Малыш по контракту - Айрин Лакс

Ратмир лишь двигает бедрами так, чтобы кончики моих пальцев скользнули по вздыбленной ширинке.

– Потрогай, – облизывает губы.

Черт… Не буду!

Но пальцы смыкаются вокруг его твердой плоти, даже через слои ткани... Сдавливаю немного крепче и отпускаю. В голову бьет прямым потоком возбуждение. Боюсь, что мокрое пятно расползлось не только на трусиках, но и на юбке.

После этой выходки я крепко переплетаю пальцы, но ладонь до сих пор горячая. Кровь пульсирует на кончиках пальцев, как будто я до сих пор цепляюсь за его член. Я бы вообще не подумала, что сама стану так охотно ластиться и показывать привязанности. Но что я могу сказать? В свое оправдание? Ничего… Просто вытворяю, что хочу, а сейчас я хочу даже не тепла, но огня – чтобы окончательно растопил лед. Хочу так сильно, что даже слезинки выкатываются из глаз.

– Эй, ты чего? – встревоженно спрашивает Ратмир. – Плачешь?

– Ничего! У меня ужасно переменчивое настроение. Я могу хотеть плакать от всякой ерунды – и от хорошего, и от плохого, и даже от вида печенек в виде облачка с радугой из глазури.

– Я такие найду.

– Ты даже не знаешь, где я их видела.

– Не знаю, но найду.

Порог квартиры переступаем с нетерпением, от которого могут перегореть все лампочки в этом доме. Сталкиваемся поцелуями – жалящими и жадными, через секунду я оказываюсь попой на комоде.

– Юбка. Черт. Узкая! Уууффф…

Ратмир притормаживает и дышит тяжело. Он быстро разувается и стягивает обувь с моих ножек, успев заметить, что подошва на осенних туфельках слишком тонкая и скользкая.

– Так никуда не годится! – возмущается он. – Я тобой займусь.

– Займись мной прямо сейчас!

Я сама тянусь к его рубашке, распускаю пуговицы одну за другой. Ратмир начинает воевать с моей блузкой. Его пальцы потряхивает от нетерпения, но он мужественно справляется со множеством круглых мелких пуговок и даже не рвет ни одну из них.

– Юбка! – командует он, помогая слезать с комода.

Я поворачиваюсь к нему спиной, пальцем проведя по змейке.

– О черт…

Крепкая мужская ладонь проводит по изгибам ягодиц, я невольно принимаю соблазнительную позу, приподнимая попу.

– Блять. Блять. Блять…

– Ты сквернословишь.

– Накажи меня! – ухмыляется. – Заткни мой грязный рот…

Замочек скользит вниз с приятным жужжанием. Ратмир остервенело стягивает юбку вниз. Я немного тушуюсь, что на мне снова колготы – и довольно плотные. Никаких игривых чулков с завязками или бантиками, никаких сексапильных комлектов белья. На мне даже белье вразнобой – белый лифчик и черные хлопковые трусы, закрывающие задницу.

Я чувствую, как ему нетерпится меня раздеть. Его сексуальный голод –пряный, густой и атмосферный. Он в каждом выдохе и касании. Но Ратмир мужественно борется с ним и терпеливо скатывает мои колготки.

Только после этого он целует меня в шею и слизывает капельку пота, проведя широченную дорожку языком.

– Скорее, – прошу его, оконательно отбросив в сторону скромность.

Его рука мгновенно ныряет между моих ног, сгребая трусы.

– Выжимать можно. Ох, блять, Лиличка. Я тебя за такое готов сутки оттрахивать. Хочу восполнить пробелы вынужденного отсутствия.

Меня не нужно готовить. Я теку, как кошка, и сама насаживаюсь на его пальцы, по-хозяйски скользнувшие между складочек.

К заднице прижимаются его бедра и каменный член. Я выгибаюсь в спине, прижимаясь еще крепче, и склоняю голову на бок. Так ему удобнее целовать мою шею. Его пальцы двигаются внутри меня с чавкающими звуками.

– Ох, Лиличка… Течешь…. Течешь на меня!

Он жестковато похлопывает по разбухшему клитору и снова вторгается во влажную плоть пальцами, продалбливая и растягивая, подготавливая.

Я привстаю на цыпочки, вытягиваюсь, готовая кончить, поджимаю пальчики на ногах в предвкушении оргазма, который внезапно откладывается.

– Ратмир… – требую дрожащим голосом.

Ратмир

Оказавшись внутри тесной, влажной горячности замираю на самой глубокой точке, охваченный пламенем. Горит изнутри и снаружи. Я весь горю. Лиличка громко стонет, я на автомате выдаю череду просьб:

– Вот так! Постони для меня! Дай мне еще…

Но сам словно онемел, чувства застыли на эмоциональном максимуме. Так меня еще никогда не разматывало, не раскручивало на полную катушку. Разум в отключке, по венам проносится чувство удовольствия высшей пробы. Цепляет похлеще всего, что я пробовал. Никогда не увлекался дурманящими сознание веществами, но кое-что все-таки в рот тянул, отрабатывая потом моменты дурного интереса детоксом и усердной работой в спортзале, очищаясь на максимум. Но ни что не идет в сравнение с тем, что я испытываю сейчас. Это легальный способ улететь... Легальный и самый кайфовый.

По лбу катятся капли пота, стряхиваю их ладонью. Еще даже не начал двигаться как следует, только раскачиваюсь немного, но спина уже мокрая. Жаром лупит отовсюду, а Лиля, открытая, доступная и показывающая, как ей со мной хорошо, лишь увеличивает градус.

– Моя ты…

Отвожу бедра назад.

Снова посылаю толчок.

– Ратмир!

Ее тело выгибается. Лиля комкает простыни свободной рукой, закатывая глаза.

Перед глазами проносятся темные всполохи. Зубы стискиваются. Я призываю себя двигаться осторожнее, чтобы не долбиться со скоростью автомата, но сделать это чертовские сложно.

Еще сложнее сдерживаться становится, когда Лиля через несколько минут раскрепощается совершенно и приподнимает попку. Она схлестывает пятки за моей поясницей, предлагая себя.

О, как открыто и доступно…

Ее влага и тесные сжатия запредельно кайфовые. Ничто не сравнится.

Агрессивно нападаю на ее зовущий рот, она с готовностью принимает мой язык, начиная сосать его