Мир проклятий и демонов - Микки Хост

Порой наивность Эйкена и вера в лучшее были столь сильны, что Магнус невольно поддавался им и забывал, что рассчитывать можно только на себя и людей, которым безоговорочно доверяешь.

– Как Пайпер? – тихо спросил Эйкен.

– Надеюсь, что отлично.

– Ты надеешься?..

– Я так и не навестил ее. Сначала был с тобой, потом мы писали Киллиану…

– Зачем? Что-то случилось?

– Я тебе потом расскажу. Для начала убедимся, что ты отлично стоишь на своих двоих… О, ракс! Да ты же сбежал от меня! Все, проверка пройдена. С таким стремлением тебе нужно ехать на Басоне.

Эйкен тихо прыснул от смеха.

– Он сбросит меня на первом же шагу и затопчет.

– Ну-у… – протянул рыцарь, изобразив глубокую задумчивость, – тогда придется ехать на Лепесточке.

– А он будет нервничать из-за теней.

– Элементали, что ж тебе все не нравится?

– Ты сказал, что не был у Пайпер, и я волнуюсь, – выпалил Эйкен, восприняв его вопрос со всей серьезностью. – Никто из целительниц ее не видел, я уже спрашивал. Гидр ведь хотел отравить именно ее, да? Я просто случайно выпил воду и… Что, если ей хуже? Почему ты ее не навестил?

– Потому что с ней Третий, – ответил Магнус так, будто это было очевидно.

Эйкен похлопал глазами и, вдруг покраснев, выдал:

– А…

Рыцарь насторожился.

– В чем дело?

– С ней точно все хорошо? – торопливо, почти глотая слова, уточнил мальчик. – Нам ведь сегодня отбывать в Тоноак, вдруг что…

– Думаю, Третий знает, что делать. Да и Дана говорила, что переживать не о чем.

– А я и не переживаю…

Эйкен залпом допил травяной чай, со стуком поставив глиняную чашу на стол, и уставился в пространство перед собой пустым взглядом.

– Я ничего не понимаю, – пробормотал он, шмыгнув носом. – Я опять был в том доме, видел людей, слышал их, но никак не мог понять, о чем они говорят, вот только… Они постоянно повторяли одно слово. «Сила». Это же не Сила Пайпер, правда?

Ответа на этот вопрос Магнус не знал, ведь сознание Эйкена – темное место, в котором даже он сам не мог отыскать правды.

– Мы можем спросить у Пайпер, – предложил рыцарь, обнадеживающе улыбаясь. – Она наверняка знает о Силе больше, чем мы.

– У Третьего, – с сомнением исправил Эйкен.

– Или у Третьего. Но сначала спросим у Пайпер. Готов поклясться, она по нам соскучилась.

Эйкен, немного подумав, закивал и соскочил с места.

– Как думаешь, завтрак в постель – это прекрасно или великолепно? – поднимаясь вслед за ним, стал рассуждать Магнус. – Золотце точно обрадуется, раз уж она не появилась в столовой и никто ее не видел.

– Я расскажу Третьему, что ты пытаешься ее соблазнить, – проворчал Эйкен, – и он тебя остановит.

Магнус вскинул руки, будто сдаваясь, и тихо рассмеялся.

– Поверь мне, я вовсе не хочу соблазнять Пайпер. А если бы и хотел, она бы сама меня остановила. Помнишь, как она недавно победила меня меньше, чем за пять минут?

– Какой успех… – пресно отозвался Эйкен.

Очевидно, он и впрямь плохо спал, иначе не был бы таким угрюмым и рассеянным.

Он дважды едва не уронил поднос, полный еды, успешно добытый у прелестной старушки на кухне, назвавшей Эйкена «чудесным мальчиком». Магнусу пришлось забрать его, чтобы быть уверенным, что ни еда, ни сам Эйкен не пострадают.

С каждым шагом, приближающим их к комнате Пайпер, рыцарь все лучше различал перемены, произошедшие с Эйкеном. Он сутулился, опускал голову, переводил взгляд с одного предмета на другой и нервно облизывал губы, периодически сглатывая, будто нуждался в воде. Тени беспокойно шевелились на левой половине его лица, сливались в пятна без очертаний и беззвучно шипели, рычали и скалились. Прежде Магнус никогда такого не видел.

– Эйкен…

Мальчик уже постучался дважды и сделал вид, будто не услышал обращения Магнуса, или действительно не услышал, поглощенный мыслями. Темные глаза Эйкена стали совсем стеклянными, а крохотные змеи, кольцами обвивавшие пальцы, показали острые клыки.

Он постучался еще раз, но, не получив ответа, беспомощно обернулся к Магнусу.

– Я надеюсь, – пробормотал рыцарь, передавая поднос Эйкену и протянув руку к двери, – что она просто крепко спит.

На всякий случай он постучался еще раз и, что было ожидаемо, не получил ответа. Тогда Магнус вдохнул, выдохнул и бесшумно приоткрыл дверь. Он осторожно заглянул в комнату и едва не выругался во весь голос. Сгоравший от нетерпения Эйкен просунулся поближе к рыцарю, юркнул под руку и застыл, уткнувшись макушкой ему под ребра. Магнус стал настойчиво выталкивать его назад, пока Эйкен удивленно, покраснев до кончиков ушей, пялился на спящих Пайпер и Третьего.

Рыцарь никогда прежде не видел, чтобы Третий, редко признававший важность сна, выглядел таким расслабленным. Он лежал, раскинув длинные руки и ноги в стороны, щекой прислонившись к взъерошенной макушке Пайпер, которая закинула ногу ему на бедра и обняла так крепко, будто хотела задушить.

Все было довольно прилично, но Эйкен, бормоча что-то о том, что ничего не видел, стрелой вылетел в коридор и утянул за собой Магнуса. Чудо, что поднос не оказался на полу.

– Выходит, Ингмар и впрямь был прав, – пробормотал рыцарь, аккуратно закрывая дверь. – Что ж, это многое объясняет…

– Ты не говорил, что Третий не просто присматривает за ней! – прошипел Эйкен, изо всех сил сжимая поднос.

– Успокойся, парень, они же не…

– Нет! – он сунул поднос Магнусу и быстро закрыл уши. – Ничего не хочу знать!

– Все равно узнаешь, когда станешь постарше. И лучше от меня, чем от кого-нибудь другого.

Эйкен свирепо уставился на него, все еще красный от смущения.

– Ну же, Эйкен, – изо всех сил пытаясь спрятать ядовитую улыбку, произнес Магнус. – Не будь таким ребенком.

– Я не ребенок!

– Только ребенок будет так реагировать на спящих в обнимку людей.

– Я! Не! Ребенок!

Магнус на секунду прикрыл глаза. Порой он забывал, как бывает сложно с детьми, и забывал, каким проблемным сам был в тринадцатилетнем возрасте, не соглашаясь со старшими даже там, где они были правы.

– Эйкен, – мягче повторил Магнус, – ты же не влюбился, правда?

Мальчик вздрогнул, и румянец, только начавший исчезать, вновь покрыл его лицо.

– Нет, конечно, – пробубнил он, не смотря на рыцаря. – Что за глупости?

– Правда? Ты мне не врешь?

– Не вру.

– Иными словами, если я предположу, что тебе приятно общество Золотца исключительно потому, что она притягательна по природе своей и умеет завоевывать всеобщее внимание, ты согласишься со мной?

Эйкен глупо похлопал глазами, сжав кулаки.

«Элементали, пошлите мне сил», – подумал Магнус.

Он много раз сталкивался с влюбленностью. Знал, насколько это окрыляющее и одновременно разрушительное чувство, потому что