Хулиган. Его принцесса - Эла Герс

Если бы только она увидела его глаза, то без слов поняла бы, что он сожалел о содеянном. Но она уже убежала, а Данил под тяжестью собственной боли был поставлен на колени.

Его душа в этот момент разрывалась на части, которые уже вряд ли когда-нибудь соберутся воедино. А даже если это и произойдет, то на душе останутся уродливые рубцы, в память о сегодняшнем дне.

— Ты сделал правильный выбор, — раздался холодный голос матери, нарушивший тишину, что вдруг воцарилась вокруг него.

Это было утверждение, а не вопрос. Она не понимала, что ее слова стали для Данилаприговором на пожизненное заключение во мраке, страданиях и воспоминаниях о времени, проведенным с Таней, его Принцессой.

Он даже не заметил, как все вокруг разошлись и он остался наедине со своей болью и безжалостной матерью, подтолкнувшей его к этому.

Данил отвернулся, стараясь не смотреть на мать, что вдруг стала ему ненавистна. Он сделал то, что она хотела — выбрал…

Выбрал оставить в своей жизни Лешу и обречь Таню на боль и одиночество.

Он знал, что никогда не сможет оправдать своих действий или решения и мысль об этом нависала над ним, как мрачная тень.

POV Даня

Было уже семь часов вечера.

Таня заставила меня ждать.

Вернее, она явно не собиралась приходить.

И то, что она не пришла, причинила мне такую же боль, как та, что я причинил Тане на ее двенадцатилетние. Хотя нет, с болью, что я заставил испытать Таню, вряд ли это могло сравниться…

Я втянул в себя порыв прохладного воздуха и корпусом поддался вперед, сидя на скамейки, с которой, казалось, сросся за два часа ожидания. Уже зажглись вечерние огни, красиво подсвечивающие безлюдный парк и фонтан, но я не мог в полной мере оценить этого, думая лишь о том, чтоко мне на встречу не пришла единственная девушка, которая была мне так сильно дорога.

Большая часть моей давно разорванной души верила, что она придет. В глубине души я и сам надеялся, что она вот-вот появится на горизонте.

Но она приняла решение отказаться выслушать меня, которое разбило мое чертово сердце.

Я решил прекратить это бесполезное ожидание, смешанное с самобичеванием, и, поднявшись со скамьи, поплелся на выход из парка, чтобы вернуться домой или нажраться в хлам.

Это был конец…

Я больше не стану пытаться объясниться с ней или вернуть ее, потому что Таня никогда не даст мне шанса. Когда-то давно я сделал свой выбор, который стоил мне разбитого нахрен сердца и бессонных ночей, теперь пришел черед Тани сделать выбор.

И он оказался неутешительным для меня.

Я медленно шагал по тропинке, мимоходом замечая парковые огни. В голове крутились воспоминания нашей дружбы, когда мы с Таней были практически неразлучные. Картина того чудесного времени воссоздалась в моей голове и начала давить на сердце, вызывая очередной поток горечи.

На развилке я оглянулся по сторонам, словно в надежде увидеть ее приближающийся силуэт, но увидел только порыв вечернего ветра, уносящего не только листву, но и мои надежды.

С каждым шагом я ощущал, как разрыв между нами становится все шире и больше. Я понял, что даже окажись в прошлом, не смог бы ничего изменить, не смог изменить своего выбора и того, что произошло.

Не смог бы бросить Орлова, который был в настолько печальном состоянии, что я боялся — он мог наложить на себя руки. Таня была сильной, она со всем справилась, а вот Леха…

Мать подобрала очень удачный для своего замысла момент, ведь заставь она сделать меня выбор, когда семья Орловых еще была цела, я бы выбрал Таню.

Я ошибочно полагал, что Таня могла бы простить меня, но теперь было ясно — я своими же руками лишил себя этогошанса, доверия и ее любви…

Когда я уже совсем отчаялся и потерял веру в лучшее, я увидел ее у входа в парк.

Вид ее принес мне такое облегчение, что я закрыл глаза и испустил дрожащий вздох.

Я снова открыл их и посмотрел на Таню. Ветер разметал пряди волос по ее лицу, заставляя ее смотреть на меня, чуть прищурившись.

Несколько долгих секунд мы оба стояли неподвижно и на мгновение мне показалось, что она в любой момент могла развернуться и уйти.

Но вместо этого она подошла ко мне и погрузила пальцы в свои блестящие волосы, убирая их от лица и откидывая назад. Отвлекшись, я наблюдал, как ее волосы обрамили лицо, с красотой которого ничто не могло сравниться.

Затем мое внимание привлекло ее платье.

На ней было синее платье, а поверх него — расстегнутая черная куртка. Всё было более чем прилично, однако мое тело всё равно отреагировало на это зрелище.

Громов, мать твою, остынь!

Может, ты и озабоченный, особенно когда речь заходит о Принцессе, но не настолько же.

Тебе нужно поговорить с ней, прежде чем пытаться наложить на нее свои лапы.

Я мысленно застонал и попытался вспомнить всё то, чему научился в детстве.

Самообладание.

Дисциплина.

Сила духа и воли.

Но, черт возьми!

Почему она пришла в платье? Да еще и таком вызывающе коротком? Или оно таковым казалось только лишь для меня одного?

Ее губы шевелились. Она явно разговаривала со мной.

А я не мог сконцентрироваться, то и дело глазами возвращаясь к ее стройным, оголенным ногам.

Она что-то говорила, а я, как пубертатный подросток, капал слюной на ее ноги. Докатился, блять…

— Ты слушаешь меня, Громов? — наконец донесся до меня ее голос.

Я закрыл глаза и ущипнул себя за переносицу.

— Просто… просто дай мне минуту собраться, — пробормотал я.

— У тебя что, от холода помутился рассудок? — прозвучал ее раздраженный голос, побудивший меня открыть глаза и посмотреть на нее.

— Я просто отвлекся, — ответил я на ее тираду.

Она склонила голову набок.

— Отвлекся?

Да, на твои ноги, но признание в этом губительно сказалось бы на моем теле. Таня не оставила бы это заявление без внимания.

— Хочешь, я верну тебя на землю пощечиной? — продолжила она, когда я не ответил.

Вот о чем я говорил. И пощечина не могла сравниться с ударом этого красивого колена мне в пах, на который Таня запросто бы решилась после моего заявления.

Я усмехнулся и ответил:

— Нет, не надо, я справлюсь сам.

Потому что ты наконец пришла ко мне…

POV Таня

Надень платье…

Зря я послушала Аглаю. Осенний вечер выдался довольно прохладным и мой наряд из короткого платья,