Лицо любви - Джулия Тиммон

О своем визите Кристина сообщила Вайолетт сегодня утром, как только задумала занять у нее денег. Та приняла известие о встрече с радостью, но встревожилась, когда крестница сказала, что разговор пойдет серьезный, и встретила ее восклицанием:

— Ответь сразу: ты не больна?

Кристина переступила порог огромного, оформленного в ласковых светлых тонах дома и поцеловала крестную в щеку.

— Почти нет.

— Значит, проблема все же в здоровье! — Вайолетт прижала руку к идеально накрашенным губам.

— Нет, нет, не волнуйся, — поспешила успокоить ее Кристина. — Проблема совсем в другом. Я сказала «почти» только потому, что несколько дней промучилась простудой и только-только выздоровела.

— Правда выздоровела? — Вайолетт наклонила вперед голову и внимательно изучила лицо крестницы. — Выглядишь немного усталой. И в то же время… как будто очень даже неплохо.

Кристина засмеялась.

— Вот и отлично. Ну что, так и будешь держать меня в дверях? Или все же пригласишь в гостиную? — с шутливой ворчливостью спросила она.

— Конечно, пойдем. — Вайолетт обняла любимицу за плечи и повела в самую чудесную комнату во всем громадине-доме — пропитанную светом и уютом нежно-персиковую гостиную.

Кристина выложила крестной все как есть: рассказала о бесконечных придирках Олсуорси и о тоске по любимой работе. Когда же перешла к идее начать собственное дело, Вайолетт хлопнула в ладоши.

— Вот-вот, — воодушевленно произнесла она. — Я только недавно о тебе размышляла и вдруг задалась вопросом: а почему бы нашей Кристи не открыть личный салон? Ты ведь упорная, самостоятельная, решительная.

Неужели? Кристина удивленно взглянула на Вайолетт. Та, будто прочтя ее мысли, закивала.

— Да-да, моя дорогая! Ты именно такая. Посмотри на Аллегру. Девице двадцать два года, а она по сей день живет за счет папочки и не думает становиться самостоятельной. А Марта? Постоянно ввязывается в сомнительные истории, родителям не радость приносит, а одну головную боль. Ты же совсем другое дело!

Кристина повела плечом. На старшую сестру, Марту, и младшую, Аллегру, она никогда не равнялась, даже где-то презирала их за несерьезное отношение к жизни, а отчасти жалела. Тем не менее не считала и себя особенно самостоятельной и решительной. Весной ей исполнилось двадцать восемь, а твердой почвы под ногами до сих пор не было — не определилась ни личная жизнь, ни профессиональная.

— Может, я и другое дело, но похвастаться чем-то заслуживающим внимания пока не в состоянии, — проговорила она, снова вдруг испугавшись, что дела у нее не пойдут.

— Неправда, — решительно возразила Вайолетт. — Ты прекрасно окончила колледж и успела стать высококлассным парикмахером-визажистом!

Кристина усмехнулась.

— Визажист в официантском фартуке!

— Это были временные трудности. Теперь все позади, и ты нашла правильный путь. Денег на первые расходы я тебе дам.

Кристина посмотрела на крестную с признательностью и любовью. Что бы она делала без нее, без Беатрис, без… Фредерика? Да-да, он уже прочно входил в список людей, вселявших в нее уверенность, хоть и как будто был еще совсем ей незнаком.

Как странно, подумала она, прикусывая нижнюю губу. И как приятно думать о нем, считать его другом. Только ли дружеские он вызывает во мне чувства? Боже, опять я за свое!