Герцогиня-охотница - Дженнифер Хеймор

Прощайте. Надеюсь, мы с вами больше не встретимся до конца наших дней на этой Земле.

Джорджина Стенли, будущая герцогиня Дансберг».

– Боже мой, – прошептала Сара, – но как мисс Стенли узнала о том, что тебе известно о Бертраме?

Саймон поднял глаза на братьев, которые также смотрели на него с недоумением. Все, кроме Люка – он ответил ухмылкой.

– Ну, не знаю. Может, случайно где-то проговорился…

– Люк! – предостерегающе сказал Саймон.

– Что? Прекрасная Джорджина, в конце концов, моя сводная сестра. Я просто спросил ее, что она думает о нашем старшем брате. Когда она сделала вид, что не понимает, я уточнил, что имею в виду нашего дорогого брата Бертрама Стенли, сумасшедшего, который проживает в Бордсли-Грин.

– Господи! То есть ты не только рассказал ей, что тебе известно о Бертраме, но и что ты являешься ее сводным братом? – спросил Саймон.

Люк усмехнулся.

– На самом деле было весело наблюдать, сколько оттенков зеленого цвета успело сменить ее лицо, прежде чем она вся в слезах отправилась к своему папочке.

– Мы думаем, второе письмо – результат того разговора, – сказал Сэм, передавая листок Саймону.

Саймон прочитал и это письмо.

«Трент.

Пусть и не с вашей помощью, но то, чего я желал своей единственной дочери, свершилось. Я счастлив и горд этим. Ее выбрал герцог, не такой молодой и сильный, как вы, но обладающий зрелостью и чувствами, которых у вас, видимо, не будет никогда.

Что касается неприятностей, которые должны были с вами случиться при подобном стечении обстоятельств, то я передумал. Думаю, будет лучше, если общество останется в неведении относительно происхождения некоторых людей. Я готов сохранить этот секрет. Однако, надеюсь, вы понимаете, что хранить его я буду только до тех пор, пока вы храните тайну относительно личности некоего Б. С., проживающего недалеко от Вустера. Если когда-либо вы решите раскрыть информацию об этом человеке, я, не задумываясь, обнародую известные вам доказательства о родителях определенных людей.

Я верю, что мы с вами достигнем понимания. Если у вас остались какие-то вопросы относительно нашей договоренности, вы сможете найти меня в Лондоне. Я пробуду там ровно месяц, прежде чем отправлюсь в Гемпшир, в имение Дансберга, для празднования свадьбы моей дочери. Предполагаю, вы не станете появляться в Гемпшире, где ваше присутствие было бы крайне нежелательно.

Стенли».

Когда Сара дочитала письмо, Саймон сказал:

– Они думают, что мы решили использовать против них их же оружие. Что станем шантажировать их, угрожая раскрыть личность Бертрама.

– Но мы же не станем! – воскликнул Тео.

– Нет, – пожал плечами Люк. – Но зачем говорить об этом? Зачем предоставлять Стенли возможность болтать по всей Англии о том, что он мой отец? – Его взгляд помрачнел. – Нет уж, спасибо.

– Люк прав, – согласился Сэм. – Мы поступим, как и планировали: сохраним тайну Бертрама, и Стенли также будет молчать.

– Это разумное решение, – кивнул Саймон, посмотрев поочередно на каждого из младших братьев. – Но это не значит, что наша тайна в безопасности. Слишком много людей ее знают.

Тео вздохнул.

– Иными словами, тайна нашего происхождения может быть раскрыта в любой момент. Рано или поздно общество прознает, что нас произвели на свет невесть кто.

Люк скорчил гримасу.

– Ты меня обижаешь. Про моих родителей как раз все известно. – Он пожал плечами и добавил: – Я обычный бастард.

Тео поднял глаза к потолку.

– А что насчет меня? – тихо спросила Эзме.

Все повернулись к ней.

– Только мать знает ответ на этот вопрос, – серьезно ответил Саймон.

– И мы до сих пор не имеем понятия, где она, – напомнила Сара, тяжело вздохнув.

– Но, – возразил Люк, – у нас есть зацепка. Мы знаем имя и месторасположение. Я собираюсь вернуть ее домой, чтобы она, черт возьми, все это нам объяснила!

Люк посмотрел на Сару, и она увидела нежность и заботу, вытеснившие сталь из его голубых глаз.

– Просто я хотел убедиться, что с вами все в порядке, прежде чем уехать.

– Ах, лорд Лукас, как видите, мы в целости и сохранности.

– Не зови меня, пожалуйста, так, Сара. Ты моя сестра. И я теперь для тебя просто Люк.

– Очень хорошо. Просто Люк.

Он криво усмехнулся и повернулся к Саймону.

– Я рад, что ты все сделал правильно. Но теперь мне пора в путь. Я направляюсь в Кардифф. Уеду до рассвета.

– Тебе что-нибудь нужно? – спросил Саймон.

Люк саркастически поднял брови.

– От вас, ваша светлость? От ваших щедрот? Конечно, спасибо, но нет. Я сделаю все сам, без чьей-либо помощи.

Саймон несколько мгновений молча смотрел на Люка. Все молчали. Наконец Саймон кивнул и сказал:

– Очень хорошо. Полагаю, все, что я могу сделать, это помолиться за твое благополучное возвращение вместе с матерью.

– Так давайте за это выпьем! – воскликнул Сэм и поднял бокал. Все выпили за удачу Люка и скорейшее возвращение матери.

Сара проснулась и увидела, что Саймон стоит у высокого окна и смотрит на извилистую дорогу, ведущую к главному входу в дом. Тяжелые бархатные шторы были приоткрыты, и свет восходящего солнца проник в помещение.

Она долго смотрела на мужа. Он стоял там, высокий и мощный. Саймон был сильным человеком снаружи и внутри.

Он мог жениться на любой леди в Англии, но выбрал Сару. Она часто спрашивала себя, когда же перестанет восхищаться этим человеком. Наверное, никогда.

Поднявшись с постели, Сара накинула пеньюар, подошла и встала рядом с Саймоном. Он протянул руку и прижал ее к себе. Она чувствовала силу и жесткость его тела.

Надежность и безопасность. Стоя в его объятиях, Сара понимала, что никогда не чувствовала себя более уверенно и защищенно, чем теперь. Это было пьянящее чувство.

Сара сразу поняла, куда смотрит Саймон. Взглянув вниз, она увидела, как Люк закончил затягивать подпругу и вскочил в седло.

Молча они стояли и смотрели, как Люк едет по дороге, ведущей из Айронвуд-Парка. Сара тихо прошептала:

– Он найдет ее.

– Ты так думаешь? – задумчиво спросил Саймон.

– Да.

Однако голос Сары звучал не настолько уверенно, как ей хотелось бы. Она почувствовала, как Саймон вздохнул у нее за спиной.

– Я снова нанял Гриндлоу и попросил его следовать за Люком. Он должен провести собственное расследование относительно этого Мортона, который увез мать из Айронвуд-Парка.