Токсичные желания - Надя Брекель

неправильно то, что мы делаем? Она не замужем. Я холост. Мы оба взрослые люди, хотя у нас небольшая разница в возрасте, и я встречался с ее двоюродной сестрой. И да, она была знакома с моим младшим братом, но она понравилась мне еще до того, как я узнал о ней все это. Никто другой не принимал в этом участия. Мы не пытаемся никому навредить. Возвращаясь в свою спальню, я борюсь с желанием прокрасться в квартиру и снова овладеть ею, поскольку еще рано и Боди спит. Моя мама, должно быть, перешла в другую спальню внизу, так как я не видел ее на диване, когда вернулся в свою комнату прошлой ночью.

Образы Эбигейл проносятся в моей голове. Я не знаю, люблю ли я ее, но никогда ничего и никого не хотел так сильно. Когда я потянулся за телефоном, чтобы написать ей, понял, что у меня даже нет ее номера, чтобы пожелать ей доброго утра. Это нужно быстро исправить. Я крадусь обратно вниз по лестнице, мое сердце учащенно бьется. Когда я не слышу маму на кухне, я быстро двигаюсь, чтобы успеть выйти из дома до того, как меня заметят. Я бегу трусцой по бетонной дорожке к квартире за домиком у озера. Я стучу в дверь, прежде чем войти. Эбигейл и ее золотистые вьющиеся волосы раскинулись на кровати. Она выглядит соблазнительно, как всегда. Я подхожу к кровати и забираюсь на нее, раздвигая бедром одну ногу. Я нежно целую ее, двигаясь по ее щеке к уху и обратно к ее рту.

— Доброе утро, — шепчу я.

Она стонет, выгибаясь навстречу моим губам, которые скользят вниз по ее телу, затем снова поднимаются к груди.

— Разве? — Шутит она.

Я хихикаю. Дотягиваюсь до тумбочки, достаю еще один презерватив и начинаю снимать спортивные штаны.

— У нас не так много времени. Просто перепихнемся на скорую руку, ладно.

Она вытягивает руки над головой.

— Хорошо, — говорит она, все еще сонная, и я погружаюсь. Несколько минут спустя мы оба снова запыхавшиеся и потные. Черт, мне нужно еще раз принять душ, пока моя мама не почувствовала на мне запах секса. Но у меня нет времени. Черт, это было здорово. Мне кажется, или она чувствуется лучше по утрам?

— Ты собираешься тренироваться? — Спрашиваю я ее, снова натягивая штаны.

— Я вроде как уже это сделала, — говорит она с ухмылкой.

— Моя мама проснется с минуты на минуту, так что я начну готовить завтрак для Боди. Еще я приготовлю тебе протеиновый коктейль.

— В этом нет необходимости. Я собираюсь сделать небольшую тренировку. Сегодня утром у меня занятия, но не раньше 11:00.

— У меня должна быть твоя мотивация. Ты тренируешься как спортсменка, — говорю я ей, вставая. Она садится, сбрасывает с себя одеяло и подходит к своему чемодану, на ней нет ничего, кроме футболки со вчерашнего вечера, которая напоминает мне обо всем, о чем я хотел с ней поговорить, чтобы вытащить ее из этого захудалого места. Она слишком хороша, чтобы работать там барменом.

— Это то, что помогает мне оставаться в здравом уме, — говорит она, наклоняясь, обнажая свою голую задницу и часть розовой киски.

— Эбигейл, черт возьми, — говорю я, подходя к ней сзади и прикладывая руку к заднице.

— Что? — Говорит она, вставая и оглядываясь на меня через плечо.

— Ты не можешь наклоняться с такой идеальной задницей и не ожидать, что я захочу тебя снова. — Я просовываю руки под ее футболку, и она стонет.

— Ну, нет такого правила, по которому нельзя трахнуться два быстрых раза. — Я чувствую, как ее грудь движется вверх и вниз, и я разворачиваю ее, прижимаясь губами к ее губам. Наши языки борются за доминирование, когда я поднимаю ее за задницу и отхожу назад, пока мы не упираемся в стену. Я ненадолго опускаю ее, чтобы стянуть штаны.

— Держись крепче, милая, — обхватив ее за попку, я приподнимаю ее обратно, когда она обхватывает меня ногами, и я резко вхожу в нее.

Она стонет от удовольствия. Я чувствую, как ее тугая киска растягивается вокруг моего члена, когда я медленно вхожу в нее. Она крепче сжимает мою шею, когда я вхожу в нее, трахая у стены. Чувствуя, как ее задница слегка покачивается при каждом толчке.

— Кольт. — Она задыхается.

— Да, детка?

— Презерватив.

Черт. Как я мог забыть? Я никогда не забываю. Неужели я настолько влюблен в эту девушку, что забыл завернуть свой член? Нахуй. Я завязываю. Парни делают это постоянно, и уверен, что она принимает противозачаточные. Может, спросить у нее?

— Мне это нужно? — Спрашиваю я после каждого толчка. Ее грудь прижимаются к моей, и ее тепло заставляет меня чувствовать себя таким возбужденным.

— Я чиста, — говорит она.

— И я... — Замолкая, я чувствую, как ее влагалище сжимается вокруг моего члена. — Черт. Эбигейл, твоя киска такая приятная.

— Не останавливайся, детка. — Я впервые слышу, как она называет меня детка, и мне вроде как нравится, как это звучит из ее уст.

Ее влага заставляет мой член входить и выходить еще быстрее. И я знаю, что больше не смогу сдерживаться.

— Детка, я собираюсь...

— Подожди, — обрывает она меня, спрыгивая с моего члена и опускаясь передо мной на колени.

— Я хочу попробовать тебя на вкус.

Должно быть, я умер и попал на небеса. Ей нравится глотать. Прошлой ночью, когда она взяла меня в рот, я был уверен, что ее сейчас вырвет. Я довольно большой, и она брала мой член целиком. Либо у нее нет рвотного рефлекса, либо она скрытая порнозвезда. От одной этой мысли я кончаю. Когда она высунула язык, и эта идеальная богиня стояла на коленях, я позволил своей разрядке вырваться на нее. Я стону, когда мои ягодицы напрягаются. Она вытирает уголок рта пальцем, облизывает его и смотрит на меня.

— Ммм. Похоже, мне все-таки не понадобится протеиновый коктейль.

По моему лицу струится пот, когда я смотрю на нее с блаженной улыбкой.

Когда я вернулся в дом, то вздохнул с облегчением: мамы на кухне еще не было. Я посмотрела на часы. Уже почти 9:30, а она, как ни странно, не проснулась.

Как только я решаю подняться наверх и проверить ее после того, как приготовлю завтрак, я слышу, как открывается входная дверь.

— Папа, — говорит Боди, как только я оборачиваюсь.

— Привет, приятель, — я выкладываю яйца на столешницу. — Что у тебя там? — спрашиваю я.

Боди идет ко мне с пакетом; у моей мамы еще один.

— Бабушка сводила меня позавтракать,