Лабиринты судьбы - Марина Преображенская

Мы больше не ночевали в здании госпиталя, где мне была отведена огромная, потрясающей чистоты и красоты комната.

Цветное белье с плывущими по желтому полю караваном верблюдов и грациозным жирафом, вытянувшим длинную пятнистую шею через половину пододеяльника, источало приятный успокаивающий запах. Большой японский телевизор на вращающейся подставке, телефон, зелень и большое блюдо со спелыми фруктами на столе. Все это напоминало мне какой-то сказочный экзотический курорт.

Даже персонал был не в белых, как принято у нас, халатах, а в красивых и удобных костюмах.

Нянечки носили цветные платья с кремовым отложным воротником, того же цвета шапочки, напоминающие головной убор стюардессы, и в тон им фартучки с крупной оборкой. Ежедневно они пылесосили мою палату и протирали всю мебель специальной губкой. Окно, затянутое мелкой сеткой, раз в неделю скрупулезно вымывалось, а сетка пылесосилась. Мягкие ковровые покрытия приглушали шаги, и розовые занавесочки приближали больничный уют к домашнему.

Медсестра Линда, перед тем как сделать мне укол, прыскала на кожу анестезирующим раствором, и я ни разу не почувствовала тонкой, почти комариной иглы одноразового шприца.

Врач посещал меня два раза в день: утром и вечером, и очень скоро я довольно сносно научилась понимать его речь, всегда четкую, спокойную, мне казалось, специально растянутую для моего чужеземного уха.

— Ирэн, — говорил доктор, — похоже, тебе тут невесело?

— Все о’кей, — улыбалась я. — Только ходить неудобно. Такое впечатление, что нога стала короче.

— Это временно. — Йохан подмигивал мне, и разбежавшиеся по его лицу задорные конопушки мелкими зернышками пересыпались из морщинки в морщинку.

— Мой отец видел тебя на лужайке перед госпиталем. Он хотел бы пригласить вас вместе с Алексеем на коктейль по случаю закрытия карнавала.

— Не знаю, не совсем удобно, — пожимала я плечами, имея в виду розовые шрамики на лице.

— О! Не беспокойся, Ирэн, эти отметины нисколько тебя не портят. К тому же все наши друзья прекрасно знают, что уровень вашей медицины…

— Доктор! — недовольно морщилась я. Мне не нравилось, что какой-то выходец из семьи южноафриканского рабовладельца (Йохан мне сам рассказывал, что его обанкротившийся дед-ирландец приехал в Африку и занялся торговлей живым товаром) так нелестно отзывается о моих самоотверженных нищих соотечественниках.

— Мой Бог! Я не хотел обидеть твой народ! Русский народ — великий народ. — Он наклонился ко мне поближе и, улыбаясь всем лицом, слегка лоснящимся от капелек пота, тихо произнес: — Мой отец увидел в тебе свою очень далекую любовь. Далекую, почти детскую… В то время он жил пару лет в Польше, и там была очень хорошенькая славяночка… Ну что, не откажешь в любезности посетить наш дом?

— Благодарю. — Я не отказалась от приглашения, но все же оставила за собой право сделать это.

И сейчас, наслаждаясь нежной прохладой минеральной воды в адаптационном центре госпиталя, я подумывала, стоит ли мне говорить Алексею о приглашении. Когда мне предложили пластику швов, я заметила, как на лице Леши появилась, но тут же растворилась в лучезарной голливудской улыбке некоторая озабоченность. Леша согласился на эту операцию, но все-таки, услышав названную сумму, поинтересовался, как скоро будет назначена операция.

— Алексей, — отозвался Йохан, очевидно, разгадав причину озабоченности Леши. — Операция будет назначена на время, которое вам наиболее удобно. Если у вас затруднения с финансами, то можно не торопиться.

«Странно, — подумала я. — Почему он решил, что у нас затруднения с финансами. Может быть, у них был разговор на эту тему?» А Йохан тем временем продолжал:

— Счет за лечение вы получите через пару дней и можете оплатить его в течение месяца…

— Да-да, — поторопился согласиться Леша и так замял тему разговора, что я поняла: действительно, речь о финансах пошла неспроста.

Я попыталась поговорить с Лешей на эту тему, но он лишь мягко прервал меня:

— Не волнуйся, Иришка. Просто некоторые проблемы с переводом денег из России. А так все в порядке.

И все же мы сняли небольшую квартирку недалеко от госпиталя. Так получалось гораздо дешевле, и врач раз в неделю посещал меня и назначал те или иные неведомые российскому гражданину процедуры. Проводил массу тестов, прощупывал, простукивал, просвечивал мою голень и всякий раз оставался доволен происходящими переменами.

До званого коктейля оставалось два дня. Если мы собирались посетить семью Йохана, то я должна была сообщить о приглашении Леше. Скажу завтра, решила я, и если увижу, что это его хоть чуть-чуть напрягает, то равнодушно брошу что-нибудь вроде: я тебе сказала об этом только потому, что должна передать приглашение Йохана, а на самом деле мне не очень-то и хочется туда идти. Вот и все!

— Напиток? — к нам подошел, вернее, подъехал на роликах молодой человек с пластмассовым ярко-красным подносом.

— Нет, спасибо, — отказалась я и тут же пожалела, потому что Леша взял себе бокал и, опустившись в шезлонг, стал неторопливо посасывать ароматный напиток. Мне очень хотелось пить, и я оглянулась в поисках питьевого фонтанчика.

«Ну и рожа!» — отпрянула я от огромной скуластой головы, оказавшейся непосредственно у меня за плечом.

— Извините, я вас напугал, — проскрипела голова высоким тенором, и я невольно улыбнулась от такого несоответствия. Мне показалось, что у человека с такой большой головой и такими могучими бицепсами должен быть низкий солидный бас.

— Ничего, это вы извините, — ответила я, покачивая ногой, неожиданно занывшей. Я потянулась рукой к колену, но мужчина опередил меня и стал ловко разминать ослабевшую за время лечения мышцу.

Леша напряженно взглянул в нашу сторону, но пока не поднимался со своего места, видимо, желая узнать, какие намерения имеет ко мне этот джентльмен в огромной соломенной шляпе и узких, платинового цвета плавках.

— Не волнуйтесь, — продолжил незнакомец, — я профессиональный массажист.

Но я не волновалась. Мне вдруг послышался знакомый акцент в его речи, и я, внимательно посмотрев на мужчину, спросила:

— Послушайте, вы не из России?

— Акцент? — догадался мужчина.

Я согласно кивнула головой.

— Так из России?

— Да, — помешкав, ответил он.

Я обрадовалась так, что готова была расцеловать этого массажиста, и уже по-русски затарабанила:

— А как вы здесь оказались? Откуда вы приехали? Давно? Знаете, мы тоже из России, и уже два месяца я почти ни с кем не общаюсь на русском, кроме…

Только сейчас мужчина обратил внимание на сидящего невдалеке к глядящего на нас в упор Лешу.

— Простите, я не знал, что вы не одна. Это ваш муж? — по-русски, но тоже с небольшим акцентом спросил мужчина и вежливо улыбнулся, все так же продолжая действительно профессиональными движениями разминать мою ногу.