Люблю, убью, умру... - Татьяна Тронина

— Ты — правнук Калугина…

— Ну и что? Я это знаю с самого рождения, и все об этом знают… Это же не секрет! — нетерпеливо воскликнул Саша.

— Да, не секрет. Но зато выяснилось, что я имею непосредственно отношение к Дусе Померанцевой… Ты понимаешь? Предначертанная встреча! Любовь, которая не умерла…

— Лиза! — в отчаянии закричал Саша. — О чем ты?! Похоже, он всерьез подумал, что я сошла с ума.

Ему было совершенно наплевать, что сто лет назад пути наших предков пересекались, ему была безразлична печальная история времен декаданса. Я хотела объяснить все подробнее, но потом вдруг опять почувствовала нестерпимую обиду. Я, которая никогда ни на кого не обижалась…

— Я тебя ненавижу! — мстительно произнесла я. — Я тебя так люблю, а ты…

— Так любишь или ненавидишь? — Саша тихо засмеялся. — Лиза, что ты со мной делаешь…

— Что?

— Ты меня убиваешь. Каждым поступком, каждым своим словом. Ты словно взялась уничтожить меня… Господи, если бы ты знала, как я сходил с ума, когда ты исчезла — и тогда, в январе, и сейчас! Ты мне позвонила только затем, чтобы сообщить, как ты меня ненавидишь?

— Люблю. Я сказала — люблю!

— При чем тут Дуся Померанцева? — вдруг спросил он. — Этот старый роман я читал очень давно, да и то половину страниц пролистал — уж очень как-то все в нем мелодраматично. Но помню, что у Андрея Калугина, то есть моего прадедушки, была безумная любовь к этой Дусе. Правда, потом они расстались, кажется…

— Да, они расстались. Он сошел с ума.

— Я знаю, что мой прадед умер в эвакуации, он был не в себе… — нерешительно произнес Саша, видимо, пытаясь вспомнить прошлое своей семьи. — Но разве это произошло из-за Дуси?

— Ну, не только… В общем, это неважно. Важно другое — я правнучка Дуси Померанцевой, — таинственным шепотом произнесла я.

Но Саша по-прежнему не понимал меня.

— Чья ты правнучка? Чушь какая! — с отчаянием произнес он. — Господи, Лиза… Дай мне свой адрес, я хочу помочь тебе! Ну при чем, при чем тут какая-то Дуся, которая сто лет как умерла!

— Не сто, — упрямо сказала я. — Гораздо меньше. Вера ее помнит.

— Так, еще и Вера таинственная каким-то образом тут замешана…

— Саша, она имеет непосредственное отношение ко всей этой истории! — горячо воскликнула я. — Если бы не она, я бы так и не узнала про Дусю! Это великая, страшная тайна…

— Лиза!

— Что?

— Лиза, ты меня пугаешь… — тихо произнес Саша. — Дай мне свой адрес, в конце концов!

— Не мой, а Верин. Но все равно… Я скоро перееду обратно к себе, потому что мне уже надоело скрываться. Может быть, даже завтра… Нет, не завтра, но скоро!

— Я хочу видеть тебя прямо сейчас, сию минуту!

— Саша… ты так беспокоишься обо мне, как будто… как будто ты меня все еще любишь.

— Люблю, — засмеялся он, но это был какой-то странный, немного истерический смех. — Я тоже псих, потому что все еще люблю тебя… Но и ненавижу тоже!

Не могу передать, что я почувствовала, когда услышала его слова. Сердце как будто обожгло огнем… Он сказал, что любит меня!

— Вот, Вера идет, — пробормотала я, обливаясь слезами. — В замке ключ поворачивается… Ладно, Саша, бог даст, не в последний раз говорим…

* * *

На следующий день мы с Верой собрались съездить ко мне домой за вещами, как и договаривались накануне.

— Ну что это такое! — с досадой произнесла Вера перед тем, как выйти на улицу. — Ты только посмотри на себя!

— А что такое? — неуверенно сказала я.

— У тебя такой вид…

Про мой вид она ничуть не выдумывала. Глаза у меня были красными, лицо опухшим и бледным. Я плакала вчера весь вечер — от радости и от горя одновременно, от мучительной неопределенности своего существования. Саша любил меня, но будем ли мы когда-нибудь снова вместе?

— Я темные очки надену, — пробормотала я.

— Да уж, пожалуйста, — строго сказала Вера. — А то я сейчас на тебя больше похожа, чем ты сама на себя!

— Что ж тут удивительного? Ведь мы сестры…

Я нацепила на нос темные очки, и мы вышли из дома. Светило яркое апрельское солнце.

— Как хорошо… — вздохнула полной грудью Вера. — Даже жарко, да?

Она расстегнула песочного цвета пальто — под ним был мой любимый темно-синий костюм, в котором, помнится, я в первый раз пришла к Саше в его клуб. Вера была великолепна, и я не могла не чувствовать гордости за нее.

Мы долго ждали маршрутку, потом долго ехали на метро.

Когда мы подходили к моему дому, я тревожно оглядывалась по сторонам — все боялась, что встречу Дениса.

— Нет, все в порядке, — тоже осмотрев окрестности, с важным видом произнесла Вера. — Ни души. Вспомни, ты сама говорила — утро, понедельник… Вряд ли мы сегодня встретим этого твоего… Дениса.

В самом деле, даже прохожих не было возле дома. Гулко прозвучали наши шаги, когда мы шли сквозь арку во двор. В арке было темно и прохладно, а со стороны двора солнце сияло еще нестерпимее, даже очки не могли мне помочь.

— Как будто в глаза песка насыпали, — пожаловалась я, держась за Верин локоть.

— Меньше надо было реветь вчера!

В подъезде тоже стояла гулкая тишина, весь дом словно вымер. Мы поднялись наверх, зашли в мою квартиру. У меня дрожали руки от неуверенности и страха, точно Денис мог прятаться где-нибудь под кроватью или за гардинами, но это, конечно, была полная чепуха.

— Что ты хотела забрать? — спросила Вера.

— Сейчас… — Я открыла большой шкаф, вывалила его содержимое на кровать. — Вот куртку, во-первых, потом этот плащ…

Мы некоторое время перебирали вещи, а потом вдруг зазвонил телефон. Его звонок прозвучал так резко и неожиданно, что мы обе вздрогнули и с ужасом схватились за руки.

— Это всего лишь телефон… — прошептала Вера.

— Да… Может быть, Аглая? Или Викентий решил меня разыскать… Викентий — это мой начальник.

— А чего ты шепчешь? Как будто нас кто-то может услышать!

— Нет, это ты шепчешь, а я вслед за тобой… — сказала я неуверенно.

— Какая же ты паникерша, Лизка! — засмеялась Вера. — Столько страху на меня нагнала!

— А правда, и чего я боюсь? — рассердилась я. — Это всего лишь телефон! Алло?

В трубке была тишина, потом пошли короткие гудки.

— Наверное, не туда попали, — предположила Вера.

Я принялась складывать лимонно-желтую блузку, которую хотела при первом же удобном случае отдать Вере, но телефон вдруг зазвонил снова.