Тихоня для бабника - Ольга Корк

К пятнице у нас выработался некий график: утром я приходила, когда дети уже позавтракали, и мы уходили на прогулку во двор. Затем у нас был час полезных занятий: с Киром нужно было заниматься подготовкой к школе, раз уж он пропускает занятия с педагогом, с Кристиной обязательно порисовать или учить новые для нее слова. Потом обед, сон, во время которого успевала приготовить нехитрый ужин для всего семейства, снова прогулка и уже активные игры до самого моего ухода. Вот тут мы отрывались. И танцы, и прятки, догонялки, сказки, песни и дальше по списку. Кажется, Сергей смирился, что целый день дети не могут вести себя образцово-показательно и им нужно сбрасывать энергию. Зато после моего ухода ему оставалось только искупать малышей, и можно было дать им посмотреть мультики перед сном. В субботу у меня должен был быть короткий день: всего-то до двух часов дня, а потом вроде как выходные.

— Улька, — кричала мне в трубку Карина днем в субботу, — пошли вечером в клуб!

— Карин, какой клуб, я еще на работе.

Маленькие чертята, слышавшие мой разговор, начали скакать вокруг меня, повторяя на все лады:

— Клуб, клуб, клу-уб, к-к-клуб…

— Сейчас уши бантиком завяжу вам, — состроила "страшную" моську и рыкнула в сторону детей. Те в ответ только громче рассмеялись. — Карин, ты еще тут?

— Ага, слушаю, как ты весело проводишь время с монстрами, ты вообще в курсе, что они нянь терпеть не могут?

— Нет, меня забыли предупредить об этом.

Новость оказалась странной. Да, непоседы, да, не всегда слушаются и капризничают, но чтобы эти дети изводили нянь? Нет, Каринка преувеличивает.

— Уль, ну пошли в клуб, тебе нужно отдохнуть и развеяться!

— Карин, у меня мама, ты же знаешь…

— Ну, тетя Оксана, я думаю, меня поддержит, Улях, тебе всего двадцать пять, а ты последние три года вообще никуда не выбираешься!

— Да кто тебе сказал? — возмущение было наигранным, потому как я действительно забыла, что такое развлечения, постоянный страх за здоровье мамы не отпускал ни на секунду.

— Ой, а чего там говорить, сама же рассказывала, как хватаешься за любую подработку. Да ты даже полы мыла, Уль! Узнай дядь Костя об этом…

— Папа уже ничего не узнает, — перебила старую знакомую, — а я живу так, как считаю нужным мне.

— Да, я понимаю, ты за маму волнуешься, но себя-то хоронить не надо, ты ж еще молодая, тебе свою жизнь устраивать нужно!

Раздав малышам карандаши, отправилась на кухню греть обед, продолжая неприятный для себя разговор:

— Вот маму вылечу и устрою свою жизнь.

— Уля, да кому ты нужна будешь потом, с годами только мужики умнеют, а мы, девушки, если не тратим кучу денег на косметологов, только обрастаем морщинами, а на пятки нам наступают молодые хищницы. Тебе бы любовника богатенького найти. И для здоровья полезно и с финансами попроще.

— Карина!

— Ой, ну тебя, принципиальная, я же не предлагаю под любого ложиться. А-а, о чем с тобой говорить, не твой это вариант, тебе же любовь подавай. Кстати! В клубе сегодня будет Доронин, Уль, идем, а? Я ему про тебя рассказала, он привет тебе передавал. Хоть пообщаемся как раньше старой компанией.

Карина знала, на что меня поймать. Женька Доронин был моей первой, да, наверное, и единственной любовью. Еще подростком я влюбилась в высокого блондина на три года старше себя. Улыбчивый, обаятельный, по нему вздыхали все девчонки во дворе, а я больше всех.

— Женя? — сердце сделало кульбит и сладко замерло.

— Женя, пф, уже целый Евгений Иванович, директор какого-то там по счету папиного магазина. Короче, он все такой же, только теперь еще и важный как не знаю кто. Пойдем в клуб, сама пообщаешься.

— Карин, я не буду обещать, сначала домой к маме и вот если она себя нормально сегодня чувствует, тогда подумаю.

— Не подумаю, а поеду, Уль, никаких отговорок, если с Оксаной Сергеевной все нормально, поняла меня?

— Я подумаю. Ты как была рыбкой-прилипалой, так ею и осталась.

— Отстань. Все, позвоню вечером!

Скинув звонок, Каринка отключилась, а я снова окунулась в работу. Маленькие разбойники не прощали, если я долго не играла с ними.

* * *

Мама, услышав о приглашении Карины, радостно закивала головой.

— Уляш, вот и сходи! Скоро совсем плесенью покроешься.

— Мам, да я…

— Да ты у меня из дома не вылезаешь, все работа, работа, работа. Хоть на этой неделе без задержек бесконечных обошлось, — слова мамы напомнили о моем обмане и заставили покраснеть, — вот и сходи, развейся, ничего со мной за одну ночь не случится!

— Мам, да я отказаться хотела. Посидели бы с тобой, тортик испекли, кино какое-нибудь посмотрели. Посплетничали.

— О чем же, интересно, мы бы сплетничали, Уль? Про мои болячки, сколько раз на неделе я с одышкой и болями сидела? Или о твоих таблицах на работе? Нам и сплетничать не о чем в последние годы. Вот сходишь, развеешься и будем завтра хихикать весь день. Хоть расскажешь, что сейчас в клубах творят. Мы с твоим отцом знаешь как отжигали в свое время? Из дома сбегали и на танцы. А ты…

— А я домой бегу отовсюду, да и не люблю я в клубы ходить, ни в институте пока училась не любила, ни уж тем более сейчас.

— Улька, прекрати из себя старуху делать! — мама нахмурилась и показала мне кулак. — Ну-ка быстро нашла, что наденешь, а хотя нет! Лучше давай примеряй все подряд, вместе выберем. А потом ты пойдешь отдыхать за себя и за меня.

Сопротивляться маминому напору, особенно когда у нее так горят глаза, я не могла. Откровенно говоря, мне и самой хотелось хоть на денечек забыть обо всех проблемах и просто побыть молодой и беззаботной. Такой, какой я была бы, если бы папа не умер так рано. Да и Женька Доронин не давал мне покоя, очень интересно было посмотреть на него, пообщаться. Может, и правы Карина с мамой: сама себя загоняю, а ведь в моем возрасте многие уже замужем, с детками на руках и счастливы в своей семье. Про тех, кто уже успел развестись, я думать не хочу. Не представляю себе, каково это, так просто отказаться от человека, которого ты любил. А если не любил, тогда зачем вообще было бежать в ЗАГС?

Устроив маме целый показ мод,