Вредина для мажора - Ники Сью

– Без проблем, – тучная женщина в синем фартуке любезно улыбается мне, зевая. Видимо смена у нее ночная – выглядит больно устало.

– Тогда можно, пожалуйста, вот эти азиатские. А еще у вас зарядки случайно на телефон не найдется?

– Хорошо. А зарядки нет, детонька.

Продавец ставит чайник, а я тем временем разбираюсь с ведрами, к которым приклеены палочки. Иногда поглядываю в окно, но Рома все еще там. Не ушел. А ведь мог бы. Да и я могла бы не брать на него порцию. Что за странные отношения у нас. Стоп. Чего это я объединила его и себя в волшебное «мы».

Через три минуты женщина заливает кипяток в тарелки с лапшой и помогает вынести их на улицу.

– Что это? – удивленно рассматривает Роман красные миски с палочками в белой упаковке.

– Я тоже не пробовала такое, но в корейских сериалах они частенько едят. Уверена, должно быть вкусно.

– Это же… обычный бичпакет, – кривится он.

– Не делай такое лицо, будто таракана увидел. Сначала попробуй, а потом оценивай!

– Я не буду это есть, – отмахивается Рома.

– Какие мы нежные, – хмыкаю. Пододвигаю к себе завтрак, открываю крышечку и вдыхаю запах. Химия, но желудок тут же озаряется желанием попробовать на вкус.

– И? – спрашивает Роман, наблюдая за тем, как я втягиваю длинную лапшу.

– Очаань вкушно, – говорю с набитым ртом.

– Реально? – Не верит явно. Богатым смертных не понять. Я все детство провела на таких супчиках, иногда со школы шла и тайно покупала в магазинчике. Хотелось пообедать чем-то неправильным. А мама потом ругалась. Правда то были наши отечественные за три копейки Анакомы, не вот эта дорогущая тарелочка с корейскими буквами.

– Ты никогда не ел такую еду?

– Никогда, да и зачем?

– Тогда мне больше дост…

– Ну уж нет! – решительно заявляет Рома, двигая к себе порцию лапши.

Опускаю палочки в тарелку, старательно разглядывая парня рядом. Черт, в профиль он тоже очень даже ничего. Острые скулы, пухлые губы, ровный нос – мечта фотографа. И откуда такие только берутся. Осенний ветерок треплет его короткие темные волосы, и мне вдруг тоже хочется потрепать их. Интересно, они жесткие или мягкие.

– Ну… как? – жду реакции. Почему-то хочется услышать положительный вердикт.

– Ну… – тянет он. – Даже не ожидал, что будет вкусно.

– Видишь, азиаты плохому не научат! – хмыкаю, довольная собой.

– Зато ты точно можешь научить плохому, – усмехается он.

– Говорит человек, который обливает девушек на навороченной тачке.

– Опять старая песня о главном, – Рома поворачивает ко мне голову, я тоже в этот момент смотрю на него.

– Что? – сглатываю, потому что этот парень нагло проходится непристойно красивыми глазами по моему лицу.

– Да нет, ничего, – пожимает он плечами.

Остаток завтрака проходит в тишине. Вернее под песенки птичек, которые буквально в двух метрах устроили живой концерт. Осеннее солнышко сладко припекает голову и плечи. И я ловлю себя на мысли, что это не самое плохое утро, и не самая плохая ночь в моей жизни. А еще вероятно, что Рома не самый плохой богатый мальчик.

Ехать до города решаем тоже неожиданно вместе. По крайне мере, до центра. Хорошо, хоть остановка рядом. Да и автобус не заставил себя долго ждать. Старенький, серый, с пыльными окнами и проколотыми сидениями.

Заходим в салон и усаживаемся в самый конец. Роман хмурится, едва не затыкая нос. Кресла его тоже смущают, грязные ведь.

– Я постою, – сообщает он. Но когда автобус резко тормозит и Рома чуть не падает к моим ногам, быстро меняет точку зрению. Все же садится рядом.

– Ты никогда не ездил на общественном транспорте?

Мы едем по пустым улочкам. Я рассматриваю пейзажи, а Роман нервно дергает ногой, пытаясь явно не сойти с ума от жизни простых обывателей.

– На «таких», нет.

– Из какого ты вообще века?

– Мне кажется, что их нужно сдать в утиль. Это ж не автобус, а сплошная вонючка, – продолжает бурчать представитель золотой элиты.

– Ну… это уже от нас не зависит, – грустно признаю реальность. – Думаешь, людям нравится в таких кататься? А в час-пик? Приятного мало. Но выбирать не приходится. Так что терпи.

– Можно же ездить на такси, – заявляет он вполне уверенно.

– У некоторых зарплата как твой завтрак, какое такси? Ты живешь в вакуумном мирке и не видишь, что происходит вокруг.

– Что еще можешь сказать обо мне, Катерина? – его взгляд меняется, словно обрастая колючками.

Однако ответить я не успеваю. Автобус тормозит и в салон заходит тучная женщина с двумя большими сумками в клеточку. Мама такие называла мешок-толчок. Во времена моего детства, именно в них забивали продукты на рынках.

Дама кое-как протискивается и почему-то выбирает место рядом с нами, вернее рядом с Ромой. Плюхается, поднимая гору пыли. А еще от нее знатно несет известно сладким парфюмом, которым любят душиться бабушки.

– Что это? – Роман наклоняется ко мне и шепчет на ушко. Его горячее дыхание обжигает шею, от чего я невольно смущаюсь.

– Где?

– Рядом со мной.

– Твоя будущая жена, – с каменным лицом отвечаю, пытаясь отодвинуться. Однако этот умник шутку, кажется, не заценил. Цокнул громко, скрестив руки на груди. Зато тетка заулыбалась. А глазки ее как загорелись, то и дело поглядывала на парня.

Что ж! Отдаю должное – ездить в автобусе с Ромой забавно. Каждую его реакцию можно снимать и выкладывать в тиктоке, он бы покорил медиа. Хотя уверена, что у богатого мальчика итак нет проблем с вниманием и популярностью.

До конечной остановки доезжаем молча. Выходим последними. Я бы выскочила первой, но Рома не дает. Ему, видите ли, не хочется толкаться, поэтому сидим еще минут пять. И только после покидаем душный салон.

На рынке, а именно сюда привез нас транспорт, оглядываемся. Я думаю, куда ехать: домой или на пары. Уже планирую махнуть водителю «двойки», как Роман дергает меня за локоть.

– Где здесь можно купить мобильник и симку?

– Ну… – вздыхаю задумчиво. – Вон там точно, и вон там. Выбирай любой салон. А мне пора вообще-то уже.

– Отлично. – Он резко разворачивается и, не говоря ни слова,