Единственное желание. Книга 4 - Надежда Черпинская

– Мы сделаем всё, чтобы помочь, – сказал с поклоном тот «сын неба», что кричал больше всех и прежде готов был вцепиться в горло Крису. – Какие бы разногласия не стояли между нами, пришло время о них забыть. Простите нашу горячность! Я – Балиад, Старший этого рода. И я приглашаю вас стать нашими почётными гостями. Мои воины проводят вас до границы наших земель, когда вы пожелаете. А если нужно, то мы пойдём с вами и дальше, до Энлисгорта, и примем бой с «сыном тьмы».

– Благодарим вас, милорд Балиад! – степенно отозвался Далард. – Но дело наше – тайное, его не осуществить с большим войском. В столицу пробраться твои воины нам вряд ли помогут…

– Может, ты и прав, – кивнул предводитель лэфиарнов. – Но уж от помощи нашей здесь, на окраине вифрийских лесов, не отказывайтесь! Звёзды нам благоволят, их сила не станет для вас лишней.

– Мы примем помощь, – кивнула Кристайллина. – Мы благодарны, Старший!

– Много воинов – это не всегда хорошее войско. Но один хороший воин – это всегда хорошо. Я пойду с вами. Я сумею быть полезной, – вдруг тихо проронила Льюна.

Настя видела, как встрепенулся при этих словах Кристайл, но лэфиарни не дала ему возможности заспорить. Она вновь заговорила, тихо и торопливо, глядя в глаза племянницы.

– Я прошу тебя позволить мне это сделать! Я не заслуживаю милосердия, не заслуживаю твоего прощения. Но у тебя доброе сердце, девочка, потому прошу я об этом снисхождении. Если уж судьба позволила нам встретиться, стало быть, это нужно Небесам зачем-то. В тебе огромная сила, но ты пока не умеешь с ней совладать. Я постараюсь научить тебя, если ты мне дашь шанс.

Тайлли задумчиво молчала, не торопясь ответить.

– С тех пор, как Сарисса… – Льюна запнулась, продолжила с трудом: – Каждый день и каждую ночь я смотрю в небеса, и мне чудится её лицо и в солнечных лучах, и узорах облаков. Я думаю, может быть, вон та далёкая звёздочка – это она, моя сестрёнка, моя серебряная искорка, моя Сарисса. Каждый день я думаю о ней и о том, что я натворила. Каждый день я молю её простить меня! Каждый день взываю я к Великой Матери и прошу дать мне возможность искупления. Я не могу вернуть её тебе. Поверь, если бы я могла отдать свою жизнь ради того, чтобы она вернулась, я бы пала на колени и воззвала: «Убей меня, Великий Небесный! Сожги меня в лучах Света Жизни! Но пусть она живёт, пусть только живёт!» Но я не могу вернуть её тебе, девочка! Не могу! Я не умоляю тебя простить меня. Я знаю, что это невозможно. Я лишь прошу позволить мне быть рядом…

Тайлли вздохнула глубоко, бросила мимолётный взгляд на будто онемевшего Хозяина, и тихо произнесла:

– Я принимаю твою помощь, Льюна. Все мы принимаем. Эши права – не время сейчас для распрей и обид. И ещё… Я не обещаю, что смогу тебя простить. Это всё слишком тяжело. Но… я постараюсь.

***

5 Перепутье

Промелькнёт, как беда, ухмылка,

Разведёт навсегда развилка…

Где же нужные слова,

Кто же первый их найдёт?

Я опять прозевал переход.

Владимир Высоцкий

Вифрия оказалась землёй на удивление протяжённой и обширной.

Или это они стали передвигаться слишком медленно?

Во-первых, пути теперь пролегали по абсолютному бездорожью. Во-вторых, с тех пор как они лишились лошадей, надеяться оставалось только на собственные ноги.

Дорог Кайл избегал намеренно. Если они, в принципе, здесь были.

Пока блуждали по лесам, Насте стало казаться, что в мире никого не осталось, а города, селения и дороги приснились ей когда-то давно и в реальности не существовали.

Если бы не сопровождение «детей неба», пожалуй, бродить им и бродить по этим чащобам бесконечно. А так где-то в недельку уложились…

Несмотря на проявленное лэгиарнами гостеприимство, Кайл заторопил всех в путь, едва его перестало шатать, как пьяного. Если припомнить точно, то уже на второй день.

За это время, к счастью, никаких личных и межрасовых конфликтов больше не вспыхивало. Чему Настя несказанно радовалась. Потому что ей уже порядком надоело то и дело кого-нибудь спасать и разнимать.

Балиад, как и обещал, выделил гостям для охраны почётный эскорт: бравый отряд суровых воинов, что и провёл их запутанными лесными тропами до самых окраин обитаемых земель.

Но и здесь путники продолжали держаться в стороне от поселений, трактов и постоялых дворов. Ведь стоило кому-то заподозрить в них южан, и вся миссия по спасению Долины Ветров оказалась бы под угрозой срыва. Потому, несмотря на заверения в лояльности вифрийцев, Северянин предпочитал избегать ненужного риска.

Особенно после того случая, когда они всё-таки столкнулись с местными. Вышло это непреднамеренно.

Под вечер ручей, вдоль которого шли, вынырнул к возделанному полю и плетёному тыну. В кустистых зарослях скрывался довольно приличный дом, а дальше – какие-то хозяйственные постройки.

Набрести в глуши на этот затерянный хуторок оказалось столь неожиданно, что на пару мгновений все растерялись и не успели нырнуть в лес достаточно быстро.

Откуда-то тотчас вылетел остервенело лающий пёс, весьма грозного вида, а следом за ним – парочка не менее грозных дивчин. Не лающих, но с вилами наперевес.

И, вопреки всем заверениям о дружелюбии здешних поселенцев, гостеприимными эти дамы совсем не выглядели. Они замерли в боевой стойке, исподлобья взирая на чужаков, покуда их лохматый защитник описывал круги, свирепо щелкая зубами.

– Тише, тише! Мы – не разбойники, славные эрры, – полукровка, оказавшийся впереди, медленно поднял руки.

– Все так говорят! – хмыкнула женщина постарше, не спуская чёрных глаз с Северянина.

– Ага, – поддержала её другая – пожалуй, дочь или младшая сестра. – Ещё ни один не сказал: «Я – лиходей и сволочь, пришёл убивать и грабить». Да только веры вам нет!

– Небесами клянусь, никто вас не тронет! – твёрдо произнёс Кайл. – Позвольте, мы просто своей дорогой пойдём!

– Заплутали мы… – поддержал его Наир.

Хуторянки переглянулись.

– И куда ж это вы шли, мимо нашего-то дома? – продолжала хмуриться старшая, пока вторая шикнула на пса, так и не замолкавшего всё это время.