь наша девочка пропала, ее репутация загублена! Я в этом уверена!

Леди Диэрсли с расстроенным видом оглядела комнату и воскликнула:

— А где моя Ханна? — Затем нетерпеливо обратилась, к слуге: — Найдите Ханну и велите ей немедленно привести сюда компаньонку Софии.

Эмма попятилась от дверей и торопливо взбежала вверх по лестнице. Ворвавшись без стука в комнату Софии, она подскочила к окну и раздернула шторы, чтобы свет раннего утра проник в спальню. И твердо произнесла:

— Вставайте! Внизу такое творится, что нам несдобровать. И вот-вот здесь появится Ханна с плохими вестями.

Фигура на кровати повернулась на бок, еще сильнее натянув одеяло на голову.

— Вы слышали, что я говорю? — возмутилась Эмма и ущипнула сонную Софию. — Там, внизу, творится несусветное. Собралась вся семейка. Слышите? Вся! И позвольте доложить вам, что будет на завтрак. Допрос с пристрастием, ясно? О том, где вы пропадали в последнее время.

Эмма направилась к гардеробу, из которого решительно вытащила свой потрепанный и видавший виды саквояж. Затем, торопясь, повытаскивала свои платья.

— Не знаю, как вас, но меня, наверное, спасти может только бегство через черный ход. Я даже не смею и думать, чтобы появиться перед ними и попытаться запудрить им мозги. Да и что бы мы ни придумали, этому не поверят. Ваши тетки настроены очень воинственно. Вы слышите меня? Они сравнивают даты и буквально кипят. И вовсе не придут в восторг, когда разберутся, что к чему.

Она сделала паузу, чтобы перевести дух, и снова недовольно взглянула на кровать.

— Вы слышали хоть словечко из того, что я сказала, или все еще дрыхнете? Или решили разыграть из себя усопшую? Предупреждаю, это не поможет! Ваши тети жаждут крови, и дурацкие отговорки их не устроят! Так что шевелитесь! Вставайте и помогите мне придумать хоть что-нибудь вразумительное, чтобы отбить хотя бы первую атаку! Ну же! Хватит валяться!

Она прошла к кровати и решительно сдернула одеяло с разоспавшейся Софии.

— А как насчет того, чтобы рассказать правду? — отозвался с кровати маркиз Траэрн, стиснув руку Эммы, как клещами.

Пока ошеломленная Эмма пыталась выдавить из себя нечто похожее на вразумительный ответ, в комнате появилась Ханна, взглянула и… завизжала.

Служанка выбежала из спальни и, не переставая визжать, прижалась спиной к стене.

На шум, поднятый Ханной, к спальне Софии сбежалась вся прислуга.

Испуганная Ханна не переставала вопить, что застала… миссис Лэнгстон и… лорда Траэрна… в э-э-э… таком положении, что… э-э… скромной девушке… даже и не выговорить.

Затем появились члены семьи. Леди Диэрсли проложила путь сквозь толпу слуг в спальню и остановилась у кровати.

— Что здесь происходит?

«Слава Богу, — подумал Джайлз, — что хоть она не верещит».

С помощью Эммы он быстро натянул рубашку, но надевать бриджи на виду у всех дам? Исключено! И он был вынужден общаться с будущими родственниками в самом идиотском положении: сидя в рубашке на кровати невесты, а нижнюю часть тела прикрыть одеялом.

— Это даже хуже, чем я думала, — простонала леди Диэрсли, опуская мощный зад на ближайший стул. — Я никогда не доверяла вам, — сказала она, ткнув обвиняющим пальцем в сторону Джайлза. — А вам еще меньше, мадам. — Ее гневный взгляд буквально изничтожил Эмму. Затем старая дама кивком велела той убираться.

Джайлз не мог не восхититься Эммой — как стойко выдержала она сильнейшую атаку, не дрогнув и не проронив ни слова оправдания! Но он не мог допустить, чтобы на нее пал хоть краешек тени обвинений леди Диэрсли, которых она ни в коей мере не заслуживала.

— Полагаю, что вы все неправильно истолковали, миледи, — вмешался он. — Я провел ночь не с миссис Лэнгстон, а с вашей племянницей.

Леди Диэрсли повернулась корпусом в сторону леди Ларкхолл, смущенно застывшей у дверей.

— Слышишь? И все это на твоей совести, Селия. Ты знала, почему ее прислали сюда! И все же позволила ей такую свободу, которой она не заслуживает. Нашей задачей было отыскать ей достойного супруга и проследить, чтобы ее беспутство было пресечено самым решительным образом. И смотри, что ты натворила. Боже, как подумаю…

— Немедленно прекрати свои причитания, Эффи, — перебила ее герцогиня Кэрилл, решительно стукнув об пол своей тростью, будто жезлом лорд-мэра. — В данный момент мне все равно, кто спал в этой кровати, пусть даже сам король. Я хочу знать, где София.

Все растерянно переглянулись, словно удивляясь, как им самим это не пришло в голову. В суматохе все совершенно забыли про Софию.

— Сбежала, — ответил Джайлз и подумал, что красивая дама, моментально установившая порядок среди; этой суеты, могла быть только герцогиней Кэрилл.

Меллисанда Рэмси, легендарная лондонская красавица, алмаз среди других красавиц, и сейчас затмевала всех женщин, собравшихся здесь. Прошло сорок с лишним лет со дня ее первого появления в обществе, однако ее фигура, осанка, талия, грудь заставляли мужчин забывать, что она, вероятнее всего, приближалась к шестидесяти. На ее белой, как алебастр, коже возраст не оставил следов разрушения или морщин, как на лице и фигуре леди Диэрсли. Не была она и седой, как леди Ларкхолл. Дама, стоящая сейчас перед кроватью, сразу оказалась в центре внимания, и не только потому, что именно этого и добивалась своей властностью и волей.

Она заметила пристальный взгляд Джайлза, и бровь ее выгнулась.

Он не смог сдержаться и усмехнулся.

Как часто он наблюдал этот взлет бровей у Софии! Теперь он знал, от кого его маленькая невеста унаследовала волю, упорство, да и значительную долю бесстрашия.

— Именно об этом я и хотел спросить у миссис Лэнгстон, — продолжал Джайлз, обращаясь к герцогине. — И тут прибежала… — он кивнул на залитую слезами Ханну, — и начала визжать и вопить, словно ее режут.