Пламя в моем сердце - Рита Трофимова

Счастливые и удовлетворённые, они лежали в постели, не размыкая объятий, и Эла, немного подумав, решилась поднять болезненную для обоих тему.

— А что Филипп, где он? — осторожно спросила она.

— Не знаю. — Полянский нахмурил брови и слегка отстранился.

— Но… ты же, наверняка интересуешься где он и чем занимается. Видео с концерта на даче тому доказательство.

Эдик немного помолчал и ответил будто через силу, делая длинные паузы и нервно постукивая пальцами по плечу Элы:

— Наверное, в сквоте со своими дружками. С Олей, насколько я знаю, он расстался.

— Вот как? — задумалась Эла. — Может и к лучшему. Я видела эту девушку, мне она показалась, мягко сказать, легкомысленной и пустой.

— Не имел удовольствия познакомиться с ней лично.

— Не хочешь поговорить с сыном? Всё же мальчишки порой нуждаются во внимании родителей гораздо больше, чем девочки. Мне кажется, с девочками проще, даже не представляю, как бы я вела себя со взрослым сыном. Я так благодарна судьбе, что у меня дочь. Может всё же стоит позвонить первому, в чём-то уступить?

— Я не собираюсь делать ему никаких поблажек, нужно уметь отвечать за свои проступки. Эта выходка с профессором… он вёл себя вызывающе, недопустимо. Он поставил меня в неловкое положение перед коллегами!

Эдуард до сих пор переживал конфликт почти полугодовой давности, когда Филипп во время сдачи экзамена по неврологии нагрубил профессору Вагнеру. Тот в отместку накатал на студента Полянского докладную в деканат с требованием отчислить нерадивого студента из университета.

— Что-то тут не вяжется. Ты вообще пытался разобраться? Наверняка выслушал только одну сторону. Не думаю, что Филипп способен на такие выходки.

— Поверь, на сцене в этом своём бедламе они и не такое вытворяют.

— Что-то я сомневаюсь. Филипп не настолько глуп, чтобы творить беспредел, а.… сколько лет тому профессору? Под девяносто? Скорее у него старческий маразм, а может, он завидует тебе и мстит через Филиппа? Насколько я помню из твоих рассказов, он метил на должность ректора.

Эдик ненадолго задумался.

— Возможно, и есть логика в твоих словах. Когда-то в прошлом у Вагнера с моим отцом были разногласия, — предположил он.

— Вот видишь. Этот Вагнер мог спровоцировать Филиппа, у преподавателя всегда больше возможностей и прав, он мог специально унизить и завалить его.

Эдик прерывисто вздохнул, но промолчал.

— Ох, Эдик. — Эла нежно обвила его шею. — Дети… с ними так сложно. Мой дедушка Альтман всегда говорил: сначала они спать не дают, а потом жить. Понимаю, что сейчас такие шутки неуместны, но это истина. Мне проще с Линой, у меня есть мама, и она неусыпно бдит за ней. К тому же Лина хорошая, умная девочка и никогда не доставляла нам хлопот.

— Чего не скажешь о Филиппе, — с грустью констатировал Эдик. — Мне всегда было с ним сложно, мы так и не нашли общего языка. Марина сглаживала все конфликты, а теперь…

— Нужно обязательно найти его.

— Нет. Сколько можно вправлять мозги? Он уже взрослый парень. Если до сих пор не явился, значит, ещё не припекло. Пусть сам решает, как поступить.

Глава 3

Лина

После встречи с загадочной женщиной тревоги Лины улеглись и настроение заметно улучшилось. Она не спеша возвращалась домой, мысленно смакуя первую маленькую победу.

Кажется, у неё всё получилось. Ник не впал в истерику и спокойно выслушал её. К тому же на деле всё оказалось гораздо проще, чем предполагалось. Лина была почти уверена, что Ник, обдумав её слова, согласится подождать.

И теперь ей предстоял непростой разговор с мамой Мартой.

Лина с содроганием вздохнула. «Эту крепость нужно брать штурмом без уговоров и слёз, решительно и непреклонно! И тогда будет мне счастье!»

Мимо по трассе в пробке тянулись машины, изредка гудели клаксоны, улицы вновь заполнялись суетливыми прохожими.

Лина остановилась на светофоре и задумалась. Из головы не шли слова загадочной дамы: «Ищи, слушай себя, всё что происходит вокруг, это важно!»

Вдруг из машины напротив высунулся рыжеволосый паренёк и, с интересом уставившись на Лину, весело подмигнул.

Лина вздрогнула, очнувшись. На секунду ей показалось, что это Филипп. Нет, определённо ей нужно поехать на Кудринскую, к Филу домой. Быть может, удастся застать тётю Нину и осторожно обо всём разузнать? Идея, конечно, так себе, но всё же лучше, чем ничего.

Немного постояв на перекрёстке, Лина развернулась и направилась к метро.

Сомнения ещё мучили её. «Однако лучше потерпеть неудачу, чем потом пожалеть об упущенных возможностях», — припомнила она старую добрую истину.

Лина быстро добралась до места, вошла в подъезд высотки и без оглядки рванула к лифту.

— Девушка, а вы куда направляетесь? — строго окликнула её консьержка, остановив на полпути.

— Извините, я к Полянским, — на одном дыхании выпалила Лина. — Правда, я не помню номер квартиры, знаю только, что на шестнадцатом этаже.

— А Полянских дома нет. Это я вам совершенно точно говорю.

— Вот как! — озадачилась Лина. — А может, вы что-нибудь про Филиппа знаете?

— Филипп… — Консьержка задумчиво покачала головой. — Так он ушёл из дома дня три назад и больше не возвращался. Его уже сегодня спрашивали двое.

— А Нина Георгиевна когда приходит?

— Да кто ж её знает, она нам не докладывает.

Лина в растерянности закусила губу и, извинившись, вышла из высотки.

К тому моменту, как она добралась до дома, солнце ярко освещало улицы, играло в витринах магазинов, припекало головы и спины прохожих жаркими полуденными лучами.

Уже возле подъезда сотовый тренькнул входящим сообщением, и Лина на секунду замерла. Неужели Фил⁈ Нет, интуиция подсказывала ей, что это… Лёха?

«Лёха», — прочитала Лина на дисплее телефона. Да как же она могла забыть про друга? Настолько погрузилась в свои проблемы, что ни разу не вспомнила о нём⁈ Сколько они не общались — больше недели? Почувствовав угрызения совести, Лина открыла эсэмэску.

«Я лошара», — коротко звучало послание.

«Лёха… такой Лёха, — тепло улыбнулась Лина. — Ну что опять стряслось? Это не Лёха, а настоящее ходячее недоразумение».

Она набрала его номер, на эмоциях позабыв про лифт, и стала не спеша подниматься по лестнице.

— Лёш, ты куда пропал? — без приветствий спросила она.

— Никуда, вроде, виделись на днях, — сонно промямлил друг.

— Ну, если столкновение в уличной арке считается