Мой Темный рыцарь - Оливия Юст

Мы немного задержались в этот раз на осенних каникулах. У отца были какие-то дела, и мы в Сочи провели на две недели больше. Прилетели ночью и сегодня опаздывал в школу и несся на всех парах, чтобы успеть до звонка. На пороге школы, как всегда, ждал меня Дэн, Ромка и Рафаэль, для нас просто «Мистер Малой». Малой, потому что учился он в 8, а мы в 9. До меня донеслись окончания фраз. Малой обращался к Дэну:

— Ты слышал про этих ребят из соседней школы, с ними тусит прокурорский сынок Витёк?

— Да, конечно, отморозки. Зачастили они к нам. Наглеют все больше и больше с каждым днем, — ответил Дэн.

— Да, они стали заходить в нашу школу, требовать деньги у всех подряд. Даже у первоклассников отбирают, — Малой нервно дышал, светя, как фарой своим фингалом под глазом.

— Жесть всё это. Я слышал, что они просто могут избить толпой, если кто-то пытается им сопротивляться. Малой вон закусился с ними и получил по роже и его выставили на деньги.

— Что происходит? Меня не было всего две недели, а тут такое? — не веря своим ушам, я поздоровался с каждым и глядя на своих друзей не понимал реально, что тут происходит.

— Малой, а родители обращались в полицию? Ты же на скрипке своей играешь, не дай бог пальцы переломают, что делать то будешь, ладно мы, — поинтересовался я у Рафаэля.

— Правила уличной жизни работают здесь лучше, чем законы. Как-будто бы ты этого не знаешь? — пробубнил Малой.

— Мне кажется, мы должны что-то предпринять. Все давайте в класс. После уроков подумаем, что можно сделать.

Только жизнь внесла свои коррективы. Звонок с урока и осталась одна пара. Ничего особенного не происходило, Лёха Воронов по прозвищу «Леший», пацан из параллели закричал в голос в коридоре.

— Темный, там Малого и Ромку бьют- пацан схватил меня за рукав и потащил, показывая на местный дворик за пределами школы.

Леший и Дэн метнулись за мной. То, что я увидел меня еще больше разозлило. Толпа каких-то левых пацанов, среди них тот самый Витёк, окружила Малого, его вещи были разбросаны повсюду. На Малом не было живого места, они толпой молотили по нему. Его руки были в крови, а пальцы перебиты. Ромка пытался отбиваться, но их это только раззадоривало, и они толпой накидывались снова и снова. Мы втроем кинулись в гущу и пытались отбиваться, но их было больше, они были старше и крупнее, и они были физически подготовленные.

Драка превратилась в кошмар, который я никогда не забуду. Наша попытка защитить своих вызвала гнев отморозков. Они набросились на нас, избивая безжалостно, словно мы были игрушками в их руках. Боль и страх окутали меня, когда я падал на холодный асфальт, чувствуя удары и крики, заполняющие воздух.

Случайные прохожие, испуганные видом насилия, вызвали полицию. Вскоре на место прибыли служители закона, разделяя нас с нападавшими. Мы загремели в полицейский участок — я, Ромка, Леший, Дэн, Малой и те, кто не успел убежать, попав в этот замес. Среди тех, кто не успел сбежать был и Витёк.

Сидя в клетке полицейского участка, я понял, что причины и последствия своих действий теперь уже невозможно будет скрыть или замаскировать. У ребят были обычные родители, у Витька отец прокурор. И это значит, что под раздачу скорее всего попадем мы. И видел только один выход — придется звонить отцу. Я не боялся его расстроить, но это означало лишь одно — все, что я скрывал проявится. Мое сердце билось как у птицы, запертой в клетке, а глаза отражали страх и испуг перед неизвестностью.

Мы все толпой сидели в ожидании, что будет дальше. Участковый уже позвонил в школу и в кабинете у него сидел наш завуч Алексей Геннадьевич и писал объяснительные. Он не смог дозвониться до родителей Ромки, Дэна и Лешего. Мама Рафаэля приехала раньше всех и Малого увезла скорая. Ему досталось больше всех.

— Это все из-за вас, вы за это ответите, — сказал я Витьку. Тот лишь ухмыльнулся.

— Мой отец прокурор, ну если ты не знаешь. Он сейчас приедет и разберется. И все получат по шапке: менты, вы и ваши предки.

— Уверен? — поднимая брови спросил я. — Я знаю кто твой отец, а ты видимо не знаешь, кто мой? — сказал я Витьку, развернувшись к нему и глядя прямо в глаза. Пришлось сплюнуть, разбитая губа кровила, глаз стал заплывать. Я впрямь выглядел угрожающе в отражении оконных стекол.

— Уверен на все сто — уже с сомнением ответил Витек. — Мой отец человек влиятельный, он сейчас на ваших глазах сделает так, что будет вам очень страшно.

— Я бы на твоем месте не был так уверен. Думаешь в этот раз так легко будет все перевернуть? — ответил я с улыбкой. У моего отца свои методы достижения справедливости.

Мы не успели договорить в дверь вошел мой отец, его охрана и адвокат.

Мент, который несколько часов назад брезгливо отнесся к нам, прямо потёк при виде моего родителя. Он резко выпрямился и побелел. Даже рядом стоящий прокурор, который мгновение назад угрожал всем скорой расправой и увольнением замолк. И первым угодливо протянул руку моему отцу. Мой отец нехотя ответил легким рукопожатием.

— Андрей Николаевич, какими судьбами, что вы тут делаете? Если есть проблемы у вас, решим в момент. — явно прогибаясь, услужливо спросил прокурор.

— Проблемы не у меня, а у тебя Сережа, — отец бесцеремонно смотрел на отца Витька, он словно взглядом убивал собеседника. И без того темные глаза отца превратились в угольно черные. Они метали гром и молнии.

— Андрей Николаевич, а давайте пройдем в коридор, обсудим это явное недоразумение, — голос прокурора дрожал.

Они вышли в коридор, я повернулся к Витьке.

— Ты все еще уверен, что тебе это сойдет с рук? — спросил его улыбаясь, присаживаясь к нему ближе, так, чтобы слышал только он.

Для меня не осталось незамеченным тот факт, что Витек притих, глазки его забегали и от его самоуверенности не осталось и следа. Его пацаны тоже притихли. Уже никто не