Всем сердцем - Патриция Мэтьюз

– Прости, судья. Симпатичная девочка. – Он сопроводил свои слова выразительным жестом. – Вроде бы я не встречал ее в городе раньше.

– Уверен, что нет. Она только что приехала из Иллинойса. Это Серена Фостер, племянница Хетти.

Страйкер с трудом сдержал изумленный возглас – новость была для него неприятной.

– Не знал, что у Хетти есть племянница. Всегда думал, что у нее только брат.

– И я так думал, и Хетти. И все мы ошибались. Бесстрастным, ровным голосом Страйкер спросил:

– А где же ее отец? Хард помрачнел.

– Мертв. И его жена тоже. Несколько дней назад они погибли от рук бандитов.

– Какое несчастье! Но как же ей удалось спастись?

– Как я понял, ее не было в лагере, когда это случилось. Пошла на реку искупаться.

– Ну и повезло же. А она видела этих убийц?

– Видела. Страйкер замер.

Хард тем временем продолжал:

– Но она не сможет их опознать. Они были в масках. – Хард с размаху ударил кулаком по столу: – Господи, что за страна, что за люди! Сколько бессмысленной жестокости! Черт побери, Брэд, ведь они даже не ограбили их!

– Да уж, абсолютно согласен с вами, судья. Эти горняки совсем от рук отбились. Давно пора навести здесь порядок. – Страйкер натянуто улыбнулся: – Одно хорошо: прощай возня с публичным домом. И с чего Хетти вздумалось завещать мне это заведение? До сих пор не могу понять.

Хард откинулся на спинку кресла. Затянувшись сигарой, он лениво улыбнулся:

– Да, кстати, Брэд, не думаю, что Серена возьмется им управлять. Скорее всего «Рай» пойдет с молотка на ближайшем аукционе. Будешь покупателем?

– Черт возьми, на что мне это гнездо разврата? У меня и без этого дел хватает.

– Да, вернемся к делам, Брэд... Чем могу быть полезен?

– А... да. – Страйкер опустился на стул. – Ларри Дженкинз опять хочет со мной судиться.

Хард вздохнул.

– И что же на этот раз?

– Ну, он обвиняет одного из моих возниц в том, что тот потеснил другой фургон, который свалился в овраг. Дженкинз требует возмещения ущерба. Хотелось бы, чтобы вы поговорили с ним и пришли к какому-нибудь соглашению – так, чтобы дело не дошло до суда.

– Так, чтобы это потребовало минимальных затрат, как я понимаю? – сухо спросил Хард.

– Конечно. Ведь вы же мой адвокат.

Харду не понравилось, что Страйкер назвал его своим адвокатом, но, поскольку он уже представлял его как-то в суде, возразить на это было нечего.

– Если не ошибаюсь, это уже в пятый раз. Скажите, пожалуйста, Брэд... а ваши фургоны никогда не падали в овраг?

Страйкер изобразил удивление.

– Но это же просто случайность, судья.

– И все предыдущие случаи тоже?

– И предыдущие тоже! Или вы думаете, что я приказал сделать это специально? Если бы Дженкинз нанимал порядочных людей, а не забулдыг с Си-стрит, несчастных случаев у него было бы в сто раз меньше.

– Да, конечно. – Хард вздохнул. – Хорошо, я займусь этим. Думаю, он пойдет нам навстречу.

– Я знал, судья, что на вас можно положиться. Благодарю.

Страйкер поднялся, махнул адвокату на прощание рукой и вышел за дверь. Очутившись в коридоре, он остановился и, сжав кулак, уже собирался было ударить по стене, но в последний момент мысль о необходимости соблюдать осторожность остановила его. Он прислонился к стене и, закрыв глаза, попытался сосредоточиться.

Перед его глазами замелькали картины ночной пустыни. Оранжевые вспышки огня, мужчина и женщина, падающие на землю. И опрокинутый фургон, как символ победы. Он был уверен, что со стороны Фостеров ему больше ничто не угрожает. А теперь выясняется, что одна из них здесь, в городе! Если бы они только прочесали окрестности... Наверняка нашли бы эту проклятую девчонку и сразу же, на месте, от нее избавились. Теперь сделать это будет гораздо труднее. Смерть девушки, только что приехавшей с Востока, наверняка вызовет подозрения. Особенно если эта девушка– родственница Хетти Фостер.

Спенсер Хард, конечно, старый дурак, но он достаточно проницателен и легко сможет сопоставить факты, если эту Серену Фостер настигнет беспричинная смерть. А если у адвоката возникнут подозрения и он начнет расследовать это дело, могут всплыть некоторые подробности, чего Страйкеру очень бы не хотелось. Значит, ему надо быть очень и очень осторожным. Нужно убрать Серену Фостер так, чтобы это выглядело достаточно правдоподобно. И имя убийцы, и четкие мотивы нужно преподнести Спенсеру Харду на блюдечке с золотой каемочкой. В любом случае ни малейшей тени подозрения не должно упасть на Брэда Страйкера.

Он вытащил из кармана часы. Четыре часа дня. Сегодня поздно вечером Ли По прибудет сюда из Сан-Франциско. Утром Страйкер получил из Карсона письмо с извещением об этом. Ли По, конечно же, прибудет в личном экипаже – китайцам запрещено ездить почтовыми дилижансами. Страйкер вообше-то был невысокого мнения о китайцах, однако Ли По был исключением. Он был самым богатым и могущественным из китайцев на Западном берегу– если не во всех Соединенных Штатах. Страйкер не раз обделывал с ним выгодные дела.

С того момента как они начали сотрудничать, их встречи проходили в обстановке строжайшей секретности. Они виделись в маленькой хибарке в китайском квартале, в нижней части города. В этом доме Ли По останавливался во время своих редких визитов в Вирджиния-Сити. Конечно, прибытие его роскошного экипажа с кучей телохранителей не может пройти в городе совсем незамеченным. Но Страйкер собирался проскользнуть в дом попозже, когда уже совсем стемнеет. К тому же у него есть еще несколько дел, с которыми нужно расправиться до визита к китайцу.

Рори Кленденнинг не прошел и нескольких шагов после расставания с Сереной, как уже глубоко раскаялся в своей проклятой гордости. В кармане не было ни гроша. Нечем заплатить ни за еду, ни за крышу над головой. Лучше бы он смирил гордыню и взял у Серены в долг небольшую сумму.

Шагая по шумной, оживленной улице, он вспомнил слова Джереми: «Если окажешься один в чужом городе и без гроша в кармане, зайди в ближайшую церковь. Господь позаботится, чтобы ты нашел, что ищешь».

Первая церковь на его пути выглядела неказисто. Это было обшарпанное строение с покосившимся крестом, почти скрытое от глаз прохожих платной конюшней. Ржание лошадей было слышно под сводами церкви и мешало настроиться на благочестивый лад.

Поначалу Кленденнинг подумал, что церковь пуста. Свет едва просачивался сквозь пару пыльных окошек. По бокам от прохода стояли жесткие деревянные скамьи. Алтарь находился на возвышении в дальнем углу. Кленденнинг нерешительно сделал пару шагов и громко проговорил:

– Есть здесь кто-нибудь?

В другом конце помещения раздалось неразборчивое бормотание. В тот же момент он заметил открытую дверь позади алтаря. Ему пришлось наклониться, чтобы войти. За дверью располагалась небольшая комнатушка.