Глеб и Аврора. Брак по расчету - Олег Ростов

— Глеб, сынок. С дедушкой плохо.

— Что случилось?

— Сегодня утром случился приступ. Его обнаружила без сознания горничная. Он не вышел на завтрак.

— Где он сейчас?

— В больнице. Но я боюсь. Ты же в курсе, что происходит вокруг? Вирус особо сильно бьёт по людям преклонного возраста. А если он ещё заразится?

— Я понял, мама. Я выезжаю.

— Один или с Авророй?

— Наверное с ней. Навряд ли она согласится здесь остаться. Хотя спасибо тебе. Здесь на самом деле очень хорошо.

— Я знаю. Ты говорил. Она успокоилась и у вас всё наладилось.

— Да, мама. Как Ксюша?

— С ней всё хорошо. Правда я не знаю, что будет дальше. Ей скоро рожать.

— С этим разберёмся. Сейчас главное дед. Всё мам, конец связи.

Аврора сидела на скамейке. Улыбалась чему-то своему и смотрела куда-то вдаль. Подошёл к ней. Она посмотрела на меня и улыбнулась. Сел рядом.

— Аврора, я должен уехать.

Она улыбаться перестала, на лице сразу появилась тревога.

— Почему?

— С дедом плохо. Сегодня приступ был. Увезли в больницу.

— Что с ним?

— Не знаю. Сердце. Но вдруг заразился и это из-за вируса. Если так, то даже не знаю. Ведь первые страдают именно такие как он.

— Я тоже поеду с тобой.

— Не хочешь ещё остаться? Оплачено за две недели.

— Нет. Что я тут буду делать одна? Я одна не останусь. Не хочу быть тут без тебя.

— Хорошо. Тогда собирайся.

С нами в пансионате было двое парней из службы безопасности. Они жили в соседнем с нами номере и постоянно находились неподалеку.

Я подозвал старшего из них.

— Никита.

— Да, Глеб Антонович?

— Собирайтесь, мы возвращаемся в Москву. Срочно.

— Понял.

Мы с Авророй поднялись к нам в номер. Пока жена собирала вещи, я зашел к директору пансионата. Сказал, что мы вынуждены прервать отдых.

Мы с Авророй ехали на заднем сидении, парни впереди. Супруга держала меня за руку и прижималась.

— Глеб, с дедушкой же всё хорошо будет? — Спросила она.

— Я очень на это надеюсь. — Немного помолчал. — Я даже представить себе не могу, что деда нет. Он ведь всегда был. Для меня, как что-то вечное, незыблемое. Как гранитная скала, стоящая с самого начала начал. С сотворения мира. Умом я понимаю, что дед не вечен, а вот сердцем…

В усадьбу мы приехали поздно ночью. Аврора успела даже поспать. У меня сна ни в одном глазу. Когда заехали на территорию усадьбы, тронул жену за плечо.

— Аврора… Аврора, просыпайся солнышко. Мы приехали.

Она проснулась, посмотрела на меня сонными глазами. Потом её взгляд прояснился. Помог ей выйти, взял наши сумки.

— Никита, спасибо. Можете отдыхать. — Сказал охране и прошёл в дом. В холле была мама. Тут же находился её почти муж Вадим Федорович Савичев. Мама была с заплаканными глазами. Она обняла меня.

— Здравствуй, Глеб.

— Здравствуй, мама.

Потом поздоровался за руку с Савичевым. Аврора обнимала мою мать.

— Что с дедом? — спросил у Вадима Фёдоровича.

— Состояние тяжёлое.

— Надежда есть, что он поправится?

Савичев покачал отрицательно головой.

— Возраст. В больнице сказали, чтобы готовились к самому худшему.

— Он приходил в сознание?

— Нет.

— Ксюша где? Вовка?

— Ксения с Володей часа два назад приехали. Ксюша спит уже. Она сильно переживает, а ей не надо было бы в её положении. Володя крепится. Но ему тоже нелегко. Вроде спать ушел, но не знаю, спит ли.

— Спасибо, Вадим Фёдорович.

— Мне то за что спасибо, Глеб? Я просто стараюсь поддержать Дашеньку, твою сестру, брата. Тут твои дяди с тётками были.

— Где они сейчас?

— Разъехались.

Посмотрел на маму с женой. Они сидели на диване обнявшись. Сел рядом.

— Глеб, что теперь будет, если дедушка умрёт? — Спросила мама.

— Не знаю. Но дед должен был приготовится. Он всегда ко всему готовился. Я уверен, он должен был что-то оставить.

— Что?

— Не знаю, письмо какое-нибудь. Своё завещание. Нет, не на счёт наследства, а другое.

— Я думаю, Николай должен быть в курсе.

— Где он?

— Приедет утром.

— Тогда давайте ложиться спать, мама. Мы все устали. Нужно отдохнуть. Как ты всегда мне говорила, утро вечера мудренее.

— Это не я, сынок, говорила. Это народная мудрость.

— Тогда тем более.

Стоял в душе под струями воды. Дверь открылась и ко мне проскользнула Аврора. Прижалась к моей спине, обхватив руками. Целовала меня между лопаток.

— Аврора, извини, но…

— Глеб, я всё понимаю. Я просто зашла. Хочу постоять с тобой. Просто постоять.

— Хорошо.

Ничего не было между нами. Не та обстановка и не тот настрой. Мы оба это понимали. Потом легли спать. На часах было половина четвёртого. Аврора сразу уснула, обняв меня одной рукой и уткнувшись мне в плечо. Я же лежал ещё какое-то время. Думая о своём дедушке.

Утром встал в девятом часу. Выспался. Аврора ещё спала. Пусть спит. Умылся, побрился. Спустился в трапезную. Там была мама и Савичев.

— Доброе утро, мам. Доброе утро, Вадим Фёдорович.

Они поздоровались со мной. Сел на стул. Мне подали завтрак. Ели молча. Через некоторое время появился младший брат. Присоединился к нам. К тому моменту, как я закончил завтракать, к нам присоединились моя жена и Ксения. Ксюша практически ничего не ела. Попила только сок и погрызла яблоко. Все молчали, смотрели на меня. Я взглянул на место, где всегда сидел дедушка, место во главе стола.

— Глеб. — Сказал Володя. — Теперь это твоё место. — Он кивнул на стул деда.

— Нет. Дед ещё жив. Не хорони его раньше времени, Вовка.

— Что делать будем, Глеб? — Спросила Ксюша.

— Пока ничего. Будем надеяться, что дед поправится. Вам, женщины, молится. Съездите в храм, поставьте свечи за выздоровление деда. А мне нужно поговорить с дядей Колей.

Не успел я упомянуть имя начальника СБ, как он зашёл в трапезную.

— Здравствуйте. Всем приятного аппетита.

— Здравствуй, Николай. — Поздоровалась с ним мама. Мужчинам он пожал руки, с женщинами обошёлся просто словами.

— Коля, кушать будешь? — спросила его мама.

— Спасибо, Даша. Я уже позавтракал. Глеб. — Он посмотрел на меня. — Есть разговор.

— Конечно.

Мы прошли