Длиною в жизнь - Энджи Фримен

Трейси кивнула. Это было их любимое, как они его называли, «кресло-гнездышко». Им нравилось устраивать в нем любовные игры. Вдвоем в этом чудном кресле было так замечательно и уютно!

Кевин усадил ее к себе на колени, обнял за талию и взволнованно прошептал:

— Какое знакомое чувство!

— Так ты вспомнил?

— Да. Я помню, что мы с тобой уже сидели в этом кресле! — подтвердил он, и глаза его торжествующе блеснули. — Это довольно смутное воспоминание, причем я его не столько вижу, сколько чувствую. — Кевин нежно поцеловал ее в уголок рта. — Как же мне нравится сидеть здесь с тобой и предаваться подобным воспоминаниям!

Трейси бросило в жар.

— Неужели ты ничего больше не помнишь? — дрожащим голосом спросила она.

Образы и воспоминания, которые она долгое время старательно пыталась забыть, внезапно вспыхнули в ее мозгу с новой силой. Боже, пусть он вспомнит и многое другое, но только не самое главное и не сейчас! — взмолилась она.

— Нет, не помню. И чем больше пытаюсь, тем хуже получается. Наверное, придется предоставить событиям идти своим чередом. — В тоне Кевина сквозила покорность судьбе.

— Это не продлится слишком долго.

— Знаю. Мне даже кажется, что это время дано для того, чтобы научиться быть терпеливым. — Он неохотно выпустил ее из объятий. — Извини, но я должен вернуться в офис, у меня еще много дел.

Кевин быстро поцеловал ее в щеку и ушел. И вновь Трейси осталась одна среди вещей, таящих в себе ловушки прошлого.

Два года назад, бросив мужа, она взяла с собой немногое — одежду, альбомы с фотографиями и несколько книг. Все, что она вынесла из своей супружеской жизни, без труда уместилось в двух чемоданах. Трейси наивно надеялась, что призраки былого больше никогда не побеспокоят ее, но ошиблась. Прошлое вернулось к ней обернутым в серовато-зеленую бумагу и упакованным в картонные коробки.

Теперь ей предстояло самое сложное — осторожно, слой за слоем, развернуть эту жизнь и извлечь на свет, стараясь не пораниться об острые края воспоминаний. Во всем этом было что-то ужасное…

Трейси с содроганием думала о содержимом всех этих коробок, ведь там наверняка окажутся вещи, которые ей будет тяжело видеть или держать в руках. Я не могу это сделать! — с отчаянием подумала она. Трейси прошлась по комнатам и открыла все окна — ей было необходимо вдохнуть свежего воздуха, прежде чем приступить к распаковке вещей.

Она решила начать с кухни, поскольку, с точки зрения воспоминаний, кухонные принадлежности казались самыми безобидными. Немного отдохнув, Трейси распаковала коробки, стоявшие в столовой и гостиной. Картины, безделушки, декоративные подушки, яркие коврики.

Примерно в полдень позвонил Кевин.

— Ну, как, уже похоже на семейное гнездышко?

Она рассмеялась, обрадовавшись его непринужденному тону.

— Скорее все выглядит так, будто по дому прошелся торнадо. Куда ни бросишь взгляд, кругом одни пустые коробки и горы оберточной бумаги. Чтобы привести все в порядок, мне потребуется несколько дней.

— Конечно, я понимаю…

— Прекрасно.

«Уже похоже на семейное гнездышко?»

Семейное гнездышко… Уютное местечко, где чувствуешь себя самим собой и которое разделяешь с любимым человеком. Разумеется, это именно то, чего Кевин хотел и в чем нуждался.

— Ты там не слишком переутомляйся, — продолжал Кевин, — у меня на сегодняшний вечер есть кое-какие планы — в смысле, где бы нам пообедать.

— Замечательно! — отозвалась Трейси. — А могу я узнать, куда мы пойдем?

— Это сюрприз.

Она засмеялась, уловив в голосе Кевина, хорошо знакомые по прошлой жизни интонации.

— И ты ничего мне не скажешь?

— Не скажу.

— Ну ладно, ладно.

Повесив трубку, Трейси огляделась. Теперь ей предстояло заняться спальней, но хватит ли на это душевных сил? Она глубоко вздохнула и принялась опустошать коробки. Одежда Кевина, картины, постельные принадлежности. Ничего из тех вещей, увидеть которые она опасалась больше всего, там не было. Что он с ними сделал? Выкинул? Впрочем, это уже не имело значения.

Трейси аккуратно разложила все по шкафам, оттягивая тот момент, когда придется перейти к другим коробкам. Она вдруг ясно представила, что может в них обнаружить…

От внезапно накатившего страха у нее затряслись руки. Нет, сейчас она не может этим заниматься! Обхватив себя руками и пытаясь успокоиться, Трейси взад-вперед заходила по комнате. Когда снова зазвонил телефон, она бросилась в гостиную, сорвала трубку и как можно более спокойно произнесла:

— Алло.

— Трейси? Это я, Лидия. Я позвонила Кевину и узнала этот номер. Вы уже въехали в дом?

— Да, сегодня утром сюда привезли все наши вещи, и ты застала меня в самый разгар работы.

— Так тебе некогда со мной разговаривать?

— Нет-нет, все нормально. — Уж лучше разговаривать, чем распаковывать эти проклятые коробки, подумала Трейси, усаживаясь прямо на пол и прислоняясь спиной к стене. — Как поживаешь, дорогая?

Однако разговор с Лидией обещал быть весьма нелегким. Они долго не виделись, да и все случившееся бросило тень на их прежние отношения.

— Прекрасно, хотя и умираю от скуки… Трейси… — Лидия умолкла.

— Что?

— Как у тебя с Кевином? Я понимаю, прошло очень мало времени, но я ужасно беспокоюсь.

— Все очень странно, — со вздохом призналась Трейси, — я для него фактически чужая женщина.

— Бедняжка, — посочувствовала Лидия. — А я так надеялась на чудо! Мне казалось, что, когда Кевин увидит тебя снова, к нему начнет возвращаться память. Ведь ты была его женой, как же он мог тебя не узнать?

— Не знаю. — Трейси переложила трубку к другому уху. — Я хочу задать тебе один вопрос.

— Разумеется, задавай.

— Когда ты разговаривала с Кевином, перед тем, как начать разыскивать меня, почему ты сама ему ничего не рассказала? В том числе и о том… — голос Трейси дрогнул, — что между нами произошло.

— Ах, дорогая, я просто не смогла этого сделать, — простонала Лидия. — Кевину довелось слишком многое пережить за это время, поэтому я просто испугалась, что он может не выдержать. И я решила: пусть лучше начнет с самых хороших воспоминаний — с воспоминаний о ваших счастливых временах. Возможно, мое решение тебе покажется не очень честным… Впрочем, это не телефонный разговор… Кроме того, я была вынуждена рассказать ему о наших родителях… — Лидия всхлипнула.

Родители Кевина и Лидии погибли в авиакатастрофе, и Трейси прекрасно понимала, насколько непросто было ее собеседнице рассказывать брату об этой трагедии.

— Ладно, не расстраивайся, возможно, ты и права.