Единственный (СИ) - Диана Андерсон

была слишком измотанной и злой, чтобы интересоваться этим вопросом и когда вернулась домой на такси, было уже далеко за полночь. А ведь я собиралась весь завтрашний день провести с сыном. Мэтт сидел на диване, в мятой, расстёгнутой до середины рубашке и пил виски. Так же, как и всегда, таким образом снимая стресс.

— Мерзавец, — прошипела я сквозь зубы.

Поднявшись на второй этаж, я осторожно направилась в комнату Лекса. Мой милый ребёнок мирно спал, как всегда уткнувшись в подушку.

— Моя зайка, — тихо прошептала я, гладя его по волосам. Поцеловав сына в макушку, я вышла из комнаты, моля всех богов о том, чтобы наш разговор с мужем не перетёк в скандал.

— Предлагаю выйти в патио на заднем дворе, чтобы не разбудить сына, — сдерживая свой гнев в узде, я скрестила руки на груди. — Нам нужно поговорить.

Мэтт ядовито фыркнул, будто ждал этого момента.

— Все, что хочешь сказать, говори здесь, — он не сдвинулся с места.

— Что ты устроил на вечере? — прыснула я, прожигая его взглядом. Вероятно, чтобы разозлить меня еще сильнее, муж встал с дивана и со скоростью улитки двинулся в мою сторону.

— Хотел заплатить за возможность трахнуть собственную жену в её день рождения! Нельзя?

И я незамедлительно влепила ему пощечину. Он прикрыл глаза от удара, а затем прищурившись, злобно двинулся на меня.

— То есть вот как ты рассуждаешь? Как ты посмел осквернить наш фонд?

Мэтт злобно оскалился.

— Ты не мог подумать о том, что кто-то даст за это свидание больше, чем ты?! — яростно выплюнула слова ему в лицо. — Что ты так опозоришь меня?!

— В любом случае, никуда ты не пойдешь! — зарычал он, хватая меня за запястья.

Вырвав свои руки из его оков, я отшатнулась. Хотелось придушить урода, но я бы физически не смогла этого сделать. И да, я думала о сыне, тихо спящем на втором этаже.

— Не тебе решать, — отрезала я сквозь зубы. Это была слишком огромная сумма, а необоснованная ревность Мэтта могла только опорочить имя фонда.

— Еще как мне! У меня есть право, я — твой муж!

— Ты потерял это право уже очень давно, — добавила тихо, направляясь к себе в комнату. Надеюсь, у него хватило бы ума не идти за мной и остаться в гостиной. — Это большие деньги, и они пойдут на благие цели. Уверена, что человек, решившийся на такое пожертвование — не мерзавец, у которого одна грязь на уме.

— Я изголодался по тебе, ты же держишь меня на голодном пайке, — часто дыша, прошептал он, хватая меня за руку и пригвождая к стене в гостиной. Он очертил пальцем контуры моего лица, а затем наклонился для поцелуя. Я сразу же отвернулась.

— Твоя личная жизнь от этого не страдает, — прошипела я ему в лицо, и Мэтт немного отстранился.

— Это ты во всем виновата… — зарычал он. Невольно поморщилась от запаха алкоголя вблизи себя, но виду не подала.

— Делай что хочешь, меня это не волнует, — тихо ответила я. — Трахайся с кем угодно, главное — не приводи больше своих шлюх в мою спальню, когда ребенок в соседней комнате делает уроки, — добавила равнодушно.

Это стало последней каплей, после которой я окончательно решила покончить с этим брачным фарсом. Общество навязывает мне стереотип о том, что у ребенка должен быть отец, иначе я бы давно ушла от Мэтта. Лучше пусть у Лекса вообще не будет отца, чем такой, которого заботит только собственное эго.

— Ты…, — муж навис надо мной всем телом. — Во всем виновата только ты… — злобно повторил он. — Ты виновата в том, что я сплю с другими…

— Мне все равно, — отчеканила я ровным, спокойным тоном, подавляя в себе паническую атаку.

— Фригидная сука! — закричал он, ударяя рукой по стене над моей головой.

Спустя несколько минут, наконец успокоившись, Мэтт окончательно отстранился, поняв, что спорить со мной бесполезно.

Глава 3

Брэндон

Выходной я проводил дома. Будильник мною не ставился ещё со времён университета — по привычке я до сих пор встаю рано. На часах ровно десять, а я уже почти закончил отвечать на важные письма по электронной почте и просмотрел отчёты отделов.

— Да, слушаю, — ответил на звонок. Мой секретарь и помощник Майерс всегда по первому же зову беспрекословно исполнял все мои поручения независимо от времени суток.

— Деньги как вы и просили уже переведены на счет фонда, — сказал он. Сглотнув ком, образовавшийся в горле, я бессознательно кивнул.

— Хорошо, — сделал глоток пустого, чёрного кофе.

Привычная утренняя рутина стала ритуалом: я каждый день вставал в пять тридцать, тренировался в спортзале рядом с домом, а затем неспешно готовил себе чёрный кофе. Далее просматривал ежедневные сводки, проверял почту и собирался в офис. Все как по накатанной дорожке, за единственным исключением — в командировках, как эта, тренажерный зал сменялся утренней пробежкой.

— Мистер Хартер, — раздалось в трубке. — У вас сегодня свидание. В восемь вечера.

— Отмени, — невольно вздрогнул, переставая смотреть в монитор ноутбука. Взгляд еще с вечера замылен, поэтому я растёр глаза. — Отправь самый большой букет и извинись перед дамой. Подробный текст с тем, что нужно сказать, сейчас отправлю по почте.

— Как это? — голос собеседника взволнованный. — Вы уверены?

— Это не обсуждается, — и я положил трубку. Набрав текст и нажав на кнопку