Имперский маг II - Сим Симович

Que le miel sur mes lèvres… ***

— Ты сочиняешь? — спросила она, полностью забыв о сотнях наблюдающих за ними глаз.

— Импровизирую, — признался он. — Французский — язык поэзии. На нём легко говорить красивые вещи.

Он притянул её чуть ближе в следующем повороте и продолжил:

— Tu es la lumière qui danse

Dans l’obscurité de ma vie,

L’étoile qui guide mes pas

Vers un avenir plein d’espoir… ****

Музыка становилась всё более страстной, танец — более интимным. Гиперион не переставал шептать стихи, и Ольфария чувствовала, как растворяется в его голосе, в ритме танца, в магии этого момента.

— Quand je te regarde danser,

Le temps s’arrête autour de nous,

Et je comprends que dans tes bras

J’ai trouvé ma vraie demeure… *****

Зал кружился вокруг них в вихре света и цвета. Лица зрителей расплывались в неясные пятна, музыка сливалась с французскими стихами в единую мелодию.

— Et si le monde nous menace,

Et si nos ennemis nous guettent,

Peu m’importe, car à tes côtés

Je me sens invincible et fort… ******

— Ты прекрасно говоришь, — прошептала Ольфария, полностью забыв обо всём, кроме его голоса.

— Pour toi, je deviens poète,

Pour toi, je trouve les mots

Qui caressent ton âme tendre

Comme mes mains caressent tes doigts… *******

Танец подходил к концу, но Гиперион не останавливался:

— Et quand cette nuit s’achèvera,

Et quand nous rentrerons chez nous,

Je garderai dans ma mémoire

Ce moment magique avec toi… ********

Музыка стихла, танец закончился. Они стояли в центре зала, глядя друг другу в глаза, а вокруг гремели аплодисменты. Все присутствующие были очарованы красотой танца, элегантностью движений, очевидной гармонией между партнёрами.

— Magnifique! — воскликнул кто-то из публики.

— Никогда не видела более прекрасного танца! — восхищалась одна из герцогинь.

Ольфария моргнула, словно просыпаясь от сна, и вновь осознала, где находится. Но французские стихи всё ещё звучали в её голове, а тепло голоса Гипериона согревало душу.

— Спасибо, — тихо сказала она. — Ты помог мне забыть обо всём.

— Всегда к твоим услугам, — галантно ответил он, поклонившись.

Они покинули центр зала под восхищёнными взглядами гостей. Танец стал событием вечера — о нём будут говорить ещё долго, передавая из уст в уста рассказы о прекрасной графине и загадочном воеводе.

Но главное было достигнуто — Ольфария расслабилась, почувствовала себя увереннее. Французские стихи сделали своё дело, отвлекли от напряжения и тревог.

Теперь они были готовы к тому, что принесёт остаток вечера.

* * *

* В твоих глазах, как в чистой воде, что едва дрожит под лёгким ветром…

** И луна восходит белая в голубом небе летних ночей…

*** Твоя улыбка — цветок, что расцветает в моём сердце, и твои слова слаще мёда на моих губах…

**** Ты — свет, что танцует во тьме моей жизни, звезда, что ведёт мои шаги к будущему, полному надежд…

***** Когда я смотрю, как ты танцуешь, время останавливается вокруг нас, и я понимаю, что в твоих объятиях я нашёл свой истинный дом…

****** И если мир угрожает нам, и если враги подстерегают нас, мне всё равно, ибо рядом с тобой я чувствую себя непобедимым и сильным…

******* Для тебя я становлюсь поэтом, для тебя я нахожу слова, что ласкают твою нежную душу, как мои руки ласкают твои пальцы…

******** И когда эта ночь закончится, и когда мы вернёмся домой, я сохраню в памяти этот волшебный момент с тобой…

Глава 29

После завершения танцев король Альбертус поднялся с трона и жестом привлёк внимание собравшихся. Разговоры в зале постепенно стихли, все обратились к юному монарху, который, несмотря на детскую внешность, излучал непреклонную властность.

— Дорогие друзья! — начал он звонким голосом, который легко достигал самых дальних углов зала. — Сегодня мы собрались не только для того, чтобы насладиться музыкой и танцами, но и чтобы отметить особое событие!

Гости переглянулись с любопытством. Никто не знал о каком событии идёт речь.

— Среди нас сегодня находятся люди, которые показали всему королевству, что значит истинное служение народу! — продолжил король, его взгляд остановился на Ольфарии и Гиперионе. — Графиня Вальденк и воевода Грейфокс за короткое время превратили своё графство в образец процветания и справедливости!

Вежливые аплодисменты прокатились по залу, но в них слышалась некоторая сдержанность. Многие аристократы не были в восторге от восхваления «выскочек из провинции».

— Их достижения поистине впечатляют! — король поднял руку, требуя тишины. — Полная ликвидация нищеты, доступная медицина для всех слоёв населения, процветающая экономика, довольные граждане. Разве не об этом мечтает каждый правитель?

Герцог Равенскрофт нахмурился, понимая, к чему ведёт речь короля.

— Но самое главное, — продолжил Альбертус, его голос приобрёл торжественные нотки, — они показали, что подобных результатов можно достичь без ущерба для казны! Более того, доходы их графства выросли в несколько раз!

Теперь внимание всех присутствующих было приковано к королю. Разговоры о деньгах всегда волновали аристократию.

— Это заставляет нас задуматься, — король начал медленно ходить перед троном, его юное лицо выражало глубокую озабоченность. — Если небольшое графство может достичь таких успехов, то что мешает другим регионам последовать их примеру?

Граф Ульрих Железный Кулак переступил с ноги на ногу, чувствуя подвох.

— Я долго размышлял над этим вопросом, — продолжил король, — и пришёл к выводу, что проблема заключается в недостатке… мотивации у наших уважаемых феодалов.

Тишина в зале стала напряжённой. Аристократы понимали, что сейчас последует что-то неприятное.

— Поэтому, — Альбертус остановился и торжественно поднял руку, — я принял решение о введении нового налога — «Налога на процветание»!

Зал взорвался возмущёнными возгласами:

— Что⁈

— Новый налог⁈

— Это возмутительно!

Король поднял обе руки, призывая к тишине:

— Прошу выслушать до конца! Данный налог будет взиматься с тех регионов, которые не достигают определённых показателей благосостояния своих жителей!

— Каких показателей? — выкрикнул барон Штайнберг.

— Очень простых! — ответил король с невинной улыбкой. — Уровень грамотности