Моя бабушка курит трубку - Наталья Козьякова

-И пусть Савку принесет, - говорю вслед. Шерри наконец-то справился со своим одеянием. Ограничился брюками и одной тапочкой. Выскочил за двери и через несколько секунд весь теремок встал на уши.

Наверное, я все же не совсем нормальная женщина. Возможно, у меня достаточно высокий болевой порог. Но следующие шесть или семь часов я смеялась, изредка шипя, наблюдая за тем, как вокруг меня суетятся Феллен, Шерридар и Эмильтель. Боги – целители, маму их за косу и через забор! Сначала они прыгали вокруг, обсуждая, как именно нужно вести роды. Причем каждый отстаивал собственный метод. На мои попытки привлечь к себе внимание хотя бы супруга, они лишь отмахивались. Потом устроили чехарду, пытаясь устроить меня в постели поудобнее, споря о том, надо ли мне подушку под спину, или я так рожу.

-Идиоты! – материализовался возле моей постели Ермил. – Почто спорите о ерунде? Шерри, ты б жене водички принес, она пить хочет. А ты, Феллен? Ты – то почто в спор ввязался? Аль тебе впервой? Да и ты, Эмильтель, делом займись. Энту, как её, санитарию наведи. Фимка, а ты куды лезешь? Уж без тебя мы всяко обойдемся. Лучше повелителей позови, ведь обидятся, что не известили. Ленушка, ты трудись, милая, ежели чего – я с тобой рядушком. Вот, за руку меня возьми, не боись.

-А я и не боюсь, Ермил, - прошипела я, силясь распрямиться. –Судорога бедро тянет. Да и рожать мне, чай, не впервой….

Теплые широкие ладони ложатся на мое бедро, бережно поглаживая и разминая, снимая спазм. Шерри возвращается с полным бокалом морса, и я жадно пью. В спальне достаточно жарко, я уже взмокла. Схватки становятся все интенсивнее, промежутки между ними все короче, я уже потерялась в туманной пелене. Слышу чье-то тихое пение, вдыхаю запах сгорающих трав, в голове туман и одна мысль – скорее бы….

-Ага, вот и головка показалась, еще немного, Леночка. Тужься, милая….

Перед глазами взрыв Сверхновой, брызги Северного Сияния, шум весеннего ливня, раскат грома и сердитый голос моего новорожденного сына. Басовитый и громкий. И еще один, напоминающий совиное уханье. Краткий миг отдыха, схватка….

-А-га –а-а-! - голос дочки музыкален и тонок. Перед глазами темнота, расцвеченная фейерверками и сполохами….

-Все, Лена, все, - доносится до меня усталый голос Феллена. – Ты молодец, ты справилась! А теперь отдыхай….

-Детей покажи, - шиплю я. – Феллен, детей мне покажи!

Я открываю глаза, смаргивая слезы, и первое, что вижу – синеву за окном. А в ней – медленно разгорающиеся яркие звездочки. Три звездочки. Одна покрупнее – в середине, две поменьше – по бокам. Я прямо-таки вижу, как маленькие цепляются за ту, что покрупнее. Начинают сиять еще ярче и радостней. Звезды моих детей….

- Смотри на своих детей, Мать, – доносится до меня голос Ермила. И я смотрю. Махонькие какие…. Ярко-синие глаза у дочки. Она жадно чмокает, запихнув в рот пальчик. Сынок смотрит внимательно и осмысленно. У него глаза с крапинками. Рядом с Ермилом, опираясь на спинку стула, стоит мальчишка лет десяти с круглыми желто-оранжевыми глазищами в пол-лица и крючковатым носом.

-Мама? – осторожно шепчет он. Я медленно поднимаю руку и глажу его по голове. Получилось. Совенок стал человечком.

-Да, сынок, - говорю ласково. – Все хорошо, малыш. Все хорошо.

Феллен и Эмильтель возятся с малышами, мне плохо видно, что именно они делают. Шерри помогает мне принять удобную позу, подносит сына. Он тут же вцепляется в сосок и жадно причмокивает. С другой стороны присасывается дочка.

Мы остаемся лишь своим семейством: я, Шерри, и трое наших детей. Совенок, уже осознавший себя в мире, с восторгом смотрит на чмокающих малышей.

-Они мои? – спрашивает он у Шерри. – Они мои родные, да? И ты? Ты мне тоже родной?

-Естественно! – ерошит волосы на его макушке Шерридар. – Ты, Савка, наш сынок старший, а это твои брат и сестра. И наша мамочка. Все хорошо, малыш.

Потом Шерри и Ермил забирают малышей, чтобы устроить их в кувезе. Феллен уводит Савку, а ко мне прокрадывается Фимка. Вспрыгивает на постель, утыкается мокрым носом в щеку и мурчит. Громко, торжественно и радостно.

-Свершилось, -слышу я его мысль. – Ох, и сильна же ты, Елена! А сейчас спи. Сил набирайся….

Я медленно уплываю в сон, краем уха слыша чей-то возмущенный голос:

-Что здесь происходит? Почему я не могу пройти?!

Лорд Шерридар.

Леночка, утомленная трудами, уснула, свернувшись уютным клубочком. Дети тоже спали в своем кувезе, под защитой всевозможных заклинаний. Постарались все, даже несостоявшийся жених. Принц Эридар удивил меня, если честно. Это ж надо – так привязаться к чужой жене! Я вспоминал, с каким проворством от кидался ей на помощь, стоило лишь Лене сделать движение. Подхватывал под руку, если я не успевал. Подушечки подкладывал, когда она устраивалась на отдых…. И кто бы знал, как мне хотелось завернуть ему что-нибудь куда-нибудь…. В конце концов, у него есть собственная енотка, вот пусть вокруг нее и выпрыгивает…. И роды…. Стоило мне выскочить из спальни, как у дверей тут же оказался принц Эридар. Слава Стихиям, внутрь не пошел, но на подхвате был. И морс брусничный навел, и все остальное…. Не помню, что именно делал, но мелькал перед глазами. А еще так жадно смотрел на моих новорожденных детей, что мне даже неуютно стало. Я осторожно прогулялся по его мыслям. Честно сказать, ничего противоправного не нашел, лишь сожаление, что он тут ни при чем. А я…. кажется, я именно сейчас понял, что счастлив. Вот так, безмерно, бесконечно счастлив. И даже Петерису в чем-то благодарен. За то, что дал возможность встретить ту самую, единственную женщину. А еще у меня есть надежда. Надежда на то, что лет пять спустя мы с Леночкой повторим…. Только в этот раз без участия Святых и Покровителей. Мы и сами управимся. И с зачатием, и с вынашиванием, и с родами. Как раз и замок в порядок приведем. Честно говоря, раньше роды не казались мне уж таким сложным процессом. В самом деле: что там может быть сложного? Миллионы лет существуют Разумные, производят на свет себе подобных. Миллионы лет все происходит по одному и тому же сценарию, не считая некоторых нюансов. Я не бахвалился, говоря, что умею