Поэма о Шанъян. Том 3–4 - Мэй Юйчжэ

– Это неважно. То, что должно произойти, произойдет.

Я подняла брови и улыбнулась.

– Командир Вэй, вы готовы?

– Мои подчиненные и братья готовы отдать свои жизни, защищая императорский город.

Вэй Хань смотрел прямо на меня, его глаза ярко сияли под железной маской. Как в ту холодную ночь за пределами Ниншо – я помню, как в темноте вспыхнула пара исполненных решимостью и смелостью глаз.

– Подчиненный поклялся служить Юйчжан-вану и защищать ванфэй.

В Ниншо, Хуэйчжоу было много замечательных людей, готовых не только раздвигать границы и осваивать новые земли, людей, которые будут верны своим хозяевам до самого конца. Они никогда не отступят. Они не боятся смерти. Смерть для них – пустой звук. Это лучшие подчиненные Сяо Ци – военнослужащие, закаленные не только временем, но и огнем и мечом.

Со стороны дворцовых ворот снова раздался низкий звон горна. Вэй Хань поспешно ушел.

Юйсю с тоской посмотрела в сторону дворцовых ворот, лицо ее пугающе побледнело. Но она больше не дрожала и не проливала слез. В мертвой тишине дворца она опустила голову и тихим, хриплым голосом сказала:

– Это он убил Ху Гуанъюаня…

Меня это не удивило, но от этой мысли сердце сжалось от грусти. Этот очаровательный юноша оказался лишь пешкой, а Сун Хуайэнь убил его, чтобы заставить Ху Гуанле поднять восстание. Юйсю подняла голову и посмотрела прямо на меня – от ее взгляда мне стало не по себе.

Грустно улыбнувшись, она сказала:

– А еще Иннян. Она всегда нравилась Хуайэню.

Я напряглась.

– Кто такая Иннян?

Она будто не услышала мой вопрос и продолжила говорить:

– В тот день Хуайэнь привез Иннян домой. Ху Гуанъюань подошел к нему. Он хотел поздравить его… Но не успел он и шага сделать в его сторону… За все эти годы я никогда не видела его таким злым… безумным…

Я была в ужасе, когда услышала это. Получается, что Ху Гуанъюань и Сун Хуайэнь поссорились из-за женщины?

Юйсю посмотрела на меня со странным выражением лица. Она и улыбалась, и грустила одновременно.

– Иннян – певица при императорском дворце. Она всегда нравилась Хуайэню. Потом вы отругали его за то, что он захотел взять наложницу. Поэтому он и не взял ее домой. В тот день в башне Цисян Ху Гуанъюань напился и бросился на Хуайэня – он хотел забрать у него Иннян. Той ночью Ху Гуанъюань пришел к нам. Он говорил, что хотел поздравить его, но на самом деле намеревался насмехаться над ним…

Невыносимо было слышать эту историю о ревности. Я хотела прервать ее, но Юйсю медленно сказала:

– Если бы Ху Гуанъюань не сказал тех слов, Хуайэнь не напал бы на него.

– Что? – удивленно переспросила я.

Юйсю тяжело посмотрела на меня.

– Он смеялся над Хуайэнем. Говорил: «Чем больше я смотрю на эту женщину, тем больше она мне кое-кого напоминает. Не о ней ли грезит второй канцлер?»

Ее голос звучал мягко и нежно, но для моих ушей он был подобен грому средь ясного неба. Перед моими глазами молнией мелькнуло знакомое лицо. Красавица в зеленом… У нее было доброе лицо, но чертами она была похожа на меня.

Сун Хуайэнь – муж младшей сестры. Он всегда был близок мне. Все в столице знали, что он – второй канцлер и друг Юйчжан-вана. И что он всегда был верен и близок ванфэй. Его привязанность должна была испариться со временем, но слова Ху Гуанъюаня – намеренно или непреднамеренно – раскрыли его тайну…

Сердце бешено билось в груди, шея и щеки горели, но по спине стекал холодный пот. Взгляд Юйсю был подобен ножу, который вонзили мне в спину. Я не хотела смотреть на нее, и она это прекрасно знала. Как давно она узнала о мыслях своего мужа? Как долго сдерживалась?

Я закрыла лицо руками и откинулась на спинку. Волны жара накатывали на меня со всех сторон. Одна волна случайностей следовала за другой. Сколько еще таких «случайностей» ждет меня впереди? Сколько я, смертная, смогу выдержать?

Юйсю с печалью в голосе рассказала мне всю историю про Иннян. В тот день Су и Ху рассорились, но они не знали, что об этом рассказали Сяо Ци. Когда Ху Гуанъюань не захотел отвечать Сяо Ци, тот рассердился и с такой силой ударил Гуанъюаня, что изо рта и носа у того пошла кровь. Сун Хуайэнь решил защитить его и признать свою вину, но Сяо Ци тогда посмотрел на съежившуюся Иннян, а затем приказал страже задушить ее.

Когда человека убивают, за него больше не нужно сражаться, о нем больше не нужно говорить. Однако Сун Хуайэнь превзошел все ожидания. Тогда он был пьян и бросился на защиту девушки. Он фактически пошел наперекор Сяо Ци. Наконец, Сяо Ци отпустил ее, но заставил Сун Хуайэня всю ночь стоять на коленях перед дворцом. А также отдал приказ – любой, кто расскажет о том, что произошло той ночью, будет наказан смертью.

Я вспомнила, что однажды Сяо Ци вернулся домой очень поздно и сердитым. Когда я спросила у него, что случилось, он сказал, что его тревожат военные дела. Тогда я знать не знала, что произошло на самом деле.

Сяо Ци знал, что Сун Хуайэнь всегда отличался излишней смелостью и решительностью, но укрощать его строптивость на публике – не самое лучшее решение. Во всей Поднебесной никто не мог конкурировать с Сяо Ци. Сколько бы у него ни было власти, сколько бы его ни окружало женщин – никто не смел даже думать о том, чтобы отобрать у него все это.

Намерение Сяо Ци захватить военную власть у могущественных министров – это уже не вопрос времени. В те дни в самом разгаре была партийная борьба между Сун и Ху. Сун Хуайэнь был честолюбив и во всем винил партию Ху. Он всеми силами старался оторвать кусок власти побольше, но этого уже добился Сяо Ци, вызвав его недовольство. Этот пустой спор разрушил и без того хрупкое доверие между ним и Сяо Ци. И он сбился с пути.

После этого Сяо Ци отправился на войну и поручил Сун Хуайэню важные задачи. А Ху Гуанле повел войска на Северный Синьцзян. Сун Хуайэнь же остался в столице и удерживал власть.

На первый взгляд, доверие Сяо Ци к генералам не было поколеблено восстанием Тан Цзина. Напротив, он стал доверять им только