Первое свидание - Сандра Мэй

— Все равно это все не взаправду, так что наливайте.

— Браво! Только учтите, это не сон.

— Тем лучше. Так, значит, теперь я на вас работаю?

— Ну да.

— А как же «Космо»? Надо же предупредить...

— Не вопрос. Минуточку... Алло? Диззи? Солнышко, ты спишь? А чего это ты спишь в такую... пардон, все время забываю насчет этих часовых поясов. Ты спи, спи, просто я тебя предупреждаю, чтобы ты не ждала свою стажерку с моим интервью. Что? Ну естественно, провалила. Позор! Я еле отбился. Вообрази: я начал, словно зайчик, отвечать на вопрос «Какое у вас хобби?», а она вдруг шумно задышала, начала раздеваться, полезла на меня...

Голос Брюса начал срываться — отчасти от смеха, отчасти потому, что пришедшая в себя Кэти повисла у него на руке, перегнувшись через стол и отчаянно пытаясь отобрать трубку.

— ...пришлось... ай, щекотно!.. утопить ее пришлось, да... Не сметь щипаться!.. Короче, не жди ее. Спи дальше. Пока... Спэрроу! Что люди-то подумают?!

— А вы что несете?!

— Не грубите боссу. Шампанского?

— Да! Ой боже мой, да что ж это творится... Слушайте, а на какую должность вы меня взяли? Или это все-таки шутка?

Брюс внезапно посерьезнел:

— Нет. Не шутка. Согласен, вышло несколько эксцентрично, но зато эффективно. А будете вы, Кэти Спэрроу, моим личным секретарем.

— Как?! А Синтия?

Брюс помрачнел:

— Вы не поверите, но... Синтия нас покинула.

— Уволилась?

— Хуже. Умерла.

Кэти возмущенно посмотрела на работодателя.

— Шут гороховый!

— Даже и не думал. Чистая правда. Пока вы перевоплощались из свинарки в принцессу, я навел справки. Моя секретарша Синтия скончалась сегодня ночью от сердечного приступа. Мне звонили, но я был в аэропорту, отключал телефон.

Кэти прижала ладонь к губам:

— Какой ужас!

Брюс вздохнул.

— Не то слово. Ей было всего тридцать пять... И без нее я как без рук.

— Господи... Вы так спокойно об этом говорите...

— Это шок. Потом меня накроет депрессия... ладно, шутки в сторону. На самом деле я действительно потрясен. У меня были подозрения, что с ней что-то не так, но я и подумать не мог, что все настолько серьезно. А циничная правда жизни заключается в том, что мне надо работать. Синтия ведала всеми моими делами, была в курсе всех встреч и переговоров... словом, без помощника я не справлюсь.

— Я понимаю. У меня, правда, наверное, сейчас лопнет голова, но я... мистер Блэквуд...

— Брюс. Пожалуйста.

— Хорошо. Только... мне ведь надо войти в курс дела...

— Все записи в компьютере, ознакомитесь по ходу. Через час мы вылетаем на Борнео. В ближайшие три дня ваша задача — отвечать на телефонные звонки вот по этому малышу, — с этими словами Блэквуд придвинул к Кэти узкую стальную коробочку с антенной. — Это спутниковый, работает везде и всегда. Ноутбук Синтии мы заберем из офиса, будете потихоньку вникать. На Борнео будем к вечеру.

— Как? Но разве я не вернусь в Нью-Йорк?

— Зачем? Мне туда не надо.

— У меня даже вещей нет...

— Заедем по дороге в магазин, купите чего вам надо.

— У меня нет денег...

— Я вам выдам аванс. Вы ж теперь много получаете, забыли?

— Кстати, а сколько я получаю?

— Вот! Разум потихоньку возвращается. А то я уж думал, придется довольствоваться только внешними данными. Вы будете получать пять тысяч долларов в неделю...

— Уоо-ууу!!!

— ...премиальные — если будете хорошо работать, в конце года...

— Вззз...

— ...бонус — за непонятные звуки, которые вам так удаются.

— Брюс, я...

— Да, еще служебная квартира, но учтите, что бывать вы там будете нечасто. В основном ваша жизнь будет проходить рядом со мной, преимущественно — в самолете.

— А где квартира?

— Дольше всего я живу в Сиднее, там и вас поселим. Да, еще в Англии, но там у меня поместье, отчасти даже замок, так что места хватит.

— Настоящий замок?

— Почти. Прадедушка был романтической натурой. Все хотел удивить прабабушку — вот и надстраивал башенки с бойницами поверх нормального английского дома. В результате впечатление такое, будто на казарме выросли сталагмиты.

— Ну уж на казарме...

— Не знаю, мне почему-то так кажется. Там сто с лишним комнат, некоторые уже много лет никто не отпирал. Думаю, к весне мы туда попадем.

— Еще не скоро...

— Оглянуться не успеете... Слушайте, Спэрроу, а вы в курсе, что вы — красавица?

Кэти сердито махнула рукой:

— Не начинайте, ладно? Глазки, ножки, волосы... все так говорят.

— Даже и не собирался. Во-первых, грудь. Во-вторых... как вы относитесь к бурному и необузданному сексу?

— Хорошо. Но не с вами.

— Почему это?

— Потому что вы — мой босс.

— Подумаешь!

— А корпоративная этика?

— Это единственное, что вас останавливает?

Кэти вдруг засмеялась. Она поймала себя на мысли, что с этим красавцем-миллиардером чертовски легко и весело болтать о самых разных, даже весьма нескромных глупостях...

Самолет у Брюса был, естественно, частный, небольшой и хищно выглядевший джет на двенадцать пассажиров. Возможно, с точки зрения здравого смысла Кэти стоило бы во время полета заняться делом и хотя бы попытаться вникнуть в то, что хранил жесткий диск новейшего и легчайшего ноутбука безвременно почившей Синтии. Однако шампанское плюс общее потрясение от случившегося с ней за столь короткий срок сделали свое черное дело, и мисс Спэрроу мирно уснула в удобном кресле, прижав драгоценный компьютер к груди. Брюс попытался забрать его, но Кэти сердито проворчала что-то и сжала ноутбук еще крепче. Брюс хмыкнул, пожал плечами и углубился в бумаги.

Спокойным полет было назвать трудно. Два раза они пролетели сквозь грозовой фронт, их немного потрясло при подлете к Борнео, а уж на посадку заходили и вовсе в боевых условиях — видимость была нулевая. На Борнео начался сезон дождей.

Кэти осторожно выглянула наружу, ойкнула и спряталась обратно. Брюс Блэквуд, собранный и суровый, сердито пихнул ее в спину.

— Шевелись, Спэрроу. Солнышка не дождешься.

— А... куда идти-то?!

Дождь стоял сплошной стеной, серо-зеленой зыбкой хмарью. Казалось, в воздухе висит водяная взвесь — но когда Кэти сошла с трапа, то тут же ощутила, как по лицу и плечам бьют тугие струи воды. Дождь был одновременно холодный и теплый, дождь заполнял все пространство, и Кэти непроизвольно приоткрыла рот, словно боялась захлебнуться. Из водной мглы выросли какие-то тени, и над девушкой с треском развернулся громадный зонт. Смуглое улыбающееся лицо показалось из-за водной завесы, радостно покивало Кэти — и исчезло.