Парадокс Севера - Виктория Побединская

В пять утра я стояла у центрального входа академии. В руках сумка с вещами. За плечами рюкзак. А в душе злоба, вырвавшаяся на волю беспомощным выдохом. Ведь знала, Север не постесняется и волоком из общежития вытащить.

«Ну и где ты?» — написала я. Ради такого случая даже номер разблокировала.

Пришло уведомление о прочтении. Но в ответ — тишина.

Пока я размышляла, то ли уйти, то ли что-то еще сумничать вдогонку, ко входу подъехал серебристый Икс-трэйл. От неожиданности я выронила телефон и пока поднимала, машина остановилась. За рулем, сверкая белозубой улыбкой, сидел Макс. Больше в салоне никого не было.

Ситуация становилась все более и более странной.

— Можно узнать, куда мы едем? — спросила я, забрасывая сумку на заднее сидение и пристегиваясь. Я помнила, что задолжала ему извинение, и собиралась эту несправедливость устранить.

Но не успела…

Макс пощелкал радио, остановившись на одной из старых песен Green Day, а потом произнес так, словно это самая обыденная вещь:

— Похищать тебя собираюсь.

Я непонимающе уставилась на него в ответ.

— Ты уж сильно не кричи, ладно? Страж не у дел более, а для меня это тоже в первый раз, так что… я вроде как волнуюсь.

Мне бы спросить, не шутка ли это?

И где сам виновник происходящего?

Но я только приоткрыла рот, ошарашенно глядя.

— Ну так что, договорились? — подмигнул Макс.

Билли Джо из приемника пропел, чтобы его разбудили, когда закончится сентябрь*. Если честно, я тоже была не прочь, даже если ущипнули хотя бы.

Макс рассмеялся.

— Расслабься, Лапуль, отдыхать мы едем, — вдоволь насладившись моим замешательством, ответил он. — Отцу подогнали путевки на базу. Тут недалеко. Несколько часов. Сейчас только с остальными пересечемся. На сноуборде кататься умеешь?

Я покачала головой.

— Лыжах?

— Нет.

Лыжи, определённо, не моя стихия.

— Отлично, — махнул рукой Макс. — Вот и составишь Северу компанию.

Я хмыкнула.

— Не поверю, что он не умеет кататься, — пробурчала, съедаемая сарказмом.

— Он умеет. — Макс постучал себя по колену, напоминая. — Баскетбол, волейбол, футбол, сноуборд, большой теннис… Кажется там вообще ничего не осталось в списке разрешенного.

— Печально… — потупила я взор.

— Да уж… поверь моему опыту, наблюдать со стороны, когда кто-то делает то, что тебе нельзя, жутко тошно.

Я замолчала, вспомнив тотальный запрет на алкоголь в комнате Севера. «Макс же, — выронил он мимоходом в новогоднюю ночь. — Как я могу запрещать ему, сам выпивая?»

И прежде чем успела что-то добавить, показался знакомый бок припаркованного Астон Мартина. Рядом о чем-то беседуя, стояли Страж и Адель.

Мы вышли из машины. Я удивленно окинула пару взглядом. Даже не сразу узнала.

Вместо привычных дорогих костюмов на Адель были надеты джинсы и короткая белая крутка. Страж же выглядел как обычно, разве что его рука самым что ни есть собственническим образом лежала на талии девушки. Адель заливисто смеялась, а Антон — впервые на моей памяти — улыбался в ответ. Сегодня он был без очков, скрыв один глаз повязкой, но даже несмотря на это, я видела, как он смотрел. Будто перед ним экспонат из музея, к которому наконец позволили прикасаться, выписали абонемент, долгожданное разрешение.

Засмотревшись, я застыла у раскрытой двери. Макс полез за моей сумкой, но не заметив, что я стою рядом, едва не сбил меня с ног.

— Ой, — отпрыгнул он.

Я резко обернулась, снова едва не врезавшись в кого-то.