( Не ) пара для губернатора - Анна Жукова

— Она оставила нас, год назад, — дунул и чуть отпил, внимательно проследив за девушкой.

Лена задумалась.

— Вообще, не видится? И не хочет? — уточнила аккуратно.

— Говорю дочери, что мама уехала, работает и прочую лабуду, чтобы только она не грустила, и представь, как я был рад, что на тебя отозвалось у неё.

Девушка с недоверием посмотрела на меня.

— Жалко Полину, хорошая девочка, хитрая, правда, но есть в кого, — сцепила руки на груди и чуть прищурила глаза, в которых замелькали хитрые огоньки.

Улыбнулся. Спорить не стал, права.

— А чем жену обидел? — неожиданный вопрос, как к стенке поставила.

— Взаимное решение, — пробурчал. Болезненные воспоминания, да и знать ей многого тоже не положено.

Лене спасибо, настаивать не стала на продолжении разговора.

— Я строгая, Иван. Девочка слегка взбалмошная, но не проблемная. Умная, правильные выводы делает из слов и поступков своих и других людей. Но я не мама, я только помощница. Найди её мать и поговори, я подключусь и объясню с точки зрения педагога проблему, — посмотрела в чашку и отставила от себя.

— Она тебя выбрала, а я всё для Полины сделаю, чтобы ей хорошо было, — произнёс я вслух для Лены и про себя добавил: «и для себя», — ладонь положил на стол в нескольких миллиметрах от её пальцев.

От лица Елены

Следующий день

Думала, что это я рано встаю. Выглянула в окно, светло хоть было, а Иван уже шастал по огороду, собранный, в своём костюме. Статный и подтянутый. По телефону раздавал указания. Деловой такой, не то что вчера в трениках. Улыбнулась, вспоминая вчерашний день суматошный. И почувствовала, как к щекам запоздалый стыд прилип. Но вчера была только злоба, и та прошла, когда с губернатором на кухне душевно поговорили. Правда, смотрел так, словно целиком сожрать хотел. То, что слово держит и не трогает — молодец.

Полину собрала и для себя сумку, мало ли какие вещи пригодятся. И только стали в салон грузиться, как мне неспокойно стало, оглянулась на дом. Вроде всё заперла. Скотины после смерти бабули не держала, даже мелкой. Коты соседние приходили иногда, я подкармливала.

Глянула на окна соседки, и те заколыхались. Наблюдала? Или просто сквозняк? Сплетница она, не к добру это. Всё понимает не так, и в разговоре не дура переиначить.

— Лена? — позвал губернатор, сам за рулём.

Молча села на заднее к Полине, которая щебетала без умолку, с ней моя тревога растворилась.

Домчали быстро, но я даже толком дом губернаторский рассмотреть не успела, как на экране моего старенького смартфона отразился номер телефона Вадима. Соскучился.

Я улыбнулась и сняла в трубку, чтобы прощебетать, что соскучилась.

— Что за мужик, с которым ты ночевала вчера в доме? — холодно, убийственно, как ножом по сердцу…

Глава 9

От лица Лены

У меня слёзы к горлу подступили. Полина взяла меня за руку и тревожно всматривалась в моё лицо. Губернатор возился с авто.

— Я сейчас не могу с тобой говорить. Я тебе перезвоню, — я пробовала говорить спокойно, но голос у меня звенел от обиды и напряжения, я силилась не разрыдаться от несправедливости, соседка доложила, неймётся ей, видит одно, толкует по-своему.

— Что ты мне расскажешь? Как ты кувыркалась с мужиком в кровати? Как же ты так неосторожно-то, Лена? — зло и саркастично, — я ведь всё равно узнал бы. Значит, мне не дала, а какому-то рандомному мужику — пожалуйста, а, может он там не один был? В последнее время ты слишком часто шастала в город, — я пробовала вставить слово, но Вадима несло, — между нами всё, забудь меня.

— Вадим… — всхлипнула я, но в трубке уже раздался зуммер.

Иван хмуро взглянул на меня, вытащив мою сумку из багажника. Разговор вряд ли слышал, но вот что неладно что-то понял сразу.

— Лена, что-то случилось? — спросила девочка осторожно.

Я прикусила изнутри щёку, чтобы не расплакаться.

— Нет, — собравшись, произнесла я и, чтобы не расстраивать Полину, улыбнулась.

Я ничего вокруг себя не видела. Мельком оглядела двухэтажный особняк губернатора: не огромный, внутри оказавшийся уютным и светлым из-за витражных окон и светлого текстиля на них и мебели.

Нас встретила женщина средних лет, критично осмотрев меня. Мне показалось, что я ей сразу не понравилась.

— Лена, это Тамара, Тамара, это Лена. Тамара у нас главная по хозяйству. Лена будет теперь заниматься Полиной, — подмигнул мне, а сам на телефон сразу же, без конца звонивший ему, отвлёкся на секунду, — Тамара, комнату покажи Лене, — ушёл в огромную гостиную, которую я лишь мельком осмотрела.

Тамара чопорно кивнула, и я взяла свою сумку, последовав за ней. Полина вприпрыжку поспешила за мной.

Комната моя оказалась небольшой и сообщалась с огромной комнатой девочки. Это всё лучше, чем если бы я каждый раз к себе в деревню возвращалась.

Полина обняла мои ноги, а я потрепала её по голове. Рассеянно, потому что мыслями моими я была далеко. Ситуация вряд ли меня отпустила бы так скоро, я была оболгана, у меня разрушена вся жизнь, и Вадим, с кем у нас были планы на будущее не брал трубку, не дав мне и малейшего шанса на объяснение ситуации.

Кое-как дожив до вечера и после вечернего купания уложив Полину спать, я дождалась прихода Беркутова, а после ужина решилась поговорить. Иван работал в кабинете, куда я, постучавшись, вошла.

Он посмотрел на меня и кивнул на кресло, стоявшее рядом с его столом.

— Днём что-то случилось, Леночка? — спросил мужчина проницательно.

— Мне нужно уехать…

— Об этом не может быть и речи, — Беркутов вскочил с места, — Полина будет расстроена. Ты никуда не едешь.

— Я что, у тебя в заложниках? — и я встала, — ты, значит, у меня вчера ночевал, а сегодня мой жених меня бросил!

Он поднял бровь удивлённо, но тут же ответил:

— Сам по себе, значит, судит, вот и не верит. А ты к нему собралась, уговаривать что ли? — усмехнулся, взбесив этим окончательно.

Я вспыхнула гневом:

— По себе людей