Лучик в академии - Ольга Стрижова

— Мама! Мамочка! Помоги! — Закричала я. Арья была моим последним козырем.

Я закрыла глаза и попыталась расслабиться, чтобы выйти в астрал. Его бубнёж действовал на нервы, не давая свободы мыслям.

— Андуэнтэ ино эка, видуа, видуа, видуа!

— Да заткнись, ты… — Я сжала зубы и стала петь звук «м-м-м», чтобы не слышать его. Помогло. Выскользнув в астрал, увидела Арью. Она парила прямо над нами. Её глаза были выкачаны от ужаса, по щекам текли слёзы. Когда она прикоснулась к моей астральной щеке, я почувствовала лёгкую прохладу и мелкое дрожание её пальцев.

— Я отомщу за тебя, — выдавила она, наконец. Две крупные слезы скатились по безупречной, словно подсвеченной изнутри, коже скул.

— Что?! — Не поняла я.

— Я отомщу за тебя! Они навсегда запомнят - кхшессов трогать нельзя. Их детей тоже…

— Не смей! — Заорала я, взбеленившись. — Ваша месть жестока! Мне не нужны такие жертвы. Не можешь помочь, уйди!

— Я должна отомстить – такая традиция. — Продолжала лепетать она.

— Плевала я на ваши традиции! Я запрещаю тебе мстить! Поняла? Лучше ремни порви!

Наверное, мне надолго запомнится её взгляд, полный осуждения и боли. Она помотала головой и медленно растаяла в воздухе. Издалека послышался ее шепот: "Я не вправе вмешиваться в твою судьбу".

— Йоптить. Прогнала единственную союзницу. К кхшессам! — Ругнулась я и горько рассмеялась.

Осмотрелась. Светящихся линий тут нет. Как так? Где мы, вообще? Я облетела помещение: это действительно какое-то подобие бани в цокольном этаже замка. Чуть дальше наполненный бассейн, так и манит прохладой. Почему тут так мало магических потоков?

И тут меня выбросило в тело вместе с болью.

— А-а-а! — заорала я, пытаясь скинуть Трасторна с себя. — Что ты делаешь?

Он вырезал на моем животе какие-то узоры или буквы.

— Что ты ко мне привязался? Как же я хочу, чтобы ты исчез из моей реальности! Просто, взял и исчез!

— Андуэнтэ ино эка, видуа, видуа, видуа! — Он прекратил меня резать и снова забормотал.

Я задалась целью ему помешать, поэтому решила вывести его из себя:

— А ты чо, реально поверил, что понравился мне? Я ненавижу тебя, понял? Ненавижу! — Последнее слова я словно выплюнула.

Он сбился с речитатива, сверкнул ледяными глазами и продолжил:

— Андуэнтэ ино эка, видуа, видуа, видуа!

— Да я бы тебе все, что угодно сказала, лишь бы ты Аэля отпустил. Я люблю его, понял? Люблю! А ты его отпустил! А-ха-ха-ха-ха! — Я зловеще рассмеялась. Он снова сбился со своей бубнёжки. — Тебе же теперь нечем меня пугать — ты же растерял все козыри. А на себя мне плевать. Ну, изнасилуешь ты меня или даже убьёшь. Пофиг, понимаешь? А может ты всю жизнь меня в фиорите держать будешь? Я же убью тебя — сожгу в пепел, как только его снимешь.

Трасторн перестал гугнить, протянул лапы к моей груди и больно сжал ее. Я стала извиваться, чтобы сбросить его руку:

— Отстань сволочь! Исчезни из моей реальности, скотина! Просто исчезни, тебе же будет лучше. А то дождусь, когда ты расслабишься, отчекрыжу твою хотелку. Будешь знать, как людей мучить и девушек насильничать!

— Ничего ты мне не сделаешь, — снизошел он до разговора. —Ты еще умолять меня будешь, чтобы я тебя коснулся. Просить станешь, чтобы возлёг с тобой.

— Размечтался! — Я деланно захохотала.

— Так и будет. Я свяжу наши тела и жизни вместе. Ты не сможешь противиться этому притяжению. Это все равно, что отрезать кусок от своей плоти. Ты же любишь это тело, правда? — Он провел рукой по моему животу, по-хозяйски так. Взбесил. —  Вот и меня также любить станешь, как саму себя. Осталось совсем немного, потерпи… любимая.

Если он сейчас говорит правду, то я точно этого не хочу. Быть связанной навеки с кошмаром своей жизни. Ужас.

— Ничего не понимаю, — пробормотал вдруг Трасторн. — Я же вырезал руны на твоей коже. Куда они делись? — Он снова провел по моему животу рукой и всмотрелся. — Всё зажило. Как так?

А колечко-то работает - мой невидимый перстенёк, подарок Арьи. А ведь у него еще должно быть одно свойство – исполнять заветное желание. Только как запустить эту функцию?

— Андуэнтэ ино эка, видуа, видуа, видуа! — Снова завел шарманку эльф, взяв в руки кинжал, и пытка повторилась.

Я лежала обессиленная после перенесённой боли и радовалась передышке.

— Что за… Как ты это делаешь? — Возмутился Трасторн. — Почему опять заживает? Мне надо, чтобы руны пока оставались здесь!

— Пошёл ты! — Я плюнула ему в лицо. Он утерся и промолчал.

У меня затекло тело, я чувствовала себя измотанной. Снова хотелось есть и пить. Мне стало казаться, что я нахожусь в кошмаре и он никогда не закончится, все будет и будет ходить по кругу.

Трасторн снова поднял кинжал. Я тихонько заскулила. Все повторилось.

— Как ты это делаешь? Откуда исходит эта сила? — Снова и снова спрашивал Трасторн.

— Ты ещё не понял? Это свойство моего тела, придурок! У тебя ничего не выйдет! — Выкрикнула я.

А если честно, мне уже хотелось снять это дурацкое кольцо, чтобы он прекратил, закончил начатое, но поразмыслив над перспективой быть связанной с ним навеки, я передумала. Терпи Люцик, терпи. Может удастся взять его измором?

Лорд снова взял в руки кинжал.

— Не надо. А-а-а! Нет, пожалуйста.

— Потерпи. Скоро все кончится. Андуэнтэ ино эка, видуа, видуа, видуа!

На этот раз, он резал глубже. Я резко набирала воздух в легкие перед каждой руной, чтобы не кричать, но не могла сдержаться. От крика саднило горло. Слёзы кончились. Кажется, лицо превратилось в маску боли, а страдальческие морщины навсегда останутся со мной.

Закончив, лорд пристроился между моих ног, продолжая бормотания. Стал целовать мои глаза, щёки, шею.

— Я люблю тебя, сладкая. Какая же ты сладкая.

Я ору, пытаюсь его с себя скинуть. Не хочу! Нет, не надо!

Чувствую, что тело больше не