Глеб и Аврора. Брак по расчету - Олег Ростов

— Аврора? — Спросил Глеб, увидев меня. У мужа горел ночник.

— Глеб. Я хочу поговорить с тобой.

— Конечно. — Он сел на постели. Помассировал свою правую ногу. Она у него была особенно сильно повреждена при аварии. — Присаживайся.

Я подошла и села рядом с ним. Посмотрела ему в глаза. Увидела в них тревогу.

— Тебя что-то тревожит? — Спросил он.

— Скажи, Глеб. Вы хотите от меня избавится? Если так, то зачем меня в больницу нужно обязательно класть? Глеб, я не сумасшедшая. Пожалуйста, прошу тебя. Ты же говорил, что любишь меня?

— Говорил. Я и сейчас тебя люблю. Аврора, у тебя просто навязчивая мысль на счёт больницы. Ни в какую больницу тебя никто помещать не собирается. В конце концов, я с тобой еду. Тогда что, я тоже сумасшедший? Сама подумай?

— Тогда куда мы поедем?

— В пансионат. Я там ни разу не был. Но мама очень хорошо отзывается о нём.

— А как же твоя работа? А моя?

— Да никуда работа не денется. Что твоя, что моя. Конечно, у меня дел много. Я ведь только-только на полный рабочий режим вышел. Но для такого дела возьму сам у себя отпуск без содержания. — Глеб улыбнулся. — А Ксюша, я уверен, тебе отпуск даст. Солнышко, не бойся. Съездим на недельку. Не понравится, уедем.

— Ты мне обещаешь?

— Обещаю. Разве я тебя хоть раз обманывал?

— Ладно, я согласна. Поеду.

Встала и хотела уйти в свою комнату, как Глеб позвал меня.

— Аврора. — Я оглянулась. — Может останешься? Обещаю, приставать не буду. Просто уснём в одной постели. Я очень по тебе соскучился. Даже просто чувствовать тебя рядом. Просто рядом.

Смотрела в глаза мужу. В них была тоска и какая-то боль. Он непроизвольно опять стал массировать свою ногу. Я вернулась, встала рядом с ним на колени.

— Давай я тебе помассирую?

— Давай.

Гладила ему ногу. Чувствовала руками несколько шрамов, оставшихся от той аварии. Массировала мышцы ноги, разгоняя кровь. Взглянула вверх. Глеб сидел, закрыв глаза. Мне вдруг так сильно захотелось поцеловать его. Я наклонилась и поцеловала его колено. Потом прижалась к ней щекой. Ощутила его ладонь у себя на голове. Он стал гладить мои волосы. У меня вновь покатились слёзы по щекам. Я давно их уже не контролировала.

— Аврора. — Позвал меня тихо Глеб. Я посмотрела на него снизу вверх. — Сядь со мной рядом. — Поднял меня и усадил рядом с собой. Стал вытирать своими пальцами мои слёзы. — Не плачь. Всё будет хорошо. — Одной рукой он обнял меня за талию. И нежно прижал к себе. Мне вдруг стало так хорошо. Я вновь чувствовала его сильные руки. Его горячее тело. Опустила голову ему на плечо. — Давай ляжем, Аврора. Просто ляжем и просто постараемся уснуть.

Посмотрела на его трусы. Поняла, что мужу будет очень трудно просто уснуть. А ведь у нас так давно не было близости. И всё из-за меня. Не из-за него, из-за меня. Надо себя перебороть. Ведь я сама этого хочу. Хочу, чтобы он, как и раньше уложил меня на постель, стащил с меня одежду. Глядел на меня восторженно и возбуждённо. Я помню, как сама заводилась от этого его взгляда. От его рук, от его губ. Он лёг и уложил меня рядом с собой. Глеб продолжал гладить меня по голове. Нет, он больше себе ничего не позволял. Мне с одной стороны было печально, но с другой я была ему благодарна за это. Постепенно я расслабилась рядом с мужем и даже не заметила, как уснула. Проснулась, когда солнце уже встало. Прислушалась к себе. Поняла, что выспалась и что мне ничего не снилось. Глеба рядом не было. Я откинула одеяло. Почему-то облегчённо вздохнула. Пижама была на мне. А чего я хотела? Проснуться голой? Так не вопрос, возьми и разденься. Прислушалась. Глеб был в ванной. Вот он сейчас вернётся, а ты лежишь перед ним в костюме Евы. Ты же хочешь? Или нет? Разберись в себе. Не мучай его. Ведь ему нелегко и так. Он сдерживает себя. А ты как собака на сене. И сама не ам и другим не дам. Не можешь быть его женщиной, отпусти его. Нет, я хочу быть его женщиной. Ни хочу его ни с кем делить. Но… Не могу сейчас. Сама не знаю, почему. Боюсь. Страх, что это будет иметь продолжение в виде новой жизни, которая во мне может появится, как появилась Сонечка, и которая так и не родилась.

Слёзы опять побежали у меня из глаз. Услышала, как открылась дверь ванной. Уткнулась лицом в подушку. Не хотела, чтобы Глеб увидел мои слёзы. Муж подошёл к кровати. Сел на её край. Погладил меня по плечам.

— Аврора, вижу ты уже проснулась. С добрым утром, любимая. — Я продолжала лежать, уткнувшись лицом в подушку. Глеб аккуратно меня перевернул на спину. Я не сопротивлялась. Не хотела. Просто закрыла лицо ладонями. — Аврора, почему ты плачешь? Я тебя обидел? — Покачала отрицательно головой.

— Нет. Не обидел. Просто я плачу. Я сама не знаю почему. Я часто плачу. Помоги мне, Глеб.

Он наклонился, взял моё лицо в свои большие ладони стал целовать — лоб, глаза, щеки, губы.

— Я сделаю всё что от меня зависит, Аврора. Я тебя очень люблю. Поэтому и говорю, что нам с тобой нужно поехать в пансионат. У тебя нервы ни к чёрту. Отдохнём, ты успокоишься, придёшь в норму. У нас всё получится.

— Ты мне обещаешь? Обещаешь, что не бросишь меня?

— Обещаю. Как я тебя могу бросить? Ты же моя жена. У нас с тобой вся жизнь впереди. Долгая.

Он помог мне встать. Я сходила в ванную. Умылась. Потом мы позавтракали у себя в комнате. Стали собираться. В какой-то момент ощутила давно забытое чувство. Когда ты ожидаешь чего-то, собираясь в дорогу, например к морю или в другую страну. Глеб складывал в свою спортивную сумку одежду, туалетные принадлежности, я в свою сумку, тоже самое.

— Аврора, купальник возьми.

— Зачем?

— А ты что, голая собралась купаться? Нет, я не против, но только в том случае, если мы с тобой одни будем. Но, к сожалению, такое невозможно.