Любовь не предлагать - Алекс Коваль

Бессонов улыбается.

Погодите!

Я?

Это он на меня намекает? Это я-то ребенок?

Охаю возмущенно, резко качнув головой.

– Я твоя жена! – рычу, но выходит отнюдь не воинственно, а комично, потому что именно в этот момент моя шапка сползает мне на глаза.

Супруг – негодяй – угорает, тут же ее поправляя.

– Ку-ку.

– У нас в семье демократия! – бурчу я. – Равноправие полов. Партнерство.

– Вообще-то ситуация, когда ты командуешь, а я слушаюсь, больше похожа на матриархат. Но… ладно, – вскидывает руки мой зарвавшийся хоккеюга.

– Лучше говори, что там за подарок, пока мы не разругались! – Воинственно складываю руки на груди, смотря на Бессонова исподлобья. – У тебя остался мизерный шанс меня задобрить.

Он улыбается. Щелкает меня по кончику носа, заговорщицки прошептав:

– Я купил тебе помещение для открытия собственного салона. Как тебе такое?

Что?

Что он сделал?

Я теряюсь. Вокруг медленно кружатся пушистые снежинки и носится Питти. А я стою с глуповатым выражением на лице и долгие пару секунд прокручиваю в голове полученную информацию. Отвисаю. Округляю в неверии глаза, переспрашивая:

– Что ты сделал? – хлопаю ресницами. – Повтори, пожалуйста.

– Нежилое помещение. Купил. Для тебя. Помнишь тот зал, что ты смотрела под барбершоп по весне? Просторный, с классной транспортной развязкой, в самом центре города, и прочие плюшки.

– Д-да, – сиплю. – Помню, конечно! – договариваю уже уверенней. – И аренда там была заоблачная. Я еще жаловалась тогда Аве… Ава! – осеняет меня. – Она тебе рассказала?

– Не без этого, – улыбается мой муж. – Я вышел на хозяина этого помещения и договорился по цене. Пришлось хорошенько поднапрячься, но у нас получилось найти компромисс. Так что он нам его не сдал, а продал. Теперь оно твое, Царица. Осталось только оформить документы. А потом ты можешь делать там все, что твоей душе заблагорассудится. Строить, перестраивать, клеить, красить, да хоть сносить.

– Ты… – открываю и закрываю рот, пытаясь подобрать слова, – просто… ты… сумасшедший, Арсений! Господи! Сейчас. У меня слов нет. Но заче-е-ем? Ты чего? Это же очень, очень дорого!

– Как зачем? – сползает улыбка с губ мужа. – Я думал, ты хотела…

– Очень! – выдыхаю. – Очень хотела, но это же… – морщусь, – Бессонов! У-у-у. – Всхлипываю, бросаясь в объятия мужа, прижимаясь настолько крепко, насколько позволяют мои беременные габариты. – Сумасшедший. Чокнутый. Ненормальный. Свалился же такой безумец на мою голову! – бубню, уткнувшись носом в его грудь. – Люблю тебя. Так сильно тебя люблю, что даже ненавижу!

Арсений смеется, обнимает меня за плечи. В холодную щеку целует, согревая своим горячим дыханием. Так и замираем посреди заметенного снегом двора элитных многоэтажек. Окруженные успокаивающей тишиной и теплом друг друга. Я его не заслуживаю. Нет, правда! Мне всю жизнь придется тянуться, чтобы оказаться хотя бы на одном уровне с этим идеальным мужиком! А уж выше…

Люблю его. Все два метра – от макушки до мизинчика. От первого до последнего таракана. Всего люблю! И даже хоккей этот его чертов уже люблю! Командировки, правда, ненавижу. Скучаю всегда. Сильно. Но скоро вылупится наш цыпленок, и скучать будет некогда. А потом подрастет, пойдет на хоккей… тьфу! Футбол. Эх.

– Спасибо, – выдыхаю тихо, содрогаясь всем телом от прилива чувств.

– Мечты сбываются, по-моему, так говорится в рекламе?

– Ага, только спонсор сбычи мечт не рекламируемый банк, а хоккей-муж-банк. Нет, и все-таки – это очень дорого! – отстраняюсь.

– Ну, знаешь, – улыбается Арс, – не дороже того шага, на который ты пошла ради меня. – Стягивает варежки и обхватывает мое лицо широкими ладонями, стирая подушечками больших пальцев капельки талого снега с моих щек.

– То есть, – хитро щурюсь я, – если бы у тебя была физическая возможность выносить ребенка, то я должна была бы тебе подарить помещение стоимостью в кучу нулей? Знаешь, пожалуй, я начну копить. Потому что второй ребенок в нашей семье появится только в том случае, если ученые найдут способ оплодотворять мужчин.

Бессонов запрокидывает голову и смеется.

– Я серьезно, – хмуро заявляю я, сама едва сдерживая улыбку.

– Посмотрим, – клюет меня в лоб Арс, увлекая в сторону подъезда.

– Бессонов, никаких «посмотрим» в этом вопросе быть не может!

– Подумаем?

– И думать мы о втором тоже не будем!

– Как насчет «время покажет»?

–Это я тебе покажу, если ты вздумаешь подсадить в меня еще одного человека!

Муж в ответ на это только многозначительно хмыкает. У него на нашу жизнь определенно имеется какой-то коварный план. А все, что остается мне, – расслабиться и получать удовольствие.

Что ж, ладно…

На этот раз не протестую!

Бонусная глава

Три с половиной года спустя

Июль

Арсений

– Привет, мам! – бодро бросаю в трубку, перестраивая машину в крайний правый ряд. – Вы уже вернулись? Как там Индийский океан?

– Здравствуй, Арсений, – по-деловому бросает в трубку родительница. – Прилетели ночью. Индийский океан прекрасно. Спасибо. – Пауза. – А вот я не очень.

– Что случилось?

– Как что? Я соскучилась по внуку! – возмущенно сопит в трубку матушка.

– А-а, это… – тяну я с улыбкой, бросая взгляд в зеркало заднего вида, где мой маленький соучастник намечающегося преступления, сидя в детском кресле, играет в войнушку двумя знатно покоцанными трансформерами, что-то тихо бубня себе под нос.

– Больше не полечу в отпуск! – тем временем бубнит Ирина Георгиевна мне в ухо. – И не приму от вас с Мартой ни одного подарка, они все у вас с подвохом! Я, конечно, понимаю, что вы хотели от меня отдохнуть, но сбагрить меня на целый месяц за тысячи километров от моего сладкого мальчика… Я вам этого не прощу! Он, наверное, уже вырос совсем и забыл, как его любимая бабуля выглядит.

Я посмеиваюсь. Любовь моей матери к моему сыну – просто очаровательна. Но нас с Царицей, кажется, раскусили. Нет, помощь и поддержка родительницы с самого момента появления Тимофея на свет была и остается просто бесценной! Но мы и правда заколебались от того, что наша квартира в какой-то момент превратилась в перевалочный пункт для родственников. Нам хотелось тишины, покоя и уединения. Добиться последнего можно было, только отправив сердобольных бабушек и дедушек по путевкам в отпуск в разные концы света. Мы получили благословенную передышку в целых тридцать дней. Это ли не кайф?

– Смешно ему! – беззлобно ворчит мать. – Ни стыда, ни совести.

– Мам, между прочим, Обезьянка для вас старалась, – добавляю нотку упрека в тон. – Мы хотели сделать вам с отцом приятное.

А что может быть приятнее путевки на Мальдивы в годовщину свадьбы? Вот и мы не придумали. Честно говоря, мы с Царицей точно от такого подарка бы не