Брянский капкан - Александр Харников

– Да, мистер президент, – недовольно буркнул полковник Донован, – мне понятно.

– Мистер Леги, – обратился президент к начальнику своего штаба, – необходимо немедленно остановить все морские конвои в Британию. Мы не обязаны снабжать Гитлера продовольствием и военными материалами.

– Уже сделано, мистер президент, – ответил адмирал Леги. – Мы начали действовать сразу же после того, как получили от Госдепартамента информацию о перевороте. Конвои HX-190 и SC-84 двадцать седьмого мая остановлены на подходе к Британским островам и развернуты в сторону Исландии. Конвой HX-191, вышедший из Галифакса двадцать четвертого мая, тогда же развернут в обратном направлении. Конвой SC-85, который должен был выйти сегодня, задержан в порту.

– Очень хорошо, адмирал, – сказал президент Рузвельт и спросил: – Скажите, не попытались ли оказать нам сопротивление британские корабли сопровождения, когда была передана команда о развороте конвоев?

– Нет, мистер президент, – ответил адмирал Леги, – они получили аналогичный приказ от адмирала Джона Тови, незадолго до этого назначенного Георгом Шестым морским лордом и главнокомандующим всеми военно-морскими силами Великобритании, сохранившими верность законному королю.

– Значит, все не так уж и плохо? – спросил вице-президент Уоллес.

– Да, мистер вице-президент, – ответил Леги, – остатки флота Метрополии Гитлеру не достанутся. Сейчас в Скапа-Флоу полным ходом идет подготовка к эвакуации.

– Неплохо, джентльмены, неплохо, – сказал президент Рузвельт, – но факт перехода Британии на сторону стран Оси радикально изменил ситуацию в мире. Мы должны позаботиться и о том, чтобы эта нацистская зараза не переползла в соседнюю с нами Канаду.

– Канадский премьер Макензи Кинг, – сказал вице-президент Уоллес, – ярый антисемит и поклонник Гитлера. В таких условиях я, например, не поручусь, что канадское правительство выберет правильную сторону.

– Кинг, – сказал адмирал Леги, – может думать себе что угодно, но ему не стоит забывать о том, что у канадских военных он не пользуется большой популярностью.

– Чтобы Канада не преподнесла нам какой-либо неприятный сюрприз, на нее следует надавить. Госдепартамент при этом должен работать по политической линии, а люди полковника Донована должны подготовить условия для возможного свержения канадского правительства в ходе военного переворота. Ну, а наша армия, в самом крайнем случае, естественно, должна быть готова к оккупации Канады. Враг у наших ворот нам совсем не нужен.

Президент Рузвельт тяжело вздохнул и посмотрел на вице-президента Генри Уоллеса.

– Вы же, Генри, – сказал он, – как я вам уже говорил в прошлый раз, должны немедленно вылететь в Москву для переговоров с дядюшкой Джо.

– О чем я должен разговаривать с ним, Фрэнки? – спросил Генри Уоллес.

– Сейчас, – сказал президент Рузвельт, – когда мы с ним остались только вдвоем в одной лодке, я хочу быть абсолютно уверенным в своем партнере. Ты меня понимаешь, Генри? Абсолютно!

– У дядюшки Джо, – с кривой усмешкой сказал полковник Донован, – с недавних пор завелась табакерка с чертиками. Как только кто-то начинает вести себя неправильно, то чертики эти выскакивают из табакерки и строго наказывают за непослушание. В истории со спасением короля Георга, похоже, тоже не обошлось без этих веселых ребят. На это указывает как стиль операции, свойственный скорее гангстерам, чем военным, так и то, что еще утром двадцать шестого король был в своей лондонской резиденции, после чего – оле-гоп! – уже завтра вечером ожидается его прибытие в Мурманск. Такая скорость свойственна скорее не подводной лодке, а трансатлантическому лайнеру-рекордсмену. И таких чудес в последнее время у русских появилось предостаточно.

– Донован, – сказал президент Рузвельт, – сейчас меня больше интересуют не эти ваши «чертики», о которых уже известно, что это вполне обыкновенные смертные люди, а те тайны, которые они уже успели шепнуть дядюшке Джо. Я хочу, чтобы советский вождь был с нами полностью откровенен.

В обмен мы можем предложить ему перенаправить в Советскую Россию весь тот поток ленд-лиза, который раньше предназначался Британии, и продать оборудование из стоп-листа. Но при этом я должен быть абсолютно уверен, что все это потом не будет повернуто против нас. Война когда-нибудь кончится, а после нее, как известно, наступает мир. И то, каким этот мир будет, зависит теперь только от того, о чем мы сможем договориться с русским лидером. Ведь мы с русскими и в мирное время можем остаться союзниками, разделив ответственность за развитие цивилизации на нашей планете. Ну, а если нам доведется с ними соперничать, то мы сможем при этом оставаться в рамках правилах, принятых среди джентльменов.

Конечно, мы можем с ними враждовать, делая друг другу гадости где только это возможно и невозможно. Но тогда это неизбежно приведет к новой, еще более ужасной мировой войне. Оборудование из стоп-листа можно продавать только в первом случае. Дополнительный ленд-лиз направлять и в первом и во втором. Ну, а о третьем варианте я даже и думать не хочу.

– Но, мистер президент, – сказал госсекретарь, – а как же большевистская идеология?..

– У нас, американцев, мистер Халл, – ответил президент Рузвельт, – тоже есть свои ценности и идеология. И я хочу быть уверен в том, что к ним будут относиться с полным уважением. Роспуск Коминтерна и официальный отказ от практики организации революций в других странах – это тот первый сигнал, который мы должны получить прежде, чем мы продолжим наш откровенный разговор с русскими. Я почему-то уверен, что и дядюшка Джо мыслит точно так же. Он тоже хочет, чтобы мы относились с уважением к их ценностям и их идеологии.

– Будущие поколения американцев вас проклянут! – в запальчивости бросил «Дикий Билл».

– Может, и проклянут, полковник, а может, и нет, – спокойно ответил президент Рузвельт, – время покажет. В конце концов, я действую, исходя из сложившихся обстоятельств и в интересах Америки. На этом всё, джентльмены. Я вас больше не задерживаю…

30 мая 1942 года, Вечер. Мурманск, ГВМБ Североморск

Подойдя ко входу в Кольский залив на пятьдесят морских миль, «Северодвинск» подвсплыл под перископ и отправил по радио сообщение в штаб эскадры особого назначения. Этого сигнала там уже давно ждали, и все сразу же забегали как оглашенные. От причала Североморска, раскрутив турбины, вышел в море СКР «Ярослав Мудрый», а на траверзе Полярного к нему присоединилась пара дежурных эсминцев-«семерок»: «Грозный» и «Гремящий». Кроме того, с палубы БПК «Североморск» в район нахождения подлодки вылетел вертолет КА-27. В известность о подходе субмарины с королевской семьей на борту были поставлены прилетевший вчера из Москвы в Мурманск британский посол Арчибальд Кларк Керр и старший британский морской офицер военно-морской миссии в Полярном контр-адмирал Ричард Беван. Кроме того, встречать «Северодвинск» готовились командующий Северным флотом контр-адмирал Арсений Головко и командующий 14-й армией генерал-майор Владимир Щербаков. Командующий Карельским фронтом генерал-лейтенант Валериан Фролов находился у себя в штабе в Беломорске, расположенном на берегу Онежской губы в пятистах километрах южнее Мурманска, и принять участия в этом мероприятии не смог.