Двойной латте в дождливый день - Софи Анри

– Да, – с ноткой самодовольства ответила я.

– Потрясающе! – похвалила она, обходя торт по кругу. – Просто фантастически!

– Спасибо.

– Ты молодец, Айви. Тебе обязательно нужно развиваться в этом направлении.

Может, нам все-таки удастся поладить? Может, Мэл и не такая лицемерная стерва, какой я рисовала ее в своем воображении из-за дурацкой ревности?

– Так, девочки, мне пора в аэропорт за родителями и Уиллом. Кто со мной? – перебил нас Рэйден, что-то внимательно изучая в телефоне.

– Я не могу, мне нужно украшать шатер, – ответила Мэл.

– Поедешь со мной? – спросил он, с надеждой глядя меня.

Я по-прежнему боялась встречаться с его семьей, но Рэйден просил довериться ему и сейчас настал тот самый момент, чтобы показать ему, что я готова попробовать это сделать.

Я кивнула и сделала глубокий вдох:

– Хорошо, я поеду с тобой. Только уберу остатки крема в холодильник и отрегулирую сплит-систему, чтобы на кухне было прохладно.

В идеале торт нужно было убрать в холодильник, но в собранном виде он бы туда просто-напросто не поместился. Однако Сьюзи заверила, что кондиционеры здесь очень мощные и смогут достаточно охладить помещение кухни.

– Я пойду, а то меня уже заждались, – Мэл помахала нам и ушла на задний двор.

После того как я закончила уборку, мы отправились в аэропорт. Всю дорогу я сильно нервничала, у меня потели ладони, и я без конца вытирала их о джинсовую ткань.

– Интересно, я одна такая дурочка или все твои девушки тоже паниковали перед каждой встречей с твоими родителями?

Рэйден ухмыльнулся и пожал плечами. Надо отдать ему должное: за рулем машины, в белой футболке и очках-авиаторах он выглядел очень сексуально.

– Не могу сказать, – ответил он. – Ты первая девушка, которую я познакомил с родителями.

Будь у меня вставная челюсть, она бы сейчас валялась на полу – настолько я была удивлена его словами.

– Первая? – изумленно переспросила я.

– Ага. Именно по этой причине мои родители с такой настороженностью относятся к тебе. Им просто нужно смириться с мыслью, что еще один их сын близок к тому, чтобы жениться и заделать им внуков. – Он прыснул от смеха, бросив на меня озорной взгляд: – Эй, расслабься, Кнопка, у тебя такой вид, будто я собираюсь продолжить славный род Вэнсов прямо сейчас, на заднем сиденье машины.

– Мне кажется, это не очень удобно, – смущенно пробормотала я и отвернулась к окну, пытаясь спрятать лицо, которое сейчас наверняка зарделось.

Он положил руку мне на бедро:

– Как-нибудь я отвезу тебя в Нью-Йорк. Там в гараже по мне тоскует мой «Мустанг». В его салоне точно будет удобно. Хоть спереди, хоть сзади.

Вот теперь я точно покраснела как зрелый томат. Трепетное волнение в груди от прикосновения его ладони устремилось вниз живота.

Я в самых ярких подробностях представила обнаженного Рэйдена в салоне дорогого автомобиля, скрип кожаного сиденья, запотевшие стекла… Я могла бы повторить легендарный отпечаток ладони на стекле, как в одной из сцен «Титаника».

– Мне даже неловко спрашивать, что ты сейчас представляешь в своих развратных фантазиях, Кнопка, – задорный голос Рэйдена вырвал меня из мыслей. – Но твоя грудь так тяжело вздымается, и это отвлекает меня от дороги.

– Дурак, – буркнула я и закусила губу, чтобы скрыть улыбку.

Встреча в аэропорту прошла более-менее спокойно. Родители Рэйдена поприветствовали меня сухо, но вежливо. Уилл же обнял меня и поцеловал в щеку, а в салоне авто избавил меня от неловкого соседства с миссис Вэнс, усевшись прямо между нами. Всю дорогу он расспрашивал меня об учебе и о жизни в кампусе.

– Откуда вы родом, Айви? – внезапно спросил мистер Вэнс.

– Мы с мамой часто переезжали. – Я прочистила горло и неуверенно добавила: – Но я родилась в Лондоне, прожила там до десяти лет, а после развода родителей мы с мамой переехала в Америку.

Рэйден посмотрел на меня через зеркало заднего вида. Мне даже не нужно было просить его снять очки, чтобы понять, что в скрытых за темными стеклами глазах застыло изумление. Я никогда не говорила ему этого: сначала боялась выдать себя и раскрыть свое местоположение отцу, а потом просто к слову не пришлось. Теперь же, когда папа нашел меня, я больше не видела смысла скрывать этот незначительный факт моей биографии, наполненной одной ложью.

– Вот как? – с удивлением спросил мистер Вэнс. – У вас нет британского акцента.

– Я давно от него избавилась, – коротко ответила я, буквально чувствуя жжение во лбу от пристального взгляда Рэйдена.

– Сынок, следи за дорогой, – попросила его миссис Вэнс, и после этого он на меня не смотрел.

Остаток пути мы к этой теме больше не возвращались.

Близился вечер, и дом миссис Клейтон начал заполняться гостями, среди которых были ее подружки из клуба и близкие родственники. У миссис Клейтон не было своих детей, но все родственники ее обожали. В холле бегали, заглядывая во все комнаты, трое детей: два мальчика шести-восьми лет и четырехлетняя девочка.

Опасаясь, что они заглянут на кухню, я отправилась на поиски Сьюзи, чтобы забрать у нее ключ. Та в суматохе отдавала распоряжение официантам, раскладывающим столовые приборы в белом шатре.

– Ключ брала Мелани, – ответила Сьюзи.

Все гости были в белом, и по этому случаю я тоже надела белый летний сарафан, а сверху накинула тонкий кардиган такого же цвета. Мне вполне нравилось мое отражение в зеркале – пока я не увидела Мелани, облеченную в короткое коктейльное платье и босоножки на высоких шпильках. Она выглядела бесподобно.

– Я заперла кухню, как только приехала кузина мистера Вэнса с тремя детьми. Эти сорванцы уничтожили бы торт. – Мэл отдала мне ключи, и я снова затолкала ревность как можно дальше.

Угомонись уже, мерзкое чудовище!

– Спасибо! Я бы с ума сошла, если бы с тортом что-то случилось, – я с благодарностью сжала ее ладонь.

Мэл радостно улыбнулась:

– Да не за что. Знаешь, я так рада, что мы наконец-то поладили. – Она смущенно заправила за ухо прядь идеально завитых волос. – Рэйден мой самый близкий друг, и я всегда боялась, что наша личная жизнь может испортить дружбу. Спасибо, что не стала причиной нашего с ним разлада. – Она говорила так искренне, что мне снова стало противно от самой себя.

Поэтому я стиснула зубы и сделала то, чего ни за что бы не сделала по доброй воле. Я обняла Мелани. Но этот порыв был исключительно ради Рэйдена.

Когда на улице стемнело, шатер осветили гирлянды со множеством лампочек. Такие же гирлянды украшали молодые деревья в цветочном саду миссис Клейтон, отчего создавалось впечатление, что я