Любовь под одним переплетом - Лера Деревянкина

Глава 7

Под ногами серая плитка Патриаршего моста, ещё ниже – почти чёрная Москва река, горят фонари, впереди – величественный храм Христа Спасителя. Женя допивает манговый шейк через трубочку, я свой выпила ещё минут двадцать назад. После экскурсии по Древнему Египту в Парке Горького мы зашли во вьетнамское кафе с самым лучшим манговым шейком в городе.

– На следующей неделе у них начинается выставка по Древнему Риму, – говорю я Жене.

– Не, не, не, притормози со своей просвещенческой программой. – Женя отходит к мусорке, выкидывает пустой стаканчик и возвращается обратно. – Я чаще чем раз в месяц такое не осилю. А то я тебя тоже на какую-нибудь свою выставку затащу.

– Куда? В морг?

Женька закатывает глаза, я же не могу сдержать довольной улыбки.

– Вот ты про Рим сказала, и я вспомнила о том, что у нас завтра латынь. Терпеть её не могу.

– А у меня завтра мастерская. – Тяжело вздыхаю и перевожу взгляд на реку.

– А чего так печально? Ты же фанатеешь со своих мастерских.

– Помнишь, я тебе говорила о том, что меня поставили в пару с Амиром? – После прошлой мастерской я во всех подробностях расписала подруге о том, в какой замес угодила.

– Ну, – кивает Женя. – У него кринжовый текст, и ты теперь не знаешь, как разбирать это ближайшие три месяца?

– Хуже. У него идеальный текст.

В среду Амир прислал мне несколько первых глав своего будущего романа. Я села читать их тем же вечером, и сюжет книги захватил меня настолько, что я не могла от неё оторваться. Амир с такой детализацией описывал мир, где живут его герои, что в один момент я сама забыла о реальности.

– Тогда в чём проблема?

– Мы больше не списывались.

Задание Горелова подразумевает плотную совместную работу. За неделю Лина дважды встречалась с Машей в творческом пространстве ГЭС‐2, чтобы обсудить тексты друг друга. Амир же не просто не проявил никакого интереса к встрече, но ещё и общался всю неделю на отвали, словно робот: да/нет/хорошо. После того как Амир отправил свой текст, я отправила ему свой. Перед отправкой не заметила, как в одного слопала большую пачку чипсов с крабом от волнения. А в итоге в ответ получила лишь чёрное сердечко на сообщении. Сухарь.

Я завидовала Лине. Когда Горелов только объявил о задании, я тут же начала представлять, как это будет увлекательно: встречи после пар, посиделки в общаге до позднего вечера, совместное прослушивание музыки для вдохновения. А в итоге мне достался Амир а-ка замороженная лягушка, и все мои мечты канули в Лету.

– Будь настойчивей, – говорит Женя. – Пусть поймёт, что с тобой лучше сотрудничать, чем постоянно бегать от тебя по коридорам.

– В том-то и дело, что я за всю неделю его в институте даже не видела.

– Что, прям совсем?

– Ага.

– Ну, может он заболел, – предполагает подруга.

– Или все же талантливо меня избегает.

Утром, встретившись с Линой у метро, по традиции перед мастерской заходим в кофейню. В этот раз вместо привычного кофейка забираю из рук бариста ромашковый чай. Надо успокоиться, выдохнуть, а перед мастерской снова поговорить с Амиром. В конце концов, это в общих же интересах.

Но перед парой обсудить с Амиром наши сегодняшние действия не удаётся. Старшекурсник с невозмутимым лицом заходит в аудиторию вслед за Гореловым и, даже не посмотрев в мою сторону, проходит мимо и садится за свою парту.

– Итак, план сегодня такой, – начинает пару Вячеслав Романович. – Сначала поговорим про создание персонажей, а после обсудим вашу работу в парах. Итак, давайте сделаем вот такое упражнение: выберите себе одного человека с вашей мастерской и опишите не его, а его полную противоположность. Описываем как внешность, так и поведенческие особенности. А мы с ребятами потом попробуем отгадать, кого вы описали. Если угадали – вы справились. Давайте, даю вам пару минут – и начнём.

Ребята начинают осматриваться в поиске того, кого они выберут для описания. Мне же это не нужно. Я уже знаю, о ком буду говорить.

– Лина, готова? – спустя несколько минут спрашивает Горелов у подруги.

– Да, – без колебаний отвечает та.

– Начинай. Давай сначала с внешности, а потом переходи к внутренней характеристике.

– Низкий, толстый уродливый брюнет с кривыми зубами. Одевается как гопник и всегда приходит вовремя. Глупый, чёрствый, несмешной, не любящий быть в центре внимания.

Лина замолкает и пристально смотрит на Горелова.

– На «всегда приходит вовремя» могла бы и остановиться. – На лице мастера появляется широкая улыбка. – А вот с последним не угадала, я действительно не люблю быть в центре внимания, но профессия обязывает. – И Горелов переходит ко мне. – Хорошо. Софа?

– Коренастый короткостриженый блондин с небесно-голубыми глазами. Приветливый, отзывчивый, ответственный, общительный, – и ставлю точку, – очаровашка.

На последнем слове Горелов, не скрывая эмоций, начинает в голос хохотать.

– Даже не могу представить, о ком ты, – говорит мастер, поглядывая на задние парты. – Вижу, поладили. Замечательно.

Однокурсники по очереди начинают описывать друг друга, в основном выбирая тех, с кем подружились за эту неделю. Не думала, что мне настолько понравится это задание, но всё это время никак не могу убрать с лица улыбку победителя. Она пропадает только тогда, когда Горелов останавливается возле Амира.

– Амир? – обращается к нему мастер.

Замираю.

– Карие глаза, блондинка с каре, – начинает старшекурсник.

Не дышу.

– Скромная, тактичная, неприставучая.

Вспыхиваю. Это я приставучая?! Да я приставучая только потому, что не хочу провалить задание! Так бы никогда к нему даже не подошла!

– Хм, – произносит задумчиво Вячеслав Романович, – и о ком же ты? Кто-нибудь понял?

– Думаю, этот человек догадался, – отвечает Амир.

Горелов решает не докапываться до истины, за что я ему благодарна, и возвращается к доске.

– Считаю, эксперимент удался. Давайте чуть передохнём и продолжим.

Вскакиваю, собираясь подойти к Амиру и высказать ему всё что думаю, но поздно – старшекурсник уже стоит у двери и через мгновение пропадает в коридоре.

Глава 8

Амир

– Ну что, доволен? – спрашиваю я Славу, когда мы покидаем институт.

Сейчас я злился на друга, втянувшего меня в свои дурацкие эксперименты над студентами. Думал, похожу на мастерские, послушаю этого гения, вдохновлюсь для своего романа, в конце концов. Так нет же, Горелов, как всегда, придумал, как усложнить мне жизнь.

– Тем, что