Границы виртуальной любви - Сэм Андерсон

— Стоит ли мне заплатить официантам чаевые за то, что отправили тебя ко мне?

Я усмехнулась, разрывая поцелуй. Однако Элдан не был с этим согласен. Он прижался ко мне всем телом и раздвинул мои ноги коленом, надавливая на чувствительную точку. На этот раз вместо смеха с моих губ сорвался стон.

— Ты решилась на это, потому что была зла?

Я понимала, почему он спрашивал.

— Нет. Потому что захотела.

Элдан хмыкнул, провел своим носом по моей щеке и оставил несколько легких поцелуев на скуле. Я опустила руку чуть ниже и прикоснулась к оголенной коже у него на шее. Под моими пальцами запульсировала вена.

Эта сцена выглядела как одна из фантазий, которые я позволяла себе в университете. Тяжелое дыхание, долгие поцелуи, томительные взгляды, желание, блуждающее по телу.

Не в силах больше терпеть легкие прикосновения Элдана, я потянула его за волосы и нашла его губы. Наши языки сплелись, делая поцелуй еще более интимным и желанным. Правая рука Элдана опустилась ниже и прикоснулась к оголенной ноге.

Я прижалась к его бедру и дернула на себя, вынуждая Элдана опереться ладонью о стену рядом с моей головой. Так мы оказались еще ближе.

Колокольчики в последний раз зазвенели у меня над ухом, а потом затихли. Значит, игра приняла мой выбор.

— Это был твой ход? — спросил Элдан мне в губы.

Пока я переводила дыхание, он опустился ниже и принялся целовать шею и покусывать кожу ниже уха. Небо над нами окрасилось в оранжевый и розовые тона. Я услышала голоса с улицы и мельком глянула на дверь, которая перестала иметь для меня значение. Как и шанс попасться.

— Да.

Краем глаза я увидела, как Элдан улыбнулся. Его колено, которое по-прежнему находилось между моих ног, поднялось чуточку выше. Я откинула голову назад и закрыла глаза.

По коже побежали мурашки, когда Элдан приблизился к уху и прошептал сбившимся томным голосом:

— Тогда следующий ход мой.

Глава 28. Предательство

Правило любовной новеллы № 28:

испортив отношения с некоторыми

персонажами, вам будет сложно

исправить их снова

Барт аккуратно вел автомобиль по вечерним улицами Деонта, позволяя мне разглядывать украшенные фонарями улицы, заполненные рестораны и кафешки на площадях, и гуляющих прохожих, которые наслаждались закатными лучами солнца.

Этот день должен был стать переломным моментом в истории новеллы, но встречу Эльтерры перенесли на выходные, а сегодня организовали крупный благотворительный вечер, где соберется не только верхушка Деонта, но еще и гости города, готовые потратить несколько миллионов долларов.

Услышав от Колинна об изменении планов, я одновременно обрадовалась и расстроилась. По своему собственному опыту я знала, что было глупо оттягивать неизбежное.

Люди все равно узнают, что Шейлин Фридман вновь будет бороться за компанию, и чем раньше это произойдет — тем лучше.

Сегодня после завтрака я поднялась к себе и стала исследовать новостные статьи и любую информацию того времени, когда героиня отказалась быть наследницей. Мне было интересно, какого мнения придерживались тогда, и как люди могут отреагировать сейчас. А еще я гадала, как ко всему этому отнесется Люк.

Вынудив из головы обрывчатую информацию, я вспомнила, что кузен не особо стремился к управлению «Фиароса». Как и Томас.

Система наследования компании была непривычной и немного сложной.

Преимущество в первую очередь имели наследники действующего генерального директора. Так, в прошлом, дедушка Шейлин выбирал между двух кандидатов: Томаса и Колинна. Выбор пал на младшего сына.

Если бы у Шейлин был родной брат или сестра, уже Колинну пришлось бы выбирать, кого назначить наследником. В таком случае Люк мог рассчитывать на шанс занять пост директора компании только, если единственный претендент на это место откажется от наследства. Что и сделала Шейлин.

Как только ее отказ стал носить официальный характер, Колинн был вынужден назначить наследником Люка. Закон позволял Шейлин вернуться в строй, вот только в этот раз за компанию придется бороться.

С Люком.

Я считала, что это был честный подход, ведь кузен долгое время готовился, и подвинуть его в сторону только из-за моей прихоти было бы несправедливо. Однако мне не давал покоя тот факт, что Люк не предпринял никаких действий, когда его отец сообщил о неком плане и уверенности, что компания останется без наследницы.

Чем больше думала об этом, тем больше разочарования испытывала.

Я не зацикливалась на том, кому именно принадлежали эмоции, и просто использовала их, чтобы принимать решения. Мы с Люком были близки с самого детства, имели много секретов и постоянно поддерживали друг другу, но этого было недостаточно, чтобы я позволила ему или Томасу играть на моих слабостях.

Неуверенной Шейлин Фридман, которой вертели ради собственной выгоды, больше не было.

На ее место пришла Шейлин Картер — девушка, которая смогла выстоять против завистливых коллег и отвоевала себе высокую должность в компании.

Зафиксировав уверенность в своей голове, я посмотрела на Барта. Он молча вел автомобиль, периодически интересуясь у меня, все ли в порядке. Мы ехали к частному парку на юге Деонта, где устраивали встречу. Пришлось отказаться от предложения Колинна поехать с ним и Дженессой в одной машине. Я нуждалась в нескольких свободных минутах, чтобы перевести дух и набраться сил.

— В последнее время я тебя почти не видела.

Барт посмотрел на меня через зеркало заднего вида.

— Вам необходима моя помощь, госпожа?

— Нет. Но… Разве ты можешь быть рядом по своему желанию, а не потому, что мне нужна помощь?

Барт нахмурился и задумчиво уставился на дорогу. Видимо, Жаклин не учитывала, что игрок может призвать игрового помощника совершить действия, которые не входят в его программу.

— Вы начали принимать решения самостоятельно, основываясь на интуиции, — сказал Барт, когда за поворотом показался въезд в парк. — И пока что в игре нет информации, которую я должен вам донести. В моем присутствии сейчас нет нужды.

— А если я попрошу тебя все равно быть рядом чаще, чем следует, ты сделаешь это?

Похоже, даже сам Барт не понимал, входило ли подобное в его обязанности. Мне стало легче, когда он кивнул. И выходила я из машины без прежней тревожности.

— Готова? — спросил Колинн, подходя ближе.