Их любимая кукла - Алекса Адлер

Спустя несколько часов тягостного бездействия, бесцельно валяясь на кровати, таращась теперь уже в кремово-белый потолок, украшенный плавными, изысканными рельефами, и поглаживая устроившегося рядом со мной Трещотку, я вдруг слышу в соседней комнате какой-то шум.

Мой маленький друг испуганно дёргается и, кубарем скатившись с кровати, забивается под странную конструкцию, которая наверняка призвана выполнять роль диванчика. И уже оттуда посылает мне тихий вибрирующий, и я бы даже сказала, предупреждающий звук.

− Что с тобой? – поднявшись с кровати, заглядываю я в укрытие бедного Трещотки.

Похоже он опять чего-то сильно испугался.

И тут, словно в подтверждение этой мысли, из соседней комнаты доносятся чьи-то шаги.

Может, Хамана снова явилась? Хотя… нет, она вообще бесшумно двигается. Как привидение какое-то.

Тогда кто же это? Кому разрешили навестить заложницу?

Недоумённо нахмурившись, выпрямляюсь и в молчаливом ожидании смотрю на входную арку. И уже спустя несколько секунд вижу, как в проёме появляется высокая фигура незнакомой мне имар в длинном чёрном платье.

Ну-у-у... лишь на первый взгляд незнакомой.

− Здравствуй, Женя, − улыбается мне белокожее создание, демонстрируя острые клычки, выступающие из-под тонких губ. В сиреневых фасетчатых глазах отражаются десятки моих растерянных лиц.

Этот голос… я его уже где-то слышала. К тому же…

− Постой, ты говоришь со мной на языке на-агаров? − ошеломлённо выдыхаю я. – Откуда… Чарпатчхе, это ты?

− Я, − склоняет она голову. Длинные белые наросты на голове, словно ворох тонких змеек, соскальзывают ей на грудь.

− Капец, − моему шоку нет предела. – Я… думала, ты выглядишь иначе.

− Выглядела. До того как прошла через преобразование. Эта стадия моего развития осталась позади, теперь я абсолютно зрелая высшая имар, − она раскидывает в стороны тонкие белые руки. А за спиной у неё вдруг раскрываются огромные крылья, тоже белые, со светло-сиреневым рисунком по краю и чёрными полумесяцами на кончиках. – Как тебе мой новый внешний вид? На этот раз мой собственный, как ты и хотела.

− Ошеломительно, − отвечаю вполне искренне.

Вот уж кого я точно не ожидала увидеть. Она же не отзывалась на мои призывы, когда чёртова Хамана засунула меня в тот чёртов шарообразный карцер.

− Благодарю, − чинно склоняет голову Чарпатчхе, складывая крылья обратно. – Я рада, что тебе нравится. И рада, что мы теперь станем сёстрами.

− В смысле? – округляю глаза.

− Ну ты же завтра… − начинает она, но почему-то внезапно умолкает на полуслове, словно её что-то оборвало. По телу имар вдруг пробегает судорога, лицо на миг искажается, а потом сразу становится блаженно расслабленным. – Подругами, Женя. Я хотела сказать... подругами.

Что это сейчас было? Странно как-то... очень.

− Я пришла составить тебе компанию, − благодушно, с каким-то чрезмерным энтузиазмом сообщает Чарпатчхе. − Можем обсудить, что тебя тревожит. Я с удовольствием помогу… разобраться во всём.

− А ты, значит, в курсе всего происходящего, − подозрительно сужаю глаза. – О том, что меня похитила эта непонятно откуда взявшаяся Хамана, тоже знаешь?

В том, что Чарпатчхе знает, я даже не сомневаюсь. Но интересно послушать, что скажет.

− Разве похитила? – склоняет голову набок моя собеседница. – Хамана забрала тебя от недостойных. Спасла от участи их бесправной игрушки.

− Да неужели? – фыркаю.

Ну да. Ну да. Какое великодушие. Будто я просила меня спасать. Терпеть не могу, когда кто-то начинает навязывать своё понимание того, что мне нужно. Наелась этого уже до отвала от матери. Благими намерениями, как известно, вымощена дорога в ад. Притом ад почему-то лишь для того, на кого эти намерения направлены.

− Конечно. Она тебе поможет. Ты обретёшь всё, чего пожелаешь. Нужно только принять происходящее.

Чем дальше в лес, тем больше… всяких подозрительных намёков.

− А кто она вообще такая? Откуда ты её знаешь? Откуда она знает про меня? – смотрю в упор на белобрысое создание.

− Она Хамана. Великая Бездна, Созидательница миров, Собирательница масок, − благоговейно перечисляет Чарпатчхе, даже не заметив, как я вздрагиваю на последних двух словах. – В этом языке, на котором мы сейчас говорим, наверное, наиболее подходящим определением для неё будет слово «богиня». Она явилась мне некоторое время назад и предложила своё покровительство. Избрала меня.

Собирательница масок? О боже. Это же… мне же снилось!

До этого мне было просто страшно из-за жутковатой, непонятной ситуации. Теперь же в душу заползает настоящий ужас, сковывая внутренности ледяными щупальцами. И мне огромного труда стоит не выдать своё состояние, сохранив на лице маску спокойствия.

Нужно разобраться. Выспросить как можно больше.

− О, так ты, значит, настоящая избранница богини, − тоже подпускаю я в голос благоговейных интонаций. То, что она рассказывает, наталкивает меня на очень нехорошие выводы.

− А как же так получилось, что тебя, божественную избранницу, да ещё столь одарённую, захватили в плен? Почему твоя покровительница тебя не защитила?

Восторженная улыбка с лица Чарпатчхе вмиг исчезает. И хоть читать эмоции по столь чуждому лицу мне очень сложно, кажется, мой вопрос ей сильно не понравился.

− Так было нужно, − роняет сухо моя собеседница. – Не нам судить о мотивах Великой Бездны. Тебя она, кстати, тоже избрала. И проявляет к тебе большую благосклонность, говорит с тобой, уговаривает. Меняет это твоё искусственное тело, делая его более живым. Ты должна гордиться такой честью.

Да неужели? Ничего себе новости. Столько чести, что даже жутко. Чувствую себя глупой мышкой, угодившей в мышеловку. В голове набатом звучит фраза из моего кошмара: «Ты должна стать маской». Теперь я практически уверена, что тот сон был предупреждением. И от этого ситуация выглядит ужасней некуда. Я нахожусь в полной власти сверхсущества, которое явно имеет какие-то нехорошие планы на меня. И помощи мне ждать неоткуда. Приходится рассчитывать только на себя.

А что я могу? Практически ничего.

− Конечно я горжусь, − изображаю широкую улыбку. Мне кажется, или я действительно слышала в интонациях Чарпатчхе нотки ревности? Можно попытаться это использовать. – Но тебя она нашла раньше и наверняка более благосклонна к тебе, больше доверяет. Ты явно понимаешь всю ситуацию гораздо лучше, чем я. Вот, например, завтрашний ритуал. Тебе известно, как он будет проходить?

− Конечно, − царственно кивает Чарпатчхе. – Мне не просто известно. Я приму в нём самое активное участие.

− Так, может, поделишься со