Непокорная - Бертрис Смолл

В темных глазах Саши мелькнула боль, и он пристально взглянул на нее.

— Не выдавай меня, — прошептала Миранда. — Прошу тебя!

Топот копыт раздавался все ближе. Миранда подумала, что это самая продолжительная минута в ее жизни.

— Ладно, Мирашка! — согласился Саша. — Дам тебе шанс, но помни; бабушка может надвое сказать.

— Это я понимаю, — поспешно проговорила она. — Пошли, нужно предупредить Марью.

Они поспешили в гостиную. Там уже были Марья и Ваня. По углам шептались горничные. Саша быстро объяснил, каким образом можно спасти Миранду.

— У себя на родине она знатная дама. Князь не должен был ее похищать, но, к сожалению, сделал это. Попытаемся восстановить справедливость, — закончил он, Испуганные слуги закивали в знак согласия.

Дверь в гостиную резко распахнулась, и в комнату ворвались татарские воины. Девушки-служанки в ужасе отпрянули. Вид у татар и впрямь был устрашающий. Желтые лица, короткие смоляные волосы, раскосые черные глаза. Мешковатые штаны до колен, ботинки с высокими голенищами. Яркие рубахи, перехваченные на животе кожаными ремнями с металлическими пряжками. На головах — остроконечные темные фетровые шапки с лисьими хвостами по бокам.

Они все делали четко и стремительно. Молоденьких горничных раздели догола и вывели из комнаты. Старая Марья отказалась отойти от Миранды, и это их лишь позабавило. Сашу пока не тронули, но с завистью поглядывали на его красный шелковый халат. По отношению к Миранде проявили максимум заботы. Заставили сесть и, ухмыляясь во весь рот и что-то одобрительно бормоча, принялись поглаживать ее круглый живот.

В гостиную вошел стройный молодой человек свирепого вида.

Воины моментально встали по стойке «смирно». Подойдя к Саше, татарин сказал на французском языке:

— Я князь Арык, единственный внук князя Батыя. А ты кто такой, и кто эта женщина?

Саша гордо вскинул голову. Он прекрасно знал, что его ждет, а Миранда об этом не догадывалась.

— Я Петр Владимирович Черкесский, сын покойного князя Владимира Черкесского.

— Ты князь?

— Нет. Моя мать была крепостной. Однако я воспитывался вместе со своим единокровным братом, князем Алексеем.

— Эта женщина ему кто? Жена или любовница?

— Князь Арык, это леди Миранда Данхем, сестра английского посла в Санкт-Петербурге.

— Тогда что она здесь делает?

— Ее муж сражается сейчас за короля. Он отвез ее к брату в Петербург, а русский врач сказал, что на зиму ей не следует оставаться в городе. Тогда князь Черкесский, мой господин, предложил погостить в поместье. Они с английским послом большие друзья.

Князь Арык резко повернулся к Миранде:

— Вы когда должны родить?

— Через пару недель, — солгала Миранда.

— А когда сюда приехали?

— В ноябре. Понимаете, зима, дорогу занесло снегом. Чудо, что мы вообще добрались сюда.

— А зачем приехали в Санкт-Петербург?

— Гостили у моего брата, а потом Джареду пришлось уехать, — ответила Миранда и, надменно подняв голову, неуклюже приподнялась. — Князь Арык, как вы смеете меня допрашивать? Я полагала, что князь Алексей — единственный внук покойного князя Батыя. Саша, ты уверен, что этот человек не мошенник?

Князь Арык расхохотался.

— Н-да, — прищелкнул он языком, — похоже, она действительно англичанка. Столько гонору! У князя Батыя было пятеро сыновей. Они жили вместе с ним. Единственная дочь вышла замуж за русского. У него было тридцать внуков. Трое — от дочери-полукровки, а двадцать два внука и пять внучек — чистые татары. Когда он умирал, в поместье ворвались русские солдаты и перебили всю семью. Не пощадили никого. Я сам видел, как они по очереди насиловали мать и тетушек. Замучили до смерти… Мне тогда было всего десять. Помню, сбили с ног ударом по голове. Я потерял сознание.

Думаю, посчитали мертвым, но мне удалось выжить. Когда резня закончилась, солдаты перепились в винном погребе дедушки. Я долго выжидал, а когда понял, что опасность миновала, выбрался из дома и отправился в Бессарабию к родственникам матери. Я долго ждал, когда смогу наконец отомстить. И сегодня мой час настал. — Он замолчал и пристально взглянул на Миранду. — Вопрос в том, моя прекрасная леди, что делать с вами.

— Князь Арык, полагаю, вы собираетесь в Стамбул продавать рабов Алексея Владимировича, не так ли? — Тот кивнул, и Миранда продолжила:

— В таком случае возьмите меня с собой.

— Зачем?

— За меня вы можете получить хороший выкуп в английском посольстве.

— Не можете же вы в вашем положении…

— Ошибаетесь, могу! — поспешила ответить Миранда. — Только не уверяйте, будто оставите здесь беременных рабынь.

— Я их захвачу с собой.

— Если они смогут перенести дальнюю дорогу, то и я смогу.

Князь Арык сделал вид, будто размышляет, хотя с самого начала решил взять ее с собой.

— Хорошо, — сказал он. — Я вас забираю.

Его помощник спросил:

— Собираетесь потребовать за нее выкуп?

— Нет, конечно, — хмыкнул князь. — Пусть она так думает, а то хлопот не оберешься. Англичане не дадут нам того, что сможем выручить за нее на рынке. Взгляни на ее волосы! А какие глаза…

Выведи ее, а мы пока разберемся с этими двумя. — Он кивнул Миранде:

— Идите с Бюри, моя прекрасная леди. Он о вас позаботится.

— Князь Арык! — взволнованно обратился к нему Саша. — Разрешите попрощаться с этой женщиной. Пока она здесь жила, я заботился о ней. — Князь кивнул, а Саша, подойдя вплотную к Миранде, заговорил на великолепном английском языке:

— Не доверяй татарам! В Стамбуле они собираются тебя продать! Запомни: английское посольство находится на Цветочной улице, рядом с мечетью султана Ахмета, что рядом со старым ипподромом. Храни тебя Господь, Миранда Томасовна! — Он взял ее руку, поднес к губам и поцеловал. — Ради собственной безопасности не показывай доброго ко мне отношения. Прости за все страдания, которые я тебе причинил.

— Прощаю тебя, Петр Владимирович, — ответила Миранда. — А что будет с тобой?

— Иди, — сказал Саша уже по-французски.

Она пристально взглянула на него и вдруг все поняла.

— О Боже! — прошептала она, холодея от ужаса.

— Уведите ее! — обратился Саша к князю Арыку; Тот сделал знак Бюри. Ее взяли под руки и повели.

— Подождите! — крикнула она. — Мне нужно обуться. — Она показала на босые ноги.

Бюри велел остановиться. Миранда пошла к себе, а стража — за ней.

— Я готова, — сказала она, вернувшись через пару минут.

Бюри вывел ее на крыльцо. Миранда огляделась, и кровь застыла у нее в жилах. Поля дымились, виноградники безжалостно вытоптаны. Где совсем недавно цвели сады, виднелись поваленные, искореженные деревья. Горели все постройки, за исключением виллы.