Куда приводят мечты - Мария Чепурина

Группа кавалеров тусовалась возле Юли полчаса и ей порядком надоела. Девочка уже задумалась о том, как бы избавиться от этой надоедливой компании, но вдруг один из мусорщиков важно заявил:

– А знаете, что сегодня на Покровский призрак приходил?

– Да знаем! – отмахнулась от него Олеся.

– И Пыжайло, говорят, его видала...

– Правда, что ли?

– Что я, гнать, что ль, буду? – возмутился «мусор». – Вся братва говорит! Да она, прикинь, спецом там пряталась. Огни как появились – так и вылезла.

– Она всегда, что ль, там ночует?

– Да нет! Чисто подсчитала, что сегодня её очередь!

– Очередь? – внезапно вырвалось у Юли.

– Ну а как! – ответил мусорщик, довольный тем, что завладел внимаем второй дамы. – Что, не знаете? Да призраки уже на всех раскопах были, кроме нашего с Покровским. Вот Пыжайло и решила, что теперь он к ней заявится...

– Что, сфоткала? – Олесе не терпелось.

– Без понятия! Молчит, никак не колется!

– Постойте! – встряла Юля. – Призрак был на всех раскопах, кроме нашего. Так значит... Ой! Вы посмотрите!

Руки Юли, продолжавшие работу, внезапно извлекли из ящика невиданную вещь – изящный образок из камня с ликом святой Ольги.

На ужин была курица. Юля обожала крылья, Майя же всегда хотела только ножку. В столь счастливой разности их вкусов крылась не последняя причина дружбы между сёстрами.

– Никак не понимаю, – рассуждала младшая, – с чего студентки, те, с чьего квадрата этот ящик, сами не пошли к Дунаеву с иконкой? Премию бы взяли. Это ж уникальная находка – сразу видно! Он аж заплясал, когда её увидел... Нет, не понимаю! Положить такую вещь туда же, где все эти кости с черепками...

– Ладно, ну их! – заявила Майя. – Всякие студентки бестолковые... Скажи-ка лучше: премия нам будет?

– За иконку? Сто рублей. Профессор говорит, что эту штуку поместят во все учебники искусства.

– Я надеюсь, – размечталась Майя, – что они напишут, кто нашёл... Эх, жаль, меня там не было!

– Да ладно! – Юля подмигнула. – Знаю я тебя! Хи! «Жаль»! Да ты, наверно, вне себя от счастья, что тебя к студенту подсадили.

Уши Майи чуть порозовели.

– Знаешь, я вообще-то предпочла бы с тем, другим. Помнишь, был за революцию? А тут какой-то новый. Поднял холодильник, говорит, и спину надорвал. На лёгкую работу посадили.

– Вроде тоже брюнетик?

– А глазки голубые-голубые! Знаешь, это даже лучше...

Уши Майи стали как коробка из-под Барби.

– ...Только вот беседа не сложилась. Слишком он для меня умный оказался. Говорит сначала – я, мол, из Тюмени. Я-то даже и не знаю, где это! И ляпнула: «Наверно, там тепло». Он засмеялся... А потом спросил: «Читала Рэя Бредбери?»

– Кого?

– Я тоже первый раз услышала. Зачем-то соврала ему: «Читала». А он давай всё спрашивать: про этого героя, про того... Короче, опозорилась.

– А давай спросим бабушку? Глядишь, твой Рэй найдётся. За ночь прочитаешь.

– Нет, – сказала Майя. – Эта тема уже потеряла актуальность. Мы теперь с ним в города играем, он Тагил назвал, когда работа кончилась. До завтра надо атлас выучить.

Влюблённая сестра была упорной. Кончив есть, она тотчас же отыскала атлас мира и села изучать в нём города.

А Юля между тем всё думала. До сих пор никакого объяснения копейке в слое двухсотлетней (по сравнению с ней, с монетой) давности найти никто не смог. Хотя все и обрадовались каменной иконке, Юля не могла взять в толк, как так студентки, вынувшие это чудо из земли, засунули источник своей премии в коробку массовых находок. И в конце концов, все эти разговоры насчёт призраков. Уже на всех раскопах, говорили парни... Кроме нашего. А что, если Ивановский раскоп ждёт что-то важное? Иначе почему он стал последним? Может быть, придёт сам Аракчеев? Или Волк? Или не призрак, а живая личность – и поможет разгадать секрет копейки, «заблудившейся» в земле?

Все эти мысли Юля изложила Майе ровно в девять. Та лишь отмахнулась.

В десять Майя подошла сама, ещё раз попросив ей рассказать, о чём поведал мусорщик. Подумала и снова возвратилась к атласу.

В одиннадцать из бабушкиной комнаты уже вовсю раздавался храп. Юля тоже забралась в постель, но свет не погасила: всё ждала, когда сестра зубрёжку закончит. Наконец явилась Майя.

– Ну, – сказала она весело. – Идём, что ли?

– Куда? – шепнула Юля, уже зная, что услышит в ответ.

– Конечно, на раскопки. Ловить призраков.

Нет, ночью, тайно, искать призраков – и Юля! Ну никто бы не поверил. Она ж девочка разумная... Вот стыда-то будет, если кто узнает! По дороге Юля сочинила оправдание: во-первых, привидений никаких нет – сёстры просто ищут хулиганов; во-вторых, она должна следить за Майей. А что же делать, если Майя потащилась ночью на раскоп? Сопровождать её...

Идти по тёмным улицам, как вскоре оказалось, было вовсе даже и не страшно. Скромный городок казался безопасным – хотя, может, и напрасно. Думалось: бандиты – в мегаполисах, а здесь все люди честные. Прохладный чистый воздух делал удовольствием нелепую прогулку. Тишина вокруг была не угрожающей, а мирной.

Разумеется, ворота в окружавшем весь раскоп заборе были прочно заперты. Девчонки тихо перелезли через верх. У Майи был фонарик, но его решили не включать для маскировки. В полной темноте, рискуя провалиться в яму и сломать хребет о слой XIV века, девочки на ощупь отыскали место переборки, «свой» навес и «свои» ящики. За ними-то и спрятались.

Прошло минут пятнадцать. Девочки молчали, чтоб себя не выдать. Наконец, устав от скучной тишины, Майя спросила:

– Юль... Скажи мне букву!

– Т-с-с! Какую ещё букву?

– Да любую. Я бы город на неё придумала. Проверить – сколько помню.

– Ну давай... Э!

– Э-э-э... Электросталь!

– Что? Нет такого города.

– А вот и есть. Он... – Майя не закончила. – Ой, слышишь, кто-то ходит?

Сёстры замерли. Нет, вроде Майе показалось.

– Давай ещё раз... – попросила старшая. – Да только посложнее.

– Гэ! – шепнула Юля.

– Гуанчжоу! – гордо сообщила ей сестра.

– Так ты и иностранные...

Раздался явный хруст. Девчонки замолчали, взялись за руки, чтоб было не так страшно, и все обратились в слух. Но слушать стало нечего. Наверно, тот, кто захрустел, стал осторожней.

Ещё четверть часа пролетело в полной тишине.

– Да нет здесь никого, – сказала Майя. – Всё мерещится. Скажи мне лучше букву.

– Как тебе не надоест?! Ха, – сказала Юля.