Невидимый муж - Анна Снегова

Бьёрн скинул сапоги, с наслаждением и бесцеремонно зашвырнув их в дальний угол. Снял с пояса меч и бережно поставил у стены. Я как завороженная следила за этими манипуляциями. Окончательно гипнотизируя меня, длинные пальцы неспешно прошлись по застёжкам куртки. Она тоже отправилась в полёт куда-то в сторону, где у стены маячила изящная спинка прозрачно-ледяного кресла, в сиденье которого вплавлены были изнутри некогда живые цветы.

Дёрнул ворот рубашки, расстёгивая верхние пуговицы, потёр шею, с удовольствием разминая.

А потом с гибкой кошачьей грацией неспешно пошёл ко мне босиком через всю комнату. Я во все глаза следила за приближением огромного хищника, в глазах которого отчётливо читался звериный голод. Что он там говорил? Только пообкусывает? Прямо сейчас я сильно в этом сомневалось.

Всё же, следовало мне мужа сначала покормить.

Он уселся на край низкого ложа, тут же попортив труды Фрейи и смяв покрывало. Меня утащил к себе на колени и сграбастал в охапку, я не успела и пикнуть.

- Итак, на чём мы там остановились… - выдохнул мне в шею. Я несмело положила руки ему на плечи.

- Ты что-то важное хотел сказать, - тихонько напомнила я.

- Ну да, - вздохнул Бьёрн, и поймал губами краешек моего уха.

Я закусила губу и обняла его за шею покрепче.

- Так вот, как бы тебе так объяснить, чтоб ты наконец-то мне поверила и перестала сомневаться. А то, по-моему, мне до старости лет придётся тебя заверять, что это не потому, что ты надела на меня чёртов браслет. И не по договору. И не для того, чтоб породниться с асами, будь они неладны.

Я улыбнулась смущённо.

Бьёрн оторвался от моего уха. Поднял голову и пристально посмотрел мне в глаза.

Синий взгляд открыто и честно ответил на мой.

- Сейчас будет не самая романтичная метафора. Но как есть. Я как будто плыл по своим делам… плыл и никого не трогал… а тут ты. И мой якорь зацепился за корягу. И больше не могу двигаться. И забыл, куда собирался.

Я фыркнула, сверкая на него снова увлажнившимися глазами.

- Да уж. Точно не самая романтичная.

Бьёрн улыбнулся той самой задорной мальчишеской улыбкой, которую я у него так обожала.

- Я предупреждал! – А потом вдруг снова посерьёзнел. – Может, тебе понравится другая.

Он помолчал, взвешивая слова.

- …Как будто недостающую часть себя нашёл. И уже не представляю, как жил раньше без неё.

Задумался снова на минуту, долго всматриваясь в моё лицо. Пока я, забыв дышать, ждала продолжения.

- Хм. Точно. Пожалуй, это подходит больше всего. Часть меня. Плачешь ты – а душа переворачивается у меня. Ударят тебя – а больно становится мне. Странно, да?

- Очень, - прошептала я. И потянулась к его губам.

Горячие мужские с готовностью встретили на полпути. Врёт он всё. Что не романтик. Я знала, что запомню каждое слово. Каждое слово сберегу в сердце и пронесу с собой всю жизнь.

Поцелуй затягивался – и затягивал меня в воронку, всё глубже, всё яростней.

Нетерпеливые пальцы сжали талию на мгновение, причинив боль, и снова отпустили – как будто Бьёрн дал эмоциям прорваться, а потом снова вспомнил, что я хрупкая и нежная, и со мной надо осторожно.

Ладони медленно двинулись выше.

Муж оторвался от моих губ ненадолго и дал перевести дух. Пока я судорожно пыталась вдохнуть хоть каплю раскалённого воздуха – и как это ещё не расплавились и не потекли стены башни Асвиндов, скажите на милость?! Я так уже, кажется… он лукаво приподнял тёмную бровь, и я снова напряглась. Рано я расслабилась! Хищник убаюкал внимание добычи и готовится к броску.

- А ещё из этого всего следует знаешь, что? – вкрадчиво проговорил муж, подтягивая к себе ближе.

Я нервно заёрзала у него на коленях.

- Что? – спросила с опаской.

- Когда хорошо моей жене, хорошо и мне, - промурлыкал хищник. И опрокинул меня на лопатки.

Я испуганно охнула. Тёмная туча, возвышающаяся надо мной, опасно и торжествующе сверкнула синей молнией.

Губы снова нетерпеливо опустились на шею. Больше не томно-неторопливыми – о нет, с этой частью мы, кажется, уже закончили! – а с кусачими, жгучими поцелуями. Которые медленно, но неотвратимо, опускались ниже.

Руки оттянули вырез моего платья ниже, добывая губам больше места. Захватчик уверенно расширял территорию. Я подставляла горло и ключицы и млела, позволяя сознанию постепенно уплывать… меня совершенно унесло, когда услышала, как мой мужчина урчит, как довольный кот.

Горячий кончик языка нырнул в ложбинку на груди…

А потом Бьёрн исчез.

Меня будто ушатом ледяной воды окатило.

Бьёрн замер надо мной, тяжело дыша. Очевидно, пытался сосредоточиться и вернуть контроль над магией.

И… не мог.

А я больше не могла это так терпеть.

Я толкнула его в грудь и заставила сесть.

Вцепилась в невидимую ладонь, отыскала на ощупь, когда испугалась, что он уйдёт. Вцепилась так, что Бьёрн не смог бы меня оторвать от себя, даже если бы попытался. И заговорила с жаром – со всем пылом нерастраченных эмоций, которые он во мне разбудил. Пусть теперь не жалуется.

- Ты сказал, что я часть тебя! Если это не пустые слова, не смей мне больше лгать. Потому что перед собой не притворяются! Что у тебя с магией?

Он молчал так долго, что я испугалась – не ответит. Но он ответил.

Моего лица коснулись кончики невидимых пальцев. С нежностью провели по щеке. Его голос был тихим и глухим.

- Теряю контроль, когда захлёстывают эмоции.

Так и думала.

- Можешь снова вернуться?

- Нет.

- Давно это началось у тебя?

Он задумался ненадолго.

- Наверное, с подросткового возраста. Думаю, да, проблемы с магией невидимости начались именно тогда. Я долго прятал от родителей, особенно от матери. Но в конце концов меня припёрли к стенке и заставили признаться. Голову ломали они, голову ломал наш друид… лекарства не нашли.

Бьёрн говорил это так спокойно, что мне вдруг стало страшно. Так же спокойно он продолжил:

- Периоды, когда я «выпадаю» из реальности, становятся всё дольше. С твоим появлением это стало совершенно невозможно сдерживать.

По моей щеке медленно потянулась вниз горячая солёная капля. Прости. Я тоже не всё могу контролировать, когда ты рядом.

- Ты