Французский квартал - Стелла Камерон

— Впереди, на самом венчике мира, лежал Северный полюс. Филомена немного огорчилась, когда увидела, что он изрядно поизносился, ей пришлось кое-где подклеить его пластырем. И тут ей помог Микки Маус.

Селина улыбнулась, восхищаясь про себя терпением Джека. Вернувшись домой, они обнаружили, что Амелия не спит, и он сам предложил рассказать девочке сказку, несмотря на то что предшествовавшие события совершенно не располагали к тихому и безмятежному семейному вечеру.

Сайрус настоял на том, чтобы они ехали домой, заверив, что останется с Битси. Миссис Пэйн заставили принять успокоительное, и она заснула.

Амелия прижалась к Селине, заставив ее прилечь рядом.

— Северный полюс сломался, потому что эльфы все время врезались в него, когда учились летать. Санта-Клаус даже отнял у них летные права на время, но когда вернул, они опять стали врезаться! — сказала девочка.

— Может, ты все-таки позволишь мне продолжить? — спросил Джек.

Амелия прыснула и шепнула Селине на ухо:

— Я же говорила: он не любит, когда ему мешают, зато любит командовать!

— И правда, — шепнула в ответ Селина. Джек усмехнулся, глядя на их перешептывания.

— Продолжай, папа, — сказала Амелия. — Ну еще хоть немножко сегодня! Пожалуйста!

— И тогда гном Нобби скатился с горы на санках, в которые были впряжены пятнадцать терьеров.

— Терьеров?! — воскликнула Селина, не сдержавшись.

— Ага, они лучше других, — сказала Амелия. — Мне папа рассказывал. Они очень сильные и любят много двигаться. Поэтому-то Нобби все никак не может остановиться и слезть с санок. Они постоянно его куда-то несут!

Селина прижала девочку к себе. Амелия осторожно коснулась ладошкой ее живота, и Джек замер на стуле, не отрывая от них завороженного взгляда.

…Через несколько минут девочка заснула. Селина тихо поднялась с ее постели, положила рядом с ней Эфпи и подоткнула одеяльце.

Джек уже ждал ее у двери. Стараясь ступать неслышно, они быстро прошли в его спальню. Джек пропустил Селину вперед, вошел сам и запер дверь.

— Какой сумасшедший день сегодня выдался… — проговорил он тихо.

— Невероятный. И… нам еще многому придется учиться в этой жизни.

— Точно. Но сейчас… сейчас я скажу вот что. Когда я сделал тебе предложение, то рассчитывал с помощью этого брака отчасти уберечь доброе имя Эррола. Впрочем, ты уже тогда не выходила у меня из головы. А беременность… она дала мне в руки удобный предлог.

Селина вынула из волос орхидею и теперь вертела ее в пальцах.

— Но теперь все иначе. Ты моя жена. Я твой муж. Я люблю тебя и понимаю, что без тебя… это была не жизнь. Правда.

— Да… — тихо произнесла Селина, приложив ладонь к животу. — Ты тоже вошел в мою жизнь. Собственно, ты уже часть меня. Как и этот малыш. И Амелия. Я надеялась на какие-то чувства друг к другу, но о таком… и не мечтала.

Он рассмеялся, провел рукой по лицу, опять довольно фыркнул и покачал головой, словно не веря в то, что все это происходит на самом деле.

— Здорово. Просто здорово! Слов нет… У меня нет слов, чтобы выразить…

Он стал быстро раздеваться. Высокий, стройный, сильный, с гипнотическим взглядом зеленых глаз…

Нимало не смущаясь своей наготы, он приблизился к ней и снял с нее свитер. Селина инстинктивно попыталась прикрыть живот.

— Нет… — сказал Джек и осторожно ее раздел. — Неужели я наконец дождался? Боже… Заниматься любовью с беременной леди… которая к тому же является твоей женой… это ли не сексуально в высшей степени?

Селина хмыкнула:

— Выходит, в этот самый важный день в нашей жизни… ты способен думать только о сексе?

— Я же мужчина. С нас спрос невелик. И потом, позволь напомнить, за тобой еще первая брачная ночь!

— Я не забыла.

Джек осторожно провел кончиком пальца по ее груди, поцеловал в губы и, подхватив на руки, отнес на постель. По всему телу Селины прокатилась волна сладкого возбуждения.

— Тебе понравилась наша свадьба? — прошептал Джек.

— О да!

— Думаю, это тебе понравится еще больше!