Босс для подруги - Кира Фокс

Ровно через час Валентина заходит, даже не стучась, явно давая понять, что теперь она здесь хозяйка.

— Ну что, ты готова? — нетерпеливо спрашивает она.

Молча киваю, забираю сумку и коробку с вещами и выхожу. В закутке, на который я вынуждена променять отдельный кабинет, меня уже ждут.

— Наталья, рад вас видеть! — приветствует меня временно нынешний начальник.

— Не могу ответить взаимностью, — мрачно произношу, ставя коробку на стул. — Добились-таки своего.

— Просто бескорыстно помог вам избавиться от дополнительной нагрузки. Чисто подружески.

— По-дружески?!

— Ну, конечно! — широко улыбается бородатый. — Вы ведь подруга Светланы.

— Действительно… И теперь благодаря этому факту буду вынуждена прозябать на задворках, — бормочу под нос.

— Иногда все оказывается совсем не так, как выглядит, — вдруг совсем другим тоном произносит Матвей.

Поднимаю на него глаза и натыкаюсь на очень серьезный взгляд. Теперь на его лице нет ни следа улыбки. Он внимательно смотрит на меня, словно чего-то ждет.

— Пока мне все видится вполне определенно, — качаю головой. Да и правда — что здесь может быть не так? Меня отправили развлекать заезжего аудитора, отдали мой кабинет той, что и обычный отчет не способна сделать.

— Время покажет, — выдает начальник философскую мысль, а затем продолжает: — А пока у нас много работы, Наталья. Список необходимых мне документов отправил вам на почту. — После чего он скрывается за дверью своей части кабинета.

Сажусь за стол и откидываюсь на спинку кресла. Где я свернула не туда, что Вселенная меня так наказывает? Однако особенно прохлаждаться некогда — уверена, босс придумал сто и одно поручение, чтобы по-дружески разнообразить мою работу. Вздыхаю и включаю компьютер, чтобы проверить рабочую почту.

На удивление Волошин оказывается вовсе не самодуром. Судя по тому, что он просит ему подготовить и занести, он и правда занимается делом, а не просто просиживает оплаченное время. И когда уже в конце рабочего дня я захожу, чтобы уточнить, могу ли уходить, застаю его внимательно читающим какой-то отчет: на носу небольшие очки, которые боссу к лицу, а взгляд такой сосредоточенный, будто он решает проблему глобального потепления.

— Матвей Сергеевич, — обращаюсь к нему.

— Что? — отрывается, поднимая на меня взгляд. Он, кажется, и правда устал. — Вы что-то хотели?

— Да, домой. Еще что-то нужно? Я собираюсь уходить.

— Нет, спасибо, — отрицательно мотает головой и снова углубляется в чтение.

Честно говоря, я ожидала какого-то подвоха. Но похоже, ему реально не до меня — уж больно серьезный у него вид. А мне это только на руку, поэтому быстро собираюсь и покидаю офис.

Только дома, разогревая ужин, ловлю себя на мысли, что за сегодня устала куда меньше, чем за обычный день с Косариным. Но списываю это на то, что все дело в уровне ответственности и характере работы. С Василием Николаевичем все время нужно быть в тонусе — все-таки у заместителя директора постоянно и встречи с потенциальными инвесторами, и проверки начальников отделов, и совещания с главбухом. Да много всего. С Волошиным ничего этого нет. Плюс я просто устала после прошлой недели. Вот и все.

В таком режиме проходят еще два дня — Матвей не загружает поручениями сверх нормы, не просит оставаться после работы. И больше ни разу не заводит разговор про помощь с подругой. Которая, кстати, тоже молчит все эти дни. Может, у них все налаживается?

Хотя будь это так, Света уже похвасталась бы. Видимо, претворяет в жизнь очередной этап своего чудо-алгоритма…

Вечером в среду мне снова везет — становлюсь свидетелем интересного разговора, происходящего в женском туалете между двумя девчонками из договорного отдела. Я уже собралась выходить из кабинки, когда слышу их и буквально застываю на месте:

— Представляешь, а Валька-то Кормакова добилась своего, — говорит одна из них.

— Да ладно? Все-таки перевелась к Косарину? — ахает вторая.

— Ну да. Подсидела-таки эту, которая с ним уже пару лет как работает.

— Думаешь, надолго?

— Уверена. Валька по секрету сказала, что у нее с ним все на мази.

— Да ладно?! Все-таки забралась к нему в штаны?

— Тише, ты не ори, — шикает первая. — Если что — я тебе ничего не говорила. Но похоже, что да.

Разговор затихает, а я так и стою, прислонившись к двери. Неужели это правда? Василий Николаевич всегда производил на меня впечатление очень порядочного мужчины. Да я с его женой и детьми знакома! Как такое возможно? В состоянии шока дохожу до своего места и на автомате выключаю компьютер.

— О, Наталья! — появляется из кабинета Волошин, — хорошо, что не ушли. Вы мне очень нужны.

— Что? — тупо переспрашиваю я, потому что у меня в ушах все еще звенят те слова девчонок про Валю и Косарина. Неужели все так и есть? Они ведь могли и наврать, правда?

— Ау, Наталья, — хмурится дровосек, — вы меня слушаете?

— Да, простите, — моргаю я. — Что нужно-то?

— Вы ведь давно работаете с Василием Николаевичем?

— Пару лет уже.

— Отлично. Значит, поможете рассортировать договора, отданные субподрядчикам за это время.

— Сегодня? — уточняю я, бросая взгляд на часы.

— Ох, черт. Уже семь, — спохватывается мужчина. — Нет, можно завтра. Но с самого утра.

— Хорошо, займусь.

Он уходит, а я продолжаю машинально собираться домой и раз за разом прокручивать подслушанный разговор. Неужели и правда мой бывший начальник променял меня на Валентину, чтобы приблизить к себе любовницу? Вообще я никогда не была ханжой. И подобные романы не осуждала, справедливо считая, что у каждого своя голова на плечах. И если кому-то совесть позволяет изменять, то это проблема его внутренних ориентиров. Ну и его семьи, конечно. Хотя многие считают, что от хорошей жены муж гулять не будет, я все же придерживаюсь иной позиции в этом вопросе. Измена для меня — это табу, потому как прежде всего это неуважение к своему же выбору. И это мерзко, как по мне.