Полночное венчание - Софи Уэстон

— Если вы ищете паспорт, то он здесь. — Он бросил на нее странный взгляд. Холли не заметила этого, она только с облегчением взяла маленькую книжечку паспорта. — Денег там не было, — предупредил Рамон. — Ключей тоже.

Холли заулыбалась и вытащила из кармана тоненькую пачку банкнот.

— Я никогда не беру с собой в клуб много денег. Ровно столько, чтобы хватило на побег. А ключи… — она потрясла рукой, так чтобы Рамон увидел браслет с прикрепленным к нему ключиком.

— Разумно. — Кажется, его что-то беспокоило; он огляделся по сторонам. — А где Джек?

Веселость Холли как рукой сняло.

— Ему позвонили. И он сказал, что у него работа.

Рамон застонал:

— Вот чем заменится и сегодняшний его сон. Пойду посмотрю, чем я могу помочь. — На мгновение он задержался, чтобы спросить: — С вами все в порядке?

— Абсолютно, — ответила она. На самом деле она просто обязана быть в порядке. — Э-э… полагаю, Бренден уже ушел к тому моменту, как вы пришли туда?

— А… Да, не думаю, что вам стоит беспокоиться. Похоже, что все в клубе на вашей стороне.

Рамон неловко помолчал. С Жильбером у него был весьма занятный разговор, и он еще не знал, что думать обо всем этом.

Холли взяла свою флейту, аккуратно уложила ее в футляр, захлопнула его и повернулась к Рамону:

— Спасибо вам большое.

Протянула ему руку. Рамон понял, что разговор окончен. Он неохотно взял ее руку.

— Я ничего не сделал. Это Джека вам надо благодарить.

— Вас обоих, — заключила Холли. — Я очень вам благодарна, честное слово.

Рамон подумал, что скажет Джек, если она уйдет вот так.

— Вы ведь остаетесь?

— Нет, — коротко ответила она.

— Думаю, Джек ожидал…

— Да, мы уже поговорили об этом. Он знает, что я еду домой. — Рамон выглядел таким встревоженным, что Холли смягчилась: — Вы и мистер Армор так много сделали для меня, что я не могу дольше злоупотреблять вашей добротой. Бренден — моя головная боль, и я сама должна разобраться с этим.

— Ушла?!

Дежурный извиняющимся тоном пробормотал:

— Меня не было вчера вечером, когда она ушла… но…

— Вчера вечером? — Джек резко повернулся к Рамону. — Ты знал об этом?

Рамон никогда не видел, чтобы Джек так терял контроль над собой. Даже сквозь загар было видно, как он побледнел. На подбородке задергался мускул.

Рамон нерешительно переминался с ноги на ногу.

— Она просила поблагодарить тебя.

Глаза Джека сузились. Рамону казалось, будто ему под рубашку вылили стакан ледяной воды. Сжав губы, Джек снова обернулся к дежурному:

— Она, наверное, оставила записку.

Дежурный принялся просматривать ячейки. Рамон тронул Джека за рукав:

— Я же сказал: она попросила передать тебе благодарность. Так как ты работал, она не хотела тебя беспокоить.

— Значит, она сбежала, — угрюмо пробормотал он. — Похоже, у нее это уже вошло в привычку. Ну что ж, по крайней мере у нас одной заботой меньше. — Лицо Джека приняло то каменное выражение, которое было знакомо Рамону.

Он вздохнул; видимо, пора было поделиться новостями.

— Послушай, Джек, — сказал он, — она нас дурачила. Тот парень, хозяин клуба, сказал, что она прячется от мужа.

Джек молча смотрел на него.

— И судя по всему, этот Бренден никакой ей не зять. Скорее всего, он и есть ее муж, — с нажимом повторил Рамон. — Ты же не хочешь оказаться между мужем и женой, ведь так?

Он не добавил «снова». В этом не было необходимости. Темные глаза смотрели так, как будто его вовсе не видели.

— Она боялась, — как будто самому себе сказал Джек.

— Она сказала, что боится, — не уступал Рамон. — Джек, что за черт? Я заглянул в футляр ее флейты. Ее зовут вовсе не Холли Дент.

Это наконец возымело действие. Темные глаза сверкнули.

— А как? — спросил Джек. — Сегру?

Н-нет, смущенный таким напором, пробормотал Рамон. — Я не запомнил, честно говоря, да и не пытался.

— Слишком торопился выставить ее за дверь, — сказал Джек, его губы побелели.

Рамон возмутился:

— Это не так. Я сказал ей, что она может остаться, но она, как ты уже слышал, предпочла уйти. Ну хорошо, меня это не огорчило. Но я не уговаривал ее уйти. И не выталкивал за дверь.

Джек мял в пальцах листы бумаги.

— Я не верю, что она замужем, — сказал он наконец.

— Прежде чем уйти, она сказала, что Бренден — ее проблема и что она сама решит ее. Она не хочет, чтобы ты вмешивался.

Повисла минутная тишина. Потом Джек издал короткий смешок.

— Все в порядке, Рамон. Я все понял. Холли Дент моя помощь не требуется. Я больше не на крючке.

Рамон мысленно вознес благодарность небесам.

Холли провела ужасную ночь. Ее преследовал образ смуглого мужчины с высокими скулами и непроницаемым взглядом. К утру ее глаза казались еще больше, чем обычно, а лицо было белее мела. Даже вечно занятой Пьер заметил это.

— Неважно выглядишь, — сказал он участливо. — Твой приятель все-таки до тебя добрался? — Пьер приходился кузеном Жильберу, он-то и помог ей устроиться на работу в клуб «Таис».

Холли завязывала на спине тесемки фартука. Сердито вскинула голову:

— Он мне не приятель.

Пьер, продолжая работать, вопросительно поднял брови:

— Так он действительно тебе муж? Я думал, это история исключительно для любопытства Жильбера.

— А, — понимающе сказала она, — ты имеешь в виду Брендена.

Руки Пьера замерли.

— А что — есть кто-то еще? И все-таки ты отделалась вчера вечером от мсье Брендена?

— Пока что да.

— Остальных я предупредил. Если этот тип снова заявится, они ничего ему не скажут. Будут впредь осторожнее.

— Спасибо, — ответила Холли.

Однако она хорошо понимала, что Бренден рано или поздно снова разыщет ее. Так уже было — и в Барселоне, и в Дублине. Не было причин надеяться, что в Париже все будет иначе. Просто ей придется уехать отсюда, и как можно скорее.

Об этом она сообщила Пьеру, когда они остались одни на кухне.

— Мне очень жаль. Конечно, я не уеду сию минуту. Но хорошо будет, если ты к концу недели найдешь кого-нибудь на мое место.

Брови молодого шеф-повара поднялись.

— Так скоро? Собралась с кем-то уехать?

Холли печально покачала головой.